Чтение онлайн

– Я подумала, что ошиблась домом, когда встретил здесь тётю Вику.

– То же самое. Если бы не основное строение и дома соседей, я бы включил свой GPS, чтобы убедиться, что прибыл по нужному адресу.

Тимофей открыл холодильник и саркастически рассмеялся.

– Ты только посмотри на это! Здесь есть что-то ещё, кроме кетчупа и молока. Хотя кетчуп – это то, что мне нужно. Ещё одно изменение. Я полагаю, вся эта еда – твоих рук дело.

– Только часть. Там больше, чем было, когда уходила сегодня утром. Я думала, тётя Вика заходила и принесла мне продукты. Но удивилась, когда увидела пиво.

Достав кетчуп, Тимофей закрыл

холодильник, затем принялся сдабривать ей картошку фри. Глядя на то, как он буквально поливает блюдо красной жидкостью, Ирина улыбнулась: приятно наблюдать, что есть вещи, которые в человеке с возрастом не меняются. А это значит, в глубине души Тимофей остался прежним. Только, естественно, очень возмужал.

Когда он покончил с обедом (Ирине, кстати, ничего не предложил), то сказал:

– Никита позвонил в какую-то службу, которой пользуется, чтобы обеспечивать своё заведение продуктами. Он сказал мне, что это место свободно.

– Похоже, наши пути пересеклись.

Тимофей немного подождал, прежде чем ответить:

– Во многих отношениях, не в одном.

Прежде чем он успел сказать что-нибудь ещё, Ирина спросила:

– Так почему ты остаёшься здесь? Ты ненавидишь этот дом почти так же сильно, как и этот город. Может быть, и больше.

– Да, но из-за Джины количество мест, где я могу остановиться, ограничено. Она служебная собака, помогает мне с расследованиями поджогов. Но в отели её чаще всего не пускают. А поскольку она не обязана быть со мной 24 часа в сутки 7 дней в неделю, иногда для нас обоих будет проще, если я оставлю её там, где остановился. Обычно я бронирую апартаменты повышенной комфортности в отелях длительного проживания, но здесь таких нет. Также я не могу остаться у Ребровых, потому что они приютили семью, которая также осталась без крова из-за пожара.

– Да, Таня Бойко и её близнецы, – сказала Ирина. Она была рада, что они остановились у дяди Марата и тёти Вики, которые обеспечили им дополнительный уход, в котором они так нуждались. И хорошо, что не заселились сюда, поскольку ей не хотелось бы слушать шум, производимый двумя малолетними сорванцами.

– Мне не пришло в голову сообщить им, где я буду жить, – сказал Тимофей. По его голосу Ирина догадалась, что он сожалеет о своём решении, и поняла: пора уходить.

– Утром я начну искать новое место, – произнесла она.

– Ты разве раньше не искала? – Тимофей казался удивлённым.

«Неужели он думал, что я ленивая? – возмущённо и немного обиженно подумала она. – Прошло так мало времени после пожара. Никто другой в городе и не думает, что я просто бездельничаю. Наверное, это ему с высоты собственного положения кажется, будто здесь так легко найти новую квартиру».

– После пожара на меня как-то всё сразу навалилось. Возникло много вопросов, которые надо решать. Я не смогла хорошенько сосредоточиться, чтобы сделать это. И была просто счастлива, что у меня есть хотя бы нижнее белье.

«Нижнее бельё? Это то, о чём я решилась ему сказать?» – поразилась Ирина самой себе и смущённо улыбнулась. Когда её лицо потеплело, она ждала, что Тимофей прокомментирует её маленькую радость, но вместо этого он сказал:

– Нередко после потери дома из-за пожара на некоторое время теряешь равновесие. Никто не осознает, как много у него есть и что это значит в его жизни, пока не исчезнет. Особенно то, что невозможно заменить. В отличие от нижнего белья.

«Нам нужно было поговорить о чём-то другом, кроме

моих трусиков и лифчика, – подумала Ирина. – Как это глупо!»

– Знаешь, никто не может быть готов к тому, что в огне погибнут все его вещи, – сказала она.

– Есть много вещей, к которым ты не можешь подготовиться.

В одном его предложении заключался целый мир значений, ни одно из которых она не чувствовала себя готовой обсуждать. К счастью, Тимофей, похоже, тоже не собирался этого делать и потому спросил:

– Итак, ты здесь с момента пожара?

– Да.

Тимофей вздохнул, провёл рукой по волосам, затем сделал несколько глотков чая. Ирина молчала, давая ему время подумать.

– Ну, что ж, мне, видимо, всё-таки придётся поискать другое место. Не хочу тебя стеснять своим пребыванием здесь.

– Тётя Вика не обрадуется, мягко говоря, когда узнает об этом. Скажет, что я тебя выгнала из родительского дома, – Ирина слегка улыбнулась.

– Ты же меня не выгоняешь, я сам это решил.

– Она даже слушать не станет, стоит мне ей сказать, и воспримет всё по-своему. Нет, знаешь, ты лучше оставайся. Тем более тебе нужно место для Джины. Я справлюсь.

– Я в этом не сомневаюсь.

Его простое заявление удивило её. Она так долго была непризнанной, что не могла не заметить, как легко он в неё поверил.

– Послушай, моим приоритетом должно быть раскрытие этого дела, а не поиск места для ночлега. Это моё время и в основном мои деньги, а не детективного агентства, на которое работаю. Если ты не против, мы оба можем остаться здесь. Если не сможем ужиться на одной жилплощади, тогда что-нибудь придумаем.

Напряжение в голове Ирины ослабло. Возможно, для Тимофея её слова о готовности перебраться в другое место прозвучали несколько небрежно. Но мысль о том, что ей опять придётся быстро искать жилье, наполнила её ужасом. Она не была готова к новым потрясениям. Конечно, возвращение Соболева – и пребывание в том же доме – было потрясением другого рода. Но если бы она могла держать свои эмоции под контролем, то сохранила бы душевное равновесие. Он же сказал, что не планирует задерживаться надолго.

– Здесь достаточно места. Никита постарался расширить некоторые комнаты, – сказала Ирина.

– Да, я уже успел заметить, – ответил Тимофей, указывая на то место, где задняя стена была выломала, чтобы сделать гостиную огромной.

– Я остаюсь в…

– В моей старой комнате, – перебил он.

Она кивнула, но ничего не сказала. Молчание было хуже, чем упоминание о нижнем белье, поэтому предложила:

– Ты мог бы расположиться внизу, в главной спальне. Ты рано встаёшь?

– Обычно да, – сказал он.

– Отлично, потому что я встаю позже.

– Тебе никогда не нравилось раннее утро, – он впервые улыбнулся, и Ирина мгновенно возненавидела себя за то, что это заставило её сердце замереть. – Помнишь, ты всегда жаловалась на утреннюю тренировку по танцам, которая начиналась в восемь утра.

Было несправедливо, что он всё ещё так хорошо её знает.

– Я уверена, что мы сможем держаться подальше друг от друга, – сказала Ирина, собравшись с силами.

Тимофей оторвался от чая и встретился с ней взглядом. Ни разу со времён вступительных экзаменов в училище она не чувствовала себя под таким пристальным вниманием. Он продолжал смотреть на неё, когда сказал: