По кривой дорожке
Шрифт:
— Так Корал Трейн и есть миссис Стронг?
— Вот именно.
Питер отвернулся, стараясь не выдать себя. Давным-давно, только что приехав в Нью — Йорк, он поселился в Виллидже, где пробовал писать романы, и познакомился там с Корал Трейн. Она тоже жила в Виллидже и тоже пробовала писать романы. Какое-то время Питер и Корал сочиняли роман вместе — роман своей любви, по тот оказался совсем коротким, и оба не без сожаленпя пошли каждый своей дорогой.
— Ты что, знаком с ней? — насторожился Джейк.
В проницательности этот сукин сын не уступал самому Девери.
— Был когда-то. Хороша была девушка.
— И до сих пор
— Попробовать можно, — согласился Питер. — Папку оставишь?
— Само собой. И как я уже говорил, Питер, рад работать с тобой.
Питер взглянул на часы и нахмурился. Почти одиннадцать, а от Элли ничего не слышно.
Оставшись один, Питер поймал себя на том, что вспоминает Корал Трейн. Тогда оба жили только будущим. Проводили долгие часы за машинкой. Вечером встречались, выпивали по мартини и шли обедать во французский ресторанчик па Шеридан — сквер. Гуляли по летним улицам, вели долгие споры о литературе, забредали в маленькие сумрачные картинные галереи, в лавчонки подержанной мебели, к букинистам. Когда-нибудь в счастливом будущем они накупят книг и картин для красного дома в Виллидже, для своего дома. Все эти месяцы они любили друг друга и спали вместе в огромной кровати Корал. То были беззаботные, чудесные времена.
А потом с первым романом к Корал пришла известность — Лучшая Книга Месяца, экранизация, хвалебные рецензии. Питер, не преуспевший в романах, нанялся в «Ньюсвью» и очень скоро добился популярности как журналист. Успех разлучил их. Корал разъезжала по стране, рекламируя свою книгу. Питера забросило в Каир, он писал репортажи о кризисе на Блнжнем Востоке. Любовь кончилась. Ни упреков, ни сцен — расстались, по — прежнему симпатизируя друг другу. Изредка Питеру вспоминалась Корал — ее стройное красивое тело, темные волосы на подушке, мягкий податливый рот. Но без грусти. Было очень приятно, но все прошло. Итак, миссис Стронг, а для публики по — прежнему Корал Трейн — блестящая писательница, романы которой идут нарасхват.
Питер потянулся к телефону. У Стронгов ответили, что миссис Стронг в отъезде. Секретарша, решил Питер. Наверное, слава обязывает, и без секретарши Корал теперь не обойтись — отвечать на письма, назначать встречи.
— Это Питер Стайлз, ее старый друг, — назвался Питер.
— Ах, Стайлз, — чуть смягчился голос. — Миссис Стронг ваша горячая поклонница.
— Мне необходимо связаться с ней.
— Извините, мистер Стайлз, но давать адрес миссис Стронг не велела. Знаете, иногда она уезжает поработать над книгой в тишине. На критической стадии.
— Но вы-то имеете с ней связь? Пожалуйста, поинтересуйтесь, нельзя ли мне ее увидеть. Или, может,
она позвонит мне.— Хорошо. Только за скорость не ручаюсь. Понимаете, надо ждать, пока позвонит она.
Едва Питер положил трубку, как дверь распахнулась настежь. В кабинет ворвался Джордж Уилсон, курносое мальчишеское лицо до неузнаваемости искажала бешеная ярость, он метнулся к Питеру.
— Подлец! Трепач! — заорал он и влепил Питеру оплеуху, тот не успел и прикрыться, кое-как выбрался из-за стола, а Джордж висел на нем, молотя головой. В самозащите Питер был не новичок, но атака оказалась столь яростной и ошеломляющей, что поначалу растерялся. Короткий удар плашмя по шее Джорджа — и драка мгновенно кончилась. Джордж упал на четвереньки и ошалело мотал головой. Питер коснулся рукой губ: на руке осталась кровь.
Джордж поднял голову, и Питер, смутившись, увидел, что по лицу парня катятся слезы.
— Наврал мне про Элли, — выговорил тот.
— Она в Филадельфии. Поехала туда по моему поручению.
— Опять врешь! — выкрикнул Джордж. Он с трудом поднялся на ноги и оперся о стол Питера: драться ему больше не хотелось. Он сгорбился, плечи тряслись от плача. Питер молча ждал, страшась худшего: с Элли что-то случилось. Звонка от нее так и нет.
— Ее изнасиловали! — задыхаясь, выкрикнул Джордж.
— С чего ты взял?
— Человек. По телефону. Сказал мне, что ее изнасиловали. Двое. И что она ходила к доктору Вордвелу. И за тобой послала. Я звонил Вордвелу. Все правда. Он сам ее осматривал. И ты говорил с ней. Подлец!
— И человек этот?..
— Один из них! — Голос у Джорджа сорвался. — Если мы не отвяжемся, пригрозил он, они… нам отомстят и похлестче. Ну почему она позвонила тебе? Не мне? К чему весь этот бред про Филадельфию?
Глубоко вздохнув, Питер промокнул губу платком.
— Утром она тебе не звонила?
— Нет, зачем? Кто я ей? Муя{всего — навсего! За помощью она кинулась к тебе и Вордвелу.
Питер подошел к шкафу и налил два стаканчика «Джека Даниэла», подвинул один Джорджу и проглотил залпом свой: разбитую губу защипало.
— Возьми себя в руки и выслушай, что произошло. — Он рассказал Джорджу о телефонном звонке среди ночи и о том, как пошел к Вордвелам, где узнал обо всем.
— Но почему ты? — в обиде выкрикнул Джордж.
— Джордж, она же любит тебя. Ей казалось, узнай ты, и у вас все сломается.
— Думала, стану винить ее?
— Нет, не то. Элли чувствовала себя опозоренной, нечистой. Боялась, что, как бы ты ни старался, тебе никогда не забыть. Вот и решила не видеть тебя несколько дней, оправиться немного…
— О боже, Элли!
— Ну что я мог поделать, Джордж? Она