Чтение онлайн

Одним словом, Дмитрий Степанович не утерпел и, наплевав на запрет мастеров, потихоньку пошел в туалет для персонала, успокаивая себя тем, что ничего плохого от его однократного посещения не случится.

Однако унитаз, видимо, счел по-другому. Раствор, которым он был закреплен, не успел до конца, что называется, схватиться, и когда Городов потянулся за туалетной бумагой, стульчак поехал набок. Степаныч испугался. Испугался в первую очередь того, что Лариса Викторовна узнает о его самовольном посещении туалета и будет очень недовольна. Он опрометчиво не стал вызывать сантехников заново, а просто аккуратненько, как ему показалось, поставил унитаз на место, подмазав пальцем разошедшиеся края чуть подсохшего раствора. После этого он

выскользнул из туалета и, насвистывая, направился в кухню, убежденный, что все будет в порядке и никто ничего не узнает.

Однако уже минут через пятнадцать прогремел гром. Одна из поварих выглянула из кухни и с ужасом ахнула:

– Что это?

Встревоженный Степаныч юркнул в коридор и чуть не схватился за сердце. Вода шпарила из-под отверстия внизу туалетной двери. Коридор был заполнен ею по колено, и бурные потоки грозились уже достичь зала для посетителей. Кроме того, от воды распространялся отвратительный запах. Степаныч похолодел и рявкнул:

– Полундра!!!

На его крик сбежались перепуганные официантки, и Городов моментально начал отдавать распоряжения. Он от души надеялся, что последствия аварии удастся ликвидировать до появления начальницы, а также на то, что никто не видел, как он заходил в туалет. Но… Все тайное, как известно, становится явным – рано или поздно. Вот на этой-то банальной истине и погорел горемычный администратор.

Степыныч закончил свой рассказ и теперь стоял, переминаясь с пятки на носок и стараясь не смотреть на Ларису. Та молчала.

– Это сантехники виноваты, – на всякий случай напомнил Степаныч. – Работать не умеют ни хрена…

Последнюю фразу он произнес совсем тихо, так как увидел в глазах Ларисы нехороший огонь, вспыхивавший в них крайне редко, но уж если вспыхивавший, то не суливший ему ничего хорошего…

– Одним словом, – обманчиво спокойно проговорила директриса. – Сейчас ты идешь и вызываешь сантехническую бригаду, которая вновь поставит унитаз и даст возможность открыть воду. Разумеется, труд сантехников оплатишь лично ты, из своего кармана. Попробуешь возразить – вычту из зарплаты двойную сумму. До приезда сантехников ты вместе с персоналом черпаешь воду, причем абсолютно молча. Я проконтролирую это лично! Дальше. Стоимость унитаза я тоже вычитаю из твоей зарплаты в качестве штрафа. А кроме того, ты публично извинишься перед всеми, кого оскорбил, а новенькой официантке в качестве компенсации купишь цветы и коробку конфет. У тебя есть какие-нибудь возражения?

Возражения у Степаныча были, да еще какие, но, еще раз взглянув в глаза Ларисе, он понял, что сейчас совсем не время их высказывать, и только отрицательно покачал головой. После этого молча пошел прочь из кабинета. Двигался он неестественно прямо, и Лариса подумала даже, не случилось ли чего с его опорно-двигательной системой от такого удара.

«Хотя тогда бы уж у него скорее отказало сердце», – подумала она, выходя следом за администратором из кабинета. Раз уж в ее ресторане случилось такое ЧП, Лариса не могла отсиживаться у себя, ей необходимо было присутствовать в эпицентре событий.

Воду черпали еще долго, и Степаныч, пыхтя, старался больше всех – видимо, надеясь, что Лариса отменит все штрафные санкции в его адрес, хотя она совершенно не собиралась этого делать. Когда подъехавшая сантехническая бригада пришла на подмогу, Лариса смогла освободить от каторжного труда поварих и официанток. Наконец вода была вычерпана, полы оттерты до блеска, унитаз водворен на место и замазан двойной порцией раствора. После этого сантехники смогли уехать, строго-настрого наказав не пользоваться служебным туалетом как минимум до завтрашнего обеда. Степаныч зарекся даже близко к нему подходить. Время близилось к ночи, все были вымотанными, злыми и обессилевшими. Даже официантка Оля, перед которой Степаныч все-таки извинился, правда, выбрав момент, когда это видела только Лариса, кажется, не получила морального удовлетворения и

лишь вяло кивнула своему обидчику.

