Последний отчет
Шрифт:
Сначала мы думали, что мы здесь не надолго и скоро нас заберут. Каждый из нас был уверен и даже не сомневался в том, что может быть иначе.
Так прошло десять лет...
Я по-прежнему бесперебойно составлял отчеты и вносил их в реестр. Это одна из тех обязанностей автоматом накладывающаяся на ответственного в убежище. За десять лет Зона изменилась. Появились новые угрозы: нападения животных, аномалии. Вчера с нами связались наши соратники - сталкеры из убежища 17. Их убежище одно из самых близких к центру Зоны. Главный у них сталкер Кастет на самом деле зовут Костей. По спецсвязи он сообщил,
– Сикорский ты идешь?
– Палый надернув рюкзак на плечи.
– Иду - сказал я и поднял глаза к небу, пытаясь отыскать там пустельгу. На небе беспокойно кружила одинокая пара, значит - скоро будет дождь. Если хотите новая примета Зоны.
– Надо найти укрытие - сказал Палый.
– Как тебе вон те гаражи?
– Сейчас - Палый бросил гайку.
– Годится.
Мы переждали дождь, поправляя здоровье водкой.
– Доза в тех краях большая - выразительно произнес он.
– Давай еще по одной...
Я откупорил вторую - за ней и не заметили, как дождь кончился и мы пошли дальше. На входе в город нас окружили брошенные пятиэтажки, местами покрытые серым мхом и желтой плесенью, словно чумные покрытые язвой. Оружие приходилось держать на изготовке. Из каждого окна могли пальнуть. Ныне чокнутых в Зоне хватает. И кого тут не встретишь. Во многом едут за деньгами. Думают, что здесь им Клондайк. Они именуют себя Сталкерами. Ищут все необычное, называя это - артефактами. Некоторые совсем из ума выжили. Кто от жажды наживы, а кому радиация последние мозги выжгла. Их хлебом не корми, дай сунуться в какую-нибудь аномалию. Теперь артефакты большая редкость. Говорят в центре Зоны еще можно что-то найти. Иногда случается кто-нибудь и уйдет к центру, но чаще они предпочитают охотиться друг на друга.
– Да, сброду прибавилось - затяжно провыл Палый.
– С массовым уходом военных в Зоне начался бардак.
– Здесь он всегда был. Только пока военные были, его хоть как-то скрывали.
– Это точно. Было бы все нормально, взрыва бы не случилось.
Мы завернули за угол - Так по карте еще метров семьсот прямо и направо.
Вдруг что-то щелкнуло.
– Граната! Ложись!
– успел прокричать я.
Взрывной волной меня откинуло на кучу строительного мусора, вдобавок оглушило, из ушей потекла теплая кровь.
Ползая по куче строительного мусора то и дело, напарываясь на острые края металлических штырей, задыхаясь, в поднявшемся от взрыва облаке цементной пыли я безответно дико орал одно и то же - Палый! Палый как ты!
Ухватив его за рукав спецовки, я подтянул его к себе, но Палый лежал без башки.
– Поднимайте его!
– скомандовал незнакомец. Двое прихвостней подбежали и схватили меня под руки.
– Ну что сталкер - тебе повезло в отличие от друга. Реакция у тебя лучше. Говори, хабар припасен?
– въедливо спросил незнакомец
Я понимал, о чем идет речь - о нычке с особо ценным товаром, но решил сделать вид, что не понимаю.
– Какой еще хабар?! Мы налегке. Первый день в Зоне.
– Ответ неправильный!
– незнакомец врезал мне по челюсти правым хуком.
– Еще одна минута на размышление.
Видя, мое нежелание отвечать он замахнулся и хотел уже шибануть
меня прикладом, но на самом замахе его сразила пуля, и он рухнул прямо на меня, придавив собою. Те двое, что меня держали, убежали, скрывшись в одной из пятиэтажек. Человек в экзоскелете одной рукой отшвырнул лежащий на мне труп незнакомца. Я остался лежать в широкоплечей тени спасителя– Кажется это наш?
– произнес человек в экзоскелете.
– Посмотри у него в рюкзаке...!
– скомандовал он подчиненному - ...Инструменты?
– Да, Кастет, инструменты на месте.
– Тогда точно наш. Берем его с собой.
Приволокли меня в подземные помещения, где и привели в чувства. Я лежал по пояс раздетый на холодной кушетке, в затемненной комнате подсвеченный нацеленным на меня мощным прожектором. Вокруг было достаточно мрачно. Из-за недостатка света исходящего разве только от работающих приборов и устройств коих было не мало. Но сквозная боль в плече от того что какой-то садистки настроенный чухонец ковырялся там хирургическими щипцами не давала мне свыкнуться с мыслью что я в безопасности - Ты кто?
– спросил его я.
– Вы очнулись?
– Да, черт возьми, больно.
– Видно наркоз оказался слабым. Беда с этими лекарствами от радиации быстро слабеют и портятся. Я, Рамиль, местный ученый - сказал худощавый черноволосый человек, тем временем уже начавший сверять показания с мониторов.
Охваченный приступом неизвестности я нервно сжато выцедил - Где я? В голове еще бесновались полу истертые еле живые образы, которые кружили надо мной, не желая останавливаться. По-прежнему не стихла от взрыва голова. Наверное, тогда я впервые чувствовал, как мои мысли со стальным скрежетом перемешивались в моей черепной коробке. Даже больно было о чем-то размышлять. С усилием давались односложные вопросы. Разорванная губа беспокойно ныла. Засохшая кровь, попавшая на язык, горчила дорожной пылью. Мутным еще не отошедшим от действия обезболивающего взглядом я, собравшись с силами, приподнял голову, чтобы оглядеть комнату, в которой находился.
– Аккуратней, не крутите головой. Иначе можете потерять сознание. Вы на месте - сухо ответил он.
– В убежище 17?
– Да - сказал он, и я с облегчением выдохнул. Лишь тогда почувствовав безопасность окружения в отношении себя, возникла неуютная настороженность по отношению к Рамилю, представившемуся как-то не по делу.
– Ученый...?
– на тот момент мне показалось странным - что ученый забыл в моем плечевом суставе.
– Я физик.
– Неужели?
– Слышали что-нибудь о таком разделе физики как "физика высоких материй"? Впрочем, неважно. Сейчас я изучаю Зону. Попал сюда совершенно случайно по разнарядке. Поначалу не хотел ехать, представляете? Летом семьей собирались в Анапу на отдых, а тут за неделю в НИИ пришла разнарядка... Ну, и выбрали, конечно, меня.
– И чему же вы тогда так радуетесь?
– Но как же! Зона - это же грандиозное научное открытие. Семья конечно не менее для меня значимый элемент, но Зона - это сенсация. Каждый день, проведенный здесь, я не перестаю удивляться.
– Ух, твою мать УЧЕНЫЙ! Больно же!
– Простите, я пытался заговорить вас, так как наркоз все равно не действует. Видно это у меня хуже всего получается.
– Пять минут назад вы говорили, что наркоз якобы оказался слаб.
– Запасы морфия слишком долго не пополнялись. У нас только старые запасы. Они слишком слабы и кроме головной боли ничего не дают.
– Тоже мне ученый. И что же конкретное вы изучаете в Зоне?
– На данный момент я изучаю вас.