Чтение онлайн

Джон долго смотрел в окно машины, и на его щеке нервно дергался мускул.

— Нет, — сказал он наконец. — Ничего этого я не знал.

Мэгги вздохнула и опустила голову. Взгляд ее упал на альбом для набросков, лежавший у нее на коленях. Суставы пальцев слегка побелели — так крепко она в него вцепилась. «Нужно успокоиться, — подумала она. — Я слишком нервничаю, это плохой признак». Мэгги попыталась разжать пальцы, они словно окаменели. Ей пришлось напрячь всю свою волю, чтобы заставить их повиноваться.

— Если бы я была уверена, что, побывав в квартире, смогла бы чем-то тебе помочь, я бы сделала это не задумываясь. Но я знаю, что бы я там ни обнаружила, тебе от этого не будет никакой пользы. —

«Если, — мысленно добавила Мэгги, — я вообще останусь жива и смогу что-то рассказать».

Джон молчал, и она добавила более миролюбивым тоном:

— Давай лучше поедем к Митчеллам, пока копы еще там.

По-прежнему не говоря ни слова, Джон тронул машину с места. Мэгги не чувствовала в его молчании ни враждебности, ни досады. Поэтому она не стала тратить зря время и решила приготовиться к тому, что ждало ее в доме очередной жертвы Окулиста. Сейчас никакой защиты у нее не было. Единственное, что она могла сделать, это постараться сохранить непроницаемое выражение лица, чтобы никому и в голову не пришло ей сочувствовать.

Минут через десять они были у дома Митчеллов. Полиция сделала все, чтобы не привлекать к происшедшему внимания, по крайней мере до тех пор, пока не станет достоверно известно, что Саманта Митчелл была похищена маньяком, однако пресса уже что-то пронюхала, и у подъездной дорожки собралось десятка полтора фотографов и журналистов. Их сдерживали несколько патрульных в форме. Очевидно, Энди уже предупредил полицию, поскольку старший офицер, увидев в кабине Мэгги, сразу сделал им знак проезжать. Пришлось немного притормозить, пока один из копов приподнимал ленту полицейского ограждения, однако этого хватило, чтобы один из репортеров успел щелкнуть затвором фотоаппарата.

— Черт! — выругался Джон.

Мэгги, которая успела пригнуться, чтобы не попасть в поле зрения объектива, нервно хихикнула.

— Боюсь, завтра твой портрет появится на первых полосах всех сиэтлских газет, — сказала она. — Именно это и называется нездоровой сенсацией. Интересно, понимает ли Энди, что твое появление в доме Митчеллов только подтвердит худшие опасения прессы?

— Какие опасения? — машинально переспросил Джон.

— Что похищение Саманты — дело рук Окулиста.

Джон хмыкнул.

— Официально об этом будет объявлено очень не скоро, а домыслы так и останутся домыслами, — сказал он. — В любом случае меня это мало беспокоит.

— А что же тебя беспокоит… много? — не удержалась Мэгги.

— Драммонд. — Джон украдкой бросил на нее быстрый взгляд. — Лейтенант был очень недоволен, когда я напустил на него начальника городского управления полиции. Именно поэтому я вынужден был пообещать, что о моем участии в этом деле будет знать ограниченный круг людей.

— Н-да, Драммонд — это проблема, — согласилась Мэгги.

— Да, — кивнул Джон. — И я ума не приложу, как ее решить. Взяток он не берет, и даже начальник управления для него не авторитет. Придется как можно скорее сделать его вице-губернатором.

— А ты можешь? — удивилась Мэгги.

— Могу.

Он больше ничего не сказал. Припарковав машину на стоянке, они вышли и огляделись.

Как и большинство домов в этом респектабельном городском районе, особняк Митчеллов выглядел элегантно и солидно. Выстроенный в испанском стиле, он был окружен аккуратными газонами и садом, представлявшим собой английский парк в миниатюре. Пока они пробирались между полицейскими машинами, стоявшими у подъезда, Мэгги еще раз огляделась и пробормотала:

— Наверное, в этом районе каждый посторонний должен сразу бросаться в глаза.

— Пожалуй, — согласился Джон. — Но только если он не одет в униформу посыльного, почтового служащего или муниципального работника. Отличная маскировка. Если кто-то и заметил постороннего человека,

то внимание обратил только на форму.

Мэгги кивнула. Она была уверена, что полицейские детективы, несомненно, тоже подумали об этой возможности. Ни Энди, ни его люди не были дилетантами. И все же ей казалось невероятным, что Окулист, с такой тщательностью скрывавший свое лицо, решился бы появиться в квартале, где все друг друга знают. Кто-нибудь непременно обратил бы на него внимание, даже если бы он оделся мусорщиком и взял в руки совок и метлу.

Кроме того, в таких районах мусорщики работают по ночам.

Дежуривший у дверей полицейский молча пропустил их. Эксперты-криминалисты уже закончили работу, так что никто не препятствовал Мэгги и Джону отправиться в любую из комнат особняка.

— А где мистер Митчелл? — спросила Мэгги у копа.

— Он в кухне, беседует с двумя детективами.

Мэгги первой шагнула в просторную прихожую.

И тотчас же она ощутила рядом с собой нетерпеливое волнение Джона. Оно мешало ей, но она ничего не сказала. Даже после многих лет работы в полиции Мэгги всегда было очень нелегко подготовить себя к пугающему и болезненному вторжению чужих чувств. Присутствие экспертов тоже было некстати. Одна из причин, по которым Мэгги всегда старалась отложить посещение места преступления, как раз заключалась в том, что даже эмоции экспертно-криминалистической бригады, работавшей над поиском улик, могли ей помешать.

— Здесь нет кровавого следа… — сказал Джон. — Откуда ты начнешь?

Мэгги покосилась на него. Ей не хотелось доказывать, на что она способна, таким образом, она понимала, придется сделать что-нибудь по-настоящему впечатляющее, чтобы он поверил ей.

— Ты слышал про лозоходцев? — спросила она, решив, что больше не будет кормить его байками о том, что она-де «отличается наблюдательностью и развитой интуицией». — С помощью ивового прута или металлической рамки они определяют, где под землей находится водоносный слой, лопнул газопровод или замкнуло кабель. Так вот, я — такой ивовый прут, только я определяю места, где произошло насилие. И если Окулист напал на Саманту здесь, в этом доме, я это место отыщу!

Она посмотрела на Джона, его лицо было бесстрастно.

— Понятно, — только и сказал он.

Мэгги позволила себе усмехнуться.

— Ничего тебе не понятно, — ответила она и, прижимая к груди альбом, шагнула в гостиную, расположенную слева от прихожей. Не глядя на изысканное убранство комнаты, она встала в самом центре и, крепко закрыв глаза, нехотя позволила выйти на волю своему сверхчувственному «я».

Как и всегда, она испытала странное ощущение пустоты вокруг — пустоты, которая понемногу заполнялась чуть слышным ропотом множества голосов, вспышками света, в которых угадывались движущиеся тени и образы. Ноздри Мэгги уловили терпко-сладкий аромат вина, смолистый дымок горящих в камине поленьев, запах одеколона или лосьона после бритья. Голоса внезапно зазвучали громче. Мэгги поняла, что кто-то ссорится. У нее даже закололо ладонь, словно она только что отвесила — или хотела отвесить кому-то пощечину. Потом чьи-то руки стиснули ее запястья, мужские губы с силой прижались к губам…

Мэгги вздрогнула и сделала шаг назад, чтобы прервать контакт.

— Проклятье! — вполголоса выругалась она.

— Что стряслось? — Джон пристально смотрел на нее и хмурился.

Мэгги бросила взгляд в сторону камина. Сегодня в нем не горели дрова, но диванчик перед ним выглядел очень и очень уютно.

— А я терпеть не могу подглядывать, — объяснила она.

— О чем ты говоришь, Мэгги?! — воскликнул Джон.

— В этой комнате не произошло никакого преступления, — поспешила успокоить она его. — Просто супруги Митчелл жили достаточно активной половой жизнью.