Совершенно изможденная, Лариса смогла наконец поехать домой, так и не сделав того, что она намечала на этот день.

Дома ее ждал Котов, который уже звонил в ресторан и приблизительно был в курсе произошедшей истории.

– Лара, я надеюсь, ты наконец уволила этого засранца? – поспешил он навстречу жене, едва она переступила порог.

– Ради бога, Женя, давай поговорим завтра, у меня уже нет сил вспоминать ни про сантехнику, ни про этого, как ты выразился, засранца. Прости, я пойду спать. Ужинай без меня.

Выключилась Лариса моментально, как только сняла платье и коснулась щекой подушки, мысленно сказав себе, что ей следует проснуться ровно в восемь утра. Биологические часы в голове Ларисы, как правило, работали безотказно. Ей только нужно было приказать себе, во сколько она желает проснуться, и можно было не сомневаться, что встанет она именно в это время, ну плюс-минус пять минут. Правда, бывали и исключения, связанные, например, с состоянием опьянения, но это случалось с ней крайне редко. А в остальном эта особенность ее организма действовала безотказно.

Так случилось и на этот раз: Лариса открыла глаза ровно в восемь утра. Приняв душ и устроившись с ногами на диване, завернутая в пушистое желтенькое полотенце, Лариса поставила на журнальный столик чашку кофе и потянулась к телефону.

– Алло? – раздался в трубке голос капитана Ключникова.

– Доброе утро, Виталий Игоревич.

– Здравствуйте, Лариса.

– Вы уже узнаете меня по голосу?

– Да, как ни странно, – откликнулся Ключников. – У вас есть что-то новое?

– Есть, хотя ситуация пока что совсем не ясна. А вам я звоню с просьбой выяснить… – Лариса вдруг запнулась, подумав, что ее звонок может выглядеть весьма глупым. – Нет ли среди представителей криминального мира нашего города человека по кличке Узел?

– Как? – переспросил после паузы Ключников.

– Узел, – повторила Лариса.

– Да уж… Простите, пожалуйста, но это как-то связано с убийством Окорокова?

– Безусловно, иначе я не стала бы вам звонить. Во всяком случае, какие-то дела между Окороковым и этим Узлом были, это можно утверждать наверняка.

И Лариса рассказала о своей случайной находке в квартире Окорокова. Капитан, однако, только скептически хмыкнул. Сам он ни о каком Узле и в помине не слыхал, но «пошерстить» на этот счет обещал. Ключников некоторое время молчал, потом, не задавая больше никаких уточняющих вопросов, произнес:

– Ладно, я постараюсь все выяснить и тогда позвоню. Вы будете дома?

– Даже если нет, вы ведь знаете номер моего сотового, так что всегда сможете услышать мой голос, куда бы я ни отправилась.

– Тогда договорились, – ответил Ключников, и на этом их разговор закончился.

После этого Лариса еще раз приняла душ, позавтракала, выпила чашку кофе и закурила сигарету. После привычных процедур ее настроение улучшилось настолько, что от вчерашней усталости не осталось и следа.

Лариса устроилась в кресле, обдумывая ситуацию. В голове ее крутились мысли, касающиеся интересного положения госпожи Окороковой. Это обстоятельство казалось ей значимым и как-то связанным с убийством. Внезапно в памяти появились какие-то проблески, связанные с застольным разговором.

Кто-то что-то кричал тогда, но некая деталь, которой не хватало для сложения целой картинки, никак не давалась ей в руки. Лариса почувствовала, что еще немного, и она сможет прийти к верному выводу, нужно лишь еще немного подумать, чуть-чуть, еще чуть-чуть…

Однако на это «чуть-чуть» у нее уже не было времени: пора было отправляться в ресторан. После вчерашних пертурбаций Ларисе непременно нужно было быть с утра на рабочем месте, дабы убедиться, что все в порядке. И если, не дай бог, не в порядке, то задействовать снова какие-то силы, в лице сантехников ли или еще кого-то…