Побег
Шрифт:
Карпов натужно улыбнулся, но остальных реакция Виктора заставила помрачнеть еще сильнее. Даже смешливый здоровяк на сей раз остался серьезным. Виктор перевернул несколько страниц.
— Пункт 5.7 договора, — весело продолжил он, не обращая внимания на общее настроение. — «В случае смерти близкого родственника администрация обязуется предоставить сотруднику три дня оплачиваемого отпуска, а также денежную компенсацию в размере половины оклада». Вот это да! Пойду-ка я тещу зарежу!
И вновь ответом ему было угрюмое сопение.
— Ты брось это, острить! — наконец не утерпел Ишуткин. — Ты по существу отвечай!
— На что отвечать? —
— Это коллективный договор! — отрезала Рогова. Было видно, что она придает этому документу большое значение.
— Какой договор? — ласково спросил у нее Виктор. — С кем?
— А с трудящимися, — подал голос старичок. — С одной стороны его администрация подписывает, а с другой — коллектив. Поэтому он так и именуется: «Коллективный договор».
— Первый раз слышу, — пожал плечами Виктор. Он вновь глянул на раскрытые перед ним страницы: — Ба! А это что? «Администрация обязуется обеспечивать сотрудников, проработавших на производстве не менее пяти лет, благоустроенными квартирами из расчета шестнадцать квадратных метров на человека». Что ж вы так мало просите? Надо было каждому работнику отдельный коттедж требовать. И участок земли в придачу. Короче, ребята, вы чего от меня хотите? Чтобы я это подписал?
— Не надо ничего подписывать, — успокоила его Рогова. — Все и так уже подписано.
— Кем же? — улыбнулся Виктор. — Вами, что ли?
— Вами, Виктор Эдуардович. Вами лично.
— Мной? — недоверчиво усмехнулся Виктор. — Да я эту фигню ни в жизнь не подмахну!
Вместо ответа она протянула руку и открыла последнюю страницу. Там красовались неровные каракули, заменявшие Виктору подпись. Поверх них стояла круглая печать.
У Виктора отвалилась челюсть.
— Узнаете свой автограф? — настойчиво уточнила Рогова.
Не отвечая ей, ошеломленный Виктор повернулся к Карпову.
— Как же так? — пробормотал он. — Откуда это взялось?
Тот развел руками и уныло замычал.
— Да я не подписывал такого! — с возмущением воскликнул Виктор. — Это подделка!
— Подписывали, не сомневайтесь, — заверила его Рогова. — Свидетели есть. А что забыли, так ничего удивительного. Это в конце января случилось. Вы еще, видно, от новогодних праздников не отошли. Я с этим договором три дня у вас в приемной сидела. Храповицкий тогда где-то в отъезде был, а вы его замещали. Секретарша меня, конечно, к вам не пускала, говорила, важные совещания идут, но потом я все же улучила минутку и прорвалась в ваш кабинет. Двое мужчин каких-то у вас сидели, выпивали вы с ними. И вы мне все разом подписали, не читая. И шампанского мне налили, за успех нашего объединения в будущем году.
Он выдержала паузу и прибавила с насмешкой:
— Вы уж извините, если я что не так сделала.
Виктор зажмурился и помотал головой, будто отгоняя
наваждение.
— Ничего не помню, — растерянно признался он.
Бюрократический старичок наблюдал за ним с явным
удовольствием.
— Вы еще не до конца ознакомились, — злорадно сообщил он Виктору.
Виктор с ненавистью покосился на него и полез за сигаретами. Кстати, кроме него здесь никто не курил.
— Чего еще? — испуганно выдохнул Карпов. Он, похоже, тоже не все знал.
— Сейчас покажу, — пообещал старичок. Я догадался, что самое худшее он припас для нас напоследок. — Я вам сам прочту.
Он придвинул к себе папку, достал из нагрудного
кармана ветхие очки со сломанной дужкой, криво водрузил их на нос и принялся искать нужное место.— «Коряво написано»! — ворчал он, обидчиво листая страницы и задерживаясь на них глазами. — Ничего не коряво. Хорошо написано. Доходчиво. Юридически грамотно. Я сам этот договор составлял по поручению профкома. Кто читал — всем нравилось. Слушайте, Виктор Эдуардович,— он любовно разгладил листы и торжественно продекламировал: — «В случае неисполнения администрацией взятых на себя обязательств трудовой коллектив имеет право отстранить от занимаемых должностей всех руководящих лиц, как директора, так и его заместителей, и заменить их своими представителями». Это, стало быть, третий раздел, пункт 10.1. Ну, Виктор Эдуардович, и что ж тут корявого?
Сейчас все глаза были прикованы к Виктору. Народ жадно ждал его реакции. Виктор сидел не шевелясь. Его бледное лицо пошло тяжелыми багровыми пятнами. Влажные губы обвисли и приоткрылись. Карпов сдавленно кашлянул за нашей спиной.
— Слышь, — ликуя, воскликнул Ишуткин. — Теперь, выходит, не ты нас, а мы тебя увольнять будем! Всех вас взашей погоним! — и он победно потряс в воздухе жилистыми кулаками.
Падают не от сильных ударов, а от неожиданных. Виктор был повержен. Можно было открывать счет.
Виктор очнулся примерно на цифре «шесть». Все-таки он был на редкость живуч.
— Молодец, подруга! — прохрипел он. — Подкараулила момент, подсунула бумажки, а теперь трясешь меня по полной программе. Я к тебе сдуру со всей душой, шампанским тебя угостил, а ты со мною вот как! Красиво сработано, ничего не скажешь. Все равно что пьяного на улице обобрала.
Рогова закусила было губы, но она тут же гордо вздернула голову.
— Вы же не в подворотне валялись, а компанией руководили! — запальчиво возразила она. — Я к вам официально пришла, как председатель профкома, с документами. А то, что вы на рабочем месте нетрезвый были, — это уж не моя вина!
— А ты, когда наше НГДУ под себя подгребал, об нас думал? — вступился за Рогову Ишуткин. — Напролом пер. По трупам. Тебе же важно было нефть заполучить, а уж бить или резать — это как выйдет.
— Тут дело не в методах, — перевел я их спор в практическое русло. — А в том, что этот документ не имеет юридической силы.
— Как это не имеет?! — угрожающе взорвался Ишуткин. — Ты нам мозги не пудри! Тут все подписи есть! И наша, и его! — он ткнул пальцем в Виктора.
— Основные положения данного договора противоречат закону, — настойчиво повторил я.
— В чем же они противоречат? — заволновался старичок-бюрократ. — КЗоТ я наизусть знаю, разъяснения к нему тоже учел. Наоборот, тут все между собой согласуется. Как говорится, одно из другого.
Остальные смотрели на него с надеждой. Очевидно, старичок слыл среди них выдающимся законником. Однако я тоже не зря провел последние недели в непрерывных консультациях с юристами. Кое-чему я у них набрался.
— Этот договор носит характер добровольного соглашения, — терпеливо начал объяснять я. — Он не меняет формы собственности. То есть владельцами компании остаются те же лица. И согласно закону лишь они нанимают директора и решают, гнать его или оставить. А директор, в свою очередь, принимает на работу других сотрудников и руководит ими по своему усмотрению.