Последняя жена

Громко пропищал будильник, вырывая меня из лап сна. Нащупав рукой пластмассовый корпус, я поднесла его к глазам. Шесть утра. Отлично. Пора подниматься, душ, кофе и вперёд! Работу работать! Я не из тех, кто валяется в постели, да и зачем? Чтобы еще пару минут смотреть в потолок и думать о том, что день будет точной копией вчерашнего? Нет, у меня другие планы — быстро прийти в себя и двигаться дальше. Мне уже сорок, и если не гнать себя вперёд самой, то никто другой не погонит. Мужа нет, детей тоже. Только я и моя работа.

В ванной я, как всегда, провела не больше пятнадцати минут. Холодная вода окончательно прогнала

остатки сна. Взгляд скользнул по собственному отражению в зеркале. Симпатичная? Не знаю… Так говорят. Глаза, правда, немного усталые, но это нормально. Энергии во мне, кажется, на троих, иногда даже самой хочется остановиться и выдохнуть. Но некогда. Приготовив яичницу и сварив кофе, я уселась за стол, накрытый белоснежной скатертью. В окно заглядывал серый рассвет, медленно поднимающийся над нашим большим посёлком. Остро пахло речной влагой и ночной фиалкой. Как же я любила свой дом… Он достался мне от родителей. Небольшой, но уютный. С аккуратным палисадником и ажурными ставнями. Главное, что в нём всегда можно было найти тишину, в которой легко собраться с мыслями. Сейчас они медленно возвращались к работе.

Нужно ехать на участок «Заречный». Там строится новый магистральный канал для орошения. Плодородной земли вокруг поселка много, но без воды она просто пыль. А вода, как известно, жизнь. Моя работа именно в этом и заключалась — давать земле жизнь. Возможно, специалист по мелиорации кому-то кажется не особо женской профессией. Но я так не считала.

Натянув свои любимые джинсы и толстовку, я схватила с тумбочки ключи от машины и вышла из дома. Старенькая, но верная «Нива» завелась сразу, заставив меня улыбнуться. Она никогда не подводила. Уже много лет мы вместе колесим по пыльным дорогам, месим грязь и преодолеваем снежные заносы. Я даже представить себе не могла, что поменяю её на другую машину.

Посёлок просыпался. По главной улице шло стадо коров. Пахло какой-то выпечкой. У своего дома скребла метлой Зинаида Матвеевна. К остановке спешили работающие в городе жители. Путь до Заречного неблизкий, минут сорок по грунтовке. Но мне всегда нравилось мчаться ранним утром с распахнутым окном, из которого неслась музыка. За машиной клубится пыль, первые солнечные лучи греют щёку… Красота! В голове крутятся расчёты, планы на день. Какие материалы подвезли? Как бригада Вована справилась с работой? Вечером он звонил. Говорил, что все идет по плану. Но Вовану я верила с оглядкой. Хороший мужик, но без присмотра может накосячить.

Ещё издалека я заметила, что техника уже работает, люди копошатся. И удовлетворённо улыбнулась. Ну и слава Богу. Пусть всё идёт гладко. Но, как говорится: «Покой нам только снится.». Припарковавшись у вагончика прораба, я вышла из машины и, вдохнув утренний воздух, нахмурилась. В нём ощущалась сырость. А её не должно быть. Странно.

Ноги сами понесли меня к каналу. Он уже был выкопан на приличную длину. И сейчас рабочие укрепляли стенки, подготавливая укладку труб и лотков. Я посмотрела на траншею, потом перевела взгляд на свежий отвал земли, и у меня похолодело внутри. Вот же балбесы! У меня вырвалось несколько нецензурных слов. Рабочие должны были уплотнить грунт у основания будущего водозаборного узла. Это критически важное место! Там будет стоять шлюз, регулирующий подачу воды дальше по системе! Фундамент должен быть как камень! А эти безрукие просто насыпали песок, кое-как разровняли его и, судя по всему, даже не пролили его как следует! Не говоря уже о трамбовке! И это у самого берега реки, откуда мы будем брать воду!

Я снова нецензурно выругалась, глядя,

как по свежему песку бегут тоненькие ручейки. Это значило, что просачиваются грунтовые воды. А если хлынет? Весь узел поплывет к чертям! Это не просто брак, это саботаж какой-то! Неужели Вован не проконтролировал? Или они решили, что и так сойдет? Ну, черти…

Развернувшись, я направилась к мужикам, которые тут же перестали работать. Из вагончика выскочил Вован и, поправляя кепку, бросился мне навстречу.

— Людмила Викторовна, доброе утро! Все в порядке, работа идёт!

— Какое в порядке, Вовка?! Ты видел, что там творится?! — прошипела я, тыча пальцем в сторону траншеи. — Вы что наделали?! Это не уплотнённый грунт, а воздушный пирог какой-то! Вода просочится и всё рухнет!

— Людмила Викторовна! Мы решили, что оно само усядется! — крикнул невысокий парнишка лет двадцати, демонстрируя белоснежную улыбку на загорелом лице.

— Само усядется?! Когда?! Через сто лет?! Или когда первый поток воды все смоет?! — рявкнула я. — Вы головой думаете вообще?! Или она вам дана, чтобы пиво в рот заливать?! Это же основа всего! На этом месте будет стоять шлюз весом в несколько тонн! Придушила бы!

Мужики пристыженно молчали.

— Люсь… ну прости ты нас… — ко мне подошёл Вован и неловко затоптался рядом. — Согласен, наш косяк…

— Ладно, проехали, — я резко пресекла его попытки оправдаться, чтобы не завестись снова. — Слушать ваши объяснения некогда. Исправлять нужно! Сроки горят! Пойдём со мной.

Бригада потопала следом, понуро опустив головы.

Я вернулась к траншее и, кивнув на неё, сказала:

— Так! Слушайте сюда! Всю эту халтуру сейчас же убираем! Берёте лопаты, тачки и выгребаете песок. До чистого, плотного грунта. Быстро! Вовка, где у нас песчано-гравийная смесь? И трамбовка нужна! Виброплита где?!

Тот засуетился, забегал, а мужики нехотя взялись за лопаты. Им явно не хотелось переделывать свою же работу. Я тоже спустилась в траншею, чувствуя, как под ногами осыпается земля. Глаз да глаз за этими халтурщиками! У меня даже руки зачесались от желания отвесить им подзатыльников. Но вместо этого я взяла лопату и принялась выкидывать из траншеи песок.

— Глубина здесь должна быть точно вот такая, — я прикинула на глаз. — Убирайте всё лишнее. Смотрите, чтобы стенки не осыпались. Вован, следи за уровнем грунтовых вод. Если полезет сильнее, нужно будет ставить насос.

Примерно через час я выбралась из траншеи. На кроссовки и на джинсы налипла грязь, руки болели от лопаты, но я была довольна. Главное, вовремя исправить ошибку.

Зазвонил телефон и, взглянув на экран, я тяжело вздохнула. Вот вообще не до тебя… Но трубку, тем не менее, взяла.

— Да, Илья Григорьевич.

— Чего «да», Люсенька? — добродушно хохотнуло мне в ухо. — Я же ещё ничего не предлагал.

Очень смешно.

— Так предлагайте.

— Заскочу к тебе сегодня вечерком? — промурлыкал голос. — Мне рыбку вкусную привезли.

— Жду, — я отключилась и сунула телефон в карман.

Глава посёлка Илья Григорьевич Нефёдов. Солидный, немного полноватый, но с хваткой. Знает, как вести дела и как получить то, что ему нужно. В молодости был очень симпатичным. Но, увы, время — зверь, который никого не щадит.

Наши отношения начались, как это часто бывает, не из-за искр, не из-за великой любви. Просто так вышло. Я одна, он вроде при жене, но живут каждый своей жизнью. Это не секрет для всего посёлка. Как-то вечером, после очередного совещания, он предложил меня подвезти. Слово за слово… Ну и пошло-поехало.