Последний ангел
Шрифт:
Пленник не ответил, он еще не пришел в себя. Необычные серебристые глаза были закрыты, голова повернута в сторону, рваные пряди черных волос чуть прикрывают изгиб шеи.
— Знал бы ты, сколько ночей я не спала, изобретая формулу подчинения для ангела. А как долго я охотилась за тобой… — не удержавшись, она зарылась пальцами в его волосы, провела рукой по изящной скуле — Красивый…
Темные ресницы ангела дрогнули, он открыл глаза и уставился на колдунью с нескрываемым бешенством. Она улыбнулась, наблюдая, как мерцает его серебристая радужка. Ниас дернулся, напрягся, дернулся еще сильнее. Цепи жалобно
Она произносила последние слова формулы, когда кованая железная преграда слетела с петель, и в подвал ворвался разъяренный колдун. Он успел только к тому моменту, когда яростные глаза Ниаса приобрели равнодушное выражение, словно остекленели. Берта смотрела на ангела и не верила своему счастью.
— Что ты наделала?!! — зарычал Корин.
— Подчинила. — восторженно выдохнула заклинательница и погладила ангела по щеке.
Ниас никак не отреагировал на прикосновение. Зато отреагировал Корин. Он обнажил свой кинжал и ринулся на колдунью. Берта щелкнула пальцами, цепи освободили Ниаса из своих жестких объятий.
— Ниас! — успела крикнуть она.
Он перевел взгляд уже осмысленных глаз на хозяйку и в следующий миг оттолкнул ее в сторону, защищая от клинка заклинателя. Черное лезвие царапнуло золотистую кожу на руке ангела, а в следующее мгновение Ниас выбил кинжал из рук противника, отскочил назад, подпрыгнул, развернулся в воздухе и ударил Корина ногой в скулу.
— Твой приемчик. — хихикнула Берта, склоняясь над колдуном — Я думаю, хватит вам уже воевать.
— Я не хочу драться с Ниасом. — сказал Корин, поднимаясь на ноги.
— Твоя привязанность к нему пугает. Уж не влюбился ли ты? — съязвила она.
— Что же ты сделаешь, если я скажу «да»? — издевательски прищурился мужчина — Убьешь его из ревности?
— Нет. — Берта покачала головой — Я много сил потратила на его поимку и подчинение. Он теперь очень дорог мне.
— Отпусти его, Берта. — с угрозой протянул колдун — Иначе я за себя не ручаюсь.
— Ты ничего не сделаешь, Кор. — ласково пропела заклинательница и позвала — Ниас!
Ангел равнодушно потянул руки к собственному горлу и сжал пальцами с такой силой, что побелели костяшки.
— Ниас… — Корин с ужасом смотрел в его серебристые глаза.
— Одна моя мысль и он сломает себе шею. — мурлыкнула Бертана — Так что, давай перестанем ругаться из-за пустяков. Ты хотел его поддержки в войне — я выполнила твое желание. Какие претензии?
— Я хотел не этого! — бессильно рявкнул колдун.
Он твердо решил, во что бы то ни стало, освободить Ниаса от подчинения. Просто не мог смотреть на восхитительно прекрасное сильное существо в рабском ошейнике.
Словно прочитав его мысли, Берта бросила ангелу широкую полоску кожи с кольцом посередине:
— Надень. Я думаю, тебе пойдет.
Ангел безропотно надел ошейник, а Корин бессильно скрипнул зубами.
Удлинившиеся от ярости когти царапали обивку кресла. Мебель было жалко, но за неимением чьей-то шеи и мебель
сойдет. С каким удовольствием она вонзила бы эти когти в горло нахальной ведьмы, посмевшей портить настроение ее хозяину. Но нельзя. Умрет Бертана — умрет и ангел, а это расстроит Корина. Внезапная мысль заставила Зарину подпрыгнуть и бежать сломя голову к колдуну. Она ворвалась в его покои без стука и тут же об этом пожалела. Корин только что вышел из ванны и не успел одеться.— Что с тобой? — нисколько не смущаясь, он посмотрел на стыдливо покрасневшую демонессу.
— У меня есть мысль, — смущенно пролепетала та, стараясь не смотреть на него — может, глупая, но ты ее выслушай.
Корин неторопливо накинул халат, выправил из-под ткани мокрые светлые пряди и босиком прошелся к стеллажу с коллекционным вином.
— Слушаю. — он расплескал по фужерам алую жидкость и предложил ей.
Зарина благодарно приняла напиток, испытывая с одной стороны облегчение от того, что колдун оделся, а с другой — разочарование.
— Что за мысль? — вернул ее в тему хозяин.
— Демонов от подчинения спасает ангельская кровь. Ангелов до этого времени никто не подчинял. — она сделала осторожный глоток и довольно прищурилась, вино было хорошим — А что если попробовать наоборот? Что если для ангелов лекарство кровь демона?
Корин задумчиво повертел в пальцах фужер, глядя, как мерцает вино на свету, поставил бокал на низкий столик и, закурив сигару, уставился на демонессу:
— Это нецелесообразно.
— А вдруг? Попробовать-то можно?
— Но не нужно. — струя ароматного дыма взлетела к потолку — Что если это навредит Ниасу? Мы ничего не знаем об ангелах.
Зарина сникла, а настроение Корина упало еще ниже. Колдун попытался улыбнуться — вышел оскал. Плюнув на улыбки, он с наслаждением затянулся, с интересом наблюдая за поникшей собеседницей, и продолжил:
— Зарина, ты же демон, пусть и молодой, но все же демон. О вашем коварстве ходят легенды. Лучше подумай, как заставить Берту отпустить его.
— Мне не нравится твой ангел, но ради тебя я сделаю все, что от меня зависит.
— Уж постарайся. — хмыкнул мужчина — Если это все о чем ты хотела поговорить, не могла бы… — он многозначительно посмотрел на Зарину, показывая, что ей пора уходить.
Демонесса смутилась, вскочила с кресла:
— Да, конечно… — и замерла, глядя в одну точку — У тебя гости.
— Кто?
— Бертана.
— Вот как? — нахмурился колдун — Займи ее чем-нибудь, я скоро спущусь.
— Да, хозяин. — Зарина почтительно склонила голову.
У самой двери он окликнул ее:
— Зарина, смотри без глупостей.
Изящные каблучки не спеша цокали по каменным плитам из угла в угол, а их хозяйка все смотрела на свое новое приобретение. Берта никак не могла поверить в свою гениальность. Подчинить ангела оказалось возможным. Она проверяла, насколько сильно затянут хомут, вдруг это существо освободиться? Но Ниас выполнял любой приказ, даже самый глупый, и это давало Берте уверенность, что он не вырвется.
Она остановилась, в который раз за этот вечер посмотрела на юношу. Он был высок, выше нее головы на две. Смазливое лицо с тонкими, даже изящными, чертами, по его внешности нельзя было угадать возраст. Сколько ему? Тысячелетие или же всего лишь лет двести?