Подкова для черепахи
Шрифт:
Тут их встретил глашатай правителя и сопроводил в зал для гостей, где король принимал посетителей во время завтрака и обеда.
Так как он никогда не назначал встречи на конкретное время, Кремень предпочитал растягивать утренний приём пищи до полудня, а дневной – до заката. Пару лет назад повар Кременя Пятого придумал подавать еду маленькими порциями на очень маленьких тарелках. Так он уберёг правителя от переедания и повторной остановки сердца, а себя – от поиска нанимателя, готового принять повара, лишившегося рук.
Король Кремень, не отрываясь от кушаний, пригласил гостей сесть за стол. Тем временем всё ещё двурукий повар вынес поднос с двумя разными блюдами, аккуратно сервированными
– Чего пить изволите? – спросил Кремень Пятый.
– Стакана воды будет более чем достаточно, – ответил Скуп.
– Скромно, но уверенно, – король скривил гримасу. – То, что произошло вчера на равнине…
– Это, безусловно, успех, господин! Ваш успех, – вовремя вставил Скуп.
– Да? Да! Всё могло закончиться куда хуже. А так мы…– на этот раз правитель сам умолк, ожидая, что Скуп закончит его фразу.
– Получили ту самую спорную ничью, в которой явно была видна победа героя, выступавшего под вашим знаменем. Думаю, люди очень быстро поймут, что никакой ничьей не было, и вы победили, благодаря исключительному уму и тактике. Ведь это была ваша идея – свести кровопролитную войну к битве один на один и при этом выставить правильного бойца.
– Ты мне льстишь, мерзавец, – посмеялся Кремень. – Мне нравится, что люди примут случившееся именно так, как ты говоришь. И всё же я хочу услышать, зачем все эти слова. Продолжай.
– Взаимная выгода, – не растерявшись, ответил Скуп.
– Мой отец Кремень Четвёртый часто говорил: “Как носки поправить”. Когда мне было восемь лет, я его спросил – “Папа, а что это значит?”, он ударил меня и попросил никогда больше не называть его папой. Он предпочитал формальное обращение даже между родственниками. Я выждал время, пока он остынет, и, когда мне было двенадцать, спросил его – “Правитель Кремень Четвёртый, что означает эта фраза?”. И тогда он рассказал мне, что это идёт ещё от его прадеда Кременя Второго. Тот носил короткие обтягивающие штаны и высокие носки. И часто после встреч с советниками, генералами и высокопоставленными гостями говорил эту фразу. Она означает, что, принимая некоторые решения, которые кажутся нам незначительными и не требующими усилий, мы добиваемся большего эффекта, чем рассчитывали изначально. Как поправив свои носки, ты сразу выглядишь опрятнее и не даёшь повода к мелким разговорам за спиной. Ощутимое последствие незначительного действия.
– Идеальная система правления, – кивнул Скуп. – Отсутствие риска в политических решениях. Если вашим предкам часто удавалось поправлять свои носки, я могу позавидовать мудрости вашей семьи.
– На этот раз я приму твои слова. Предки и вправду мудро развивали наше семейное предприятие. Ты знал, что эта крепость была двухэтажным каменным строением при Кремене Первом, когда он пришёл к этому озеру и основал город?
– Впервые слышу.
– Раз за разом моя родня наращивала свои богатства и потенциал. К сожалению, моему отцу случилось дважды оступиться, и мы застряли в развитии, и вот сейчас ты наконец помог мне выбраться из этого болота, в котором он меня вырастил. Уж теперь-то я поправлю, как следует!
– Рад, что наши желания сходятся в этом вопросе.
– Так, может, ты, – он остановился, чтобы поменять тарелку, – расскажешь мне, что тебе за дело до моей триумфальной ничьей, которая явно выглядела
как наше поражение.– Ваше поражение может привести к смене руководства. А меня интересует сотрудничество исключительно с прямым наследником основателей города. А интерес мой – в вашем побережье.
– Моё побережье исключительно моё, и я не собираюсь его ни продавать, ни сдавать в аренду, ни пускать вас туда на экскурсию.
– Прекрасно. Если это все ограничения, позвольте мне озвучить предложение.
– Давай же, я жду. – Кремень удивлённо поднял брови и высосал скользкое кушанье из ракушки.
– Я ввёл вас в заблуждение, сказав о побережье. На самом деле, побережье – это неотъемлемая часть озера и ветра, гуляющего над ним. Успели ли вы заметить, что ветер всегда дует в одном направлении? А именно – на ваше побережье.
– За кого ты меня держишь, конечно, я знаю это. Посмотри в мои глаза. Они с трёх лет красные и с девяти не способны проронить слезы.
– Мои соболезнования… – не зная, что ответить, сказал Скуп. – Я бы хотел воздвигнуть одну конструкцию на вашем берегу, и такую же – на противоположном. Это нечто вроде ветряной и водяной мельницы. Этим механизмом я буду доставлять на ваш берег свой груз.
– Какой груз? – Кремень с интересом облокотился на стол, как будто эти полпышка помогут ему лучше услышать Скупа, сидящего на другом конце стола.
– Свой.
– Хм… А что мне с того?
– Я найму ваших ожидающих назначения стражников. Так что вам – налог, даже в то время, когда они не на службе.
– С чего ты взял, что твоя цена лучше того, что я получаю от камнетёсов и мясников?
Скуп дал Гакке бумажку, и она доставила её правителю, опять растянувшемуся на своём кресле.
– Это хорошая цена. Если я отдам тебе десять голов, то это получится…
– Ведёрко в год. Думаю, такая цифра удобнее для короля, желающего возродить семейные амбиции.
– Вкусно говоришь. Кстати, – он похлопал в ладоши, и через миг повар и его помощник вынесли ещё два подноса с маленькими тарелочками. Кремень пододвинул к себе две тарелки и тут же посмотрел на те, что стояли перед Скупом, абсолютно не привлекая внимания гостя. – Если ты не будешь, я заберу.
– Конечно, – ответил сын Легендона, даже не глядя на новые блюда.
– Будь добра, – Кремень зыркнул на Гакку и попросил её принести ему еду. Она, не поведя бровью, взяла четыре тарелки и отнесла на другой конец стола. Приступив к кушаньям, Кремень продолжил.
– А что если все мои люди окажутся при деле, и тебе некого будет нанимать?
– Почитайте мой договор, и вы всё поймёте. – Скуп дал только что вернувшейся Гакке свиток, и она опять пошла на сторону Кременя.
Четверо стражников прижались к стене. Двое, вооружённых длинными пиками, наставили их на противника, стоящего в центре таверны. Двое других в горячке потеряли своё оружие. А может, хотели казаться невооружёнными.
– Перестань сопротивляться и сдайся на суд Кременя! – крикнул один из них.
– Я? – удивился Отшиб. – Раз надо, значит надо.
Отшиб отпустил воина, что тряпкой висел у него в руке.
Таверна на удивление осталась целой, а вот посетителей в ней поубавилось. Помимо четверых, стоявших на ногах, на полу лежали шесть стражников и три героя. Остальные решили начать новый сезон монстропада в другом месте.
Кремень ознакомился с бумагой Скупа, и ему было тяжело сдерживать эмоции. Поэтому, пытаясь скрыть расплывающуюся улыбку, он подпирал лицо ладонью. Очень скоро они закончили с бумагами, и Скуп оставил короля до того, как тот приступил к обеду. Сам правитель забыл о существовании Скупа и его спутницы, как только повар внёс поднос с новыми яствами.