Помощники
Шрифт:
Открываю первое сообщение:
«Ну все, пуся, хватит. Поиграли в обиженных и давай уже мириться.».
Фу. «Пуся», «заюся», «бубуся» – ненавижу все эти непонятные прозвища. И ведь он об этом знает. Странно, что в этом сообщении не было оскорблений и трехэтажного мата. Тут Петя сам на себя не похож. Неужели правда раскаивается?
«Не будь сукой, завязывай артачиться! Лучше меня у тебя все равно никого не будет.».
А, нет, все тот же засранец.
Захожу в пропущенные вызовы. Тридцать один пропущенный от Петра, два от мамы
В груди мгновенно похолодело. Это плохо, очень плохо.
Я живу в съемной двухкомнатной квартире, которая находится в состоянии «усиленного желания хозяйки ее продать и подороже». Как только на квартиру найдется покупатель – меня пинком под зад выгонят на улицу.
Хозяйка звонит один раз в месяц – напоминает снять показания счетчиков и после этого я перевожу ей деньги за квартиру. А звонить по этому поводу ей рановато еще.
Набираю ее номер и после короткого разговора едва преодолеваю жгучее желание расплакаться прямо в кофейне.
«Славушка, милая, совсем забыла заранее предупредить! На прошлой неделе покупатель на квартирку нашелся, без просмотра даже! Собирай вещи и к завтрашнему вечеру съезжай, пожалуйста, чтобы не мешать новым хозяевам заселяться», – вот все, что мне было сказано.
Нет, я знала, на что шла, когда заселялась именно в эту квартиру, но не думала, что когда-нибудь действительно найдется идиот, который купит эту халупу. Район так себе, да и дом старый. Обидно, что не предупредили хотя бы за неделю. Как мне теперь найти так быстро квартиру? А как и на чем вывозить немногочисленные вещи?
Решив отложить эту проблему до вечера, я дождалась звонка отчего-то злого начальника и вышла из кофейни. Села в автомобиль, уже готовя речь для поздравления с новым партнером, но и тут меня ожидали не самые хорошие новости.
– Карелов нашел в договоре какой-то мелкий «косяк» и попросил его исправить в течение недели, – злился Авдеев, глядя в окно, когда по дороге растолковывал мне ситуацию. – А еще Леонид Артурович потребовал, чтобы договор зачитывали вы, Мирослава Вячеславовна, иначе не видать нам партнерства.
Рядом сидящий Кирилл шумно выдохнул и покачал головой. Вид у напарника был потрепанный, как и у босса. Без малого два часа было проведено в обществе старика впустую.
– Мы все исправим, Станислав Юрьевич, не переживайте, – постаралась ободряюще сказать я, но вышло не очень. – Партнерство вы получите, я сделаю для этого все, что потребуется.
Босс слишком резко развернулся ко мне лицом, одаривая испепеляющим взглядом:
– Вот всего, что потребует Леонид Артурович, делать точно не нужно.
Уловила скрытый посыл в фразе босса, но промолчала.
Оставшийся путь так и ехали молча. Вернувшись к себе в офис, снова началась беготня и рабочая суета. Параллельно, в свободные минутки, искала квартиры. Ничего, как на зло, не смогла найти по приемлемой цене, а тратить всю месячную (пусть и не такую маленькую, как была раньше) зарплату – не хотелось.
Я не люблю просить. Вернее, мне это желание за годы совместного проживания отбил один урод, изменяющий с лучшими подругами. Я всегда все делала сама, потому что получала в ответ на любую просьбу: «Я занят, давай как-нибудь сама, ага?». И я все научилась
делать сама, находить пути, способы и силы. Разве что в постели мне пока еще нужен был мужик, вот тут промашка моей «самодостаточности» вышла.К концу дня окончательно отчаялась и, пересилив себя, решила позвонить Ольге, попроситься пожить (конечно, не за бесплатно), пока не найду жилье.
– Вообще без проблем! – радостно раздается в трубке, а я облегченно выдыхаю.
Глава 12
Рабочая неделя пролетела достаточно быстро. Мы с Бергером усиленно исправляли договор, изредка собирая по этажам с разных отделов отчеты и сводки, перебирая архивные документы.
К напарнику, похоже, привыкла. Была пара мелочных стычек, но ничего особенного. И даже благодарна ему за то, что большую часть разбора архивных документов он взял на себя. Видимо, возиться в бумажках – его любимое занятие. Я же предпочитаю работать в ногу со временем. Электронные ресурсы больше по моей части.
Всю неделю проживаю в просторной однокомнатной квартире с Ольгой. Сплю на маленьком раскладном кресле, но не жалуюсь. Хотя мне как гостю и было предложено почетное место на хозяйском диване – я предпочла не стеснять новую подругу и не сгонять с «нагретого места».
За неделю мы действительно успели сдружиться. Нам обеим не хватало поддержки со стороны понимающего человека. А мы друг друга, вроде как, понимали, так как были связаны примерно одной и той же ситуацией – расстались с парнями в силу различных причин.
В квартиру к Оле я принесла лишь две огромные сумки вещей первой необходимости, все остальное барахло мне любезно позволили оставить на балконе в старой квартире и забрать в ближайшее время. Хозяйка сказала, что новые жильцы не против и ничего трогать не будут.
Да и трогать там, собственно, нечего: из личной мебели за время проживания я купила только письменный столик и металлический торшер на ножке. Ну и осталась там пара сумок со всякими не сильно нужными вещами на июльский сезон: дубленка, сапоги, шапки. Всю неделю собиралась вызвать такси и забрать «добро», но как-то не до этого было.
Сейчас мы, компанией в виде начальника, Валеры и меня вновь едем на встречу с Кареловым, имея на руках исправленный договор. Кирилл отпросился по какому-то важному делу и пообещал отработать сверхурочно. Не задавала вопросов, хоть и сгорала от любопытства. Авдеев, добрая душа, отпустил Бергера.
Сижу в автомобиле рядом с боссом и вспоминаю противного старикашку. Даже дурно стало от одной мысли, а все мышцы напряглись. Мне еще ему договор зачитывать и ощущать на себе этот липкий взгляд.
Но я же выдержу, сильная девочка, всего-то пару часов потерпеть.
Приехали на место. Я уже собиралась сама выйти из машины, но дверь мне галантно открыл Валерий и подал руку. Улыбнулась телохранителю и хотела опереться о большую мужскую ладонь, но начальник охраны почему-то резко отступил в сторону.
– Пойдемте, Мирослава Вячеславовна, – обошедший машину, босс протягивает мне свою руку, одаривая необыкновенно светлой улыбкой.
Сам Авдеев помогает мне спуститься на грешную землю из высокого внедорожника! Мама дорогая! Чувствую, как в груди разливается приятное тепло, а щеки начинают предательски гореть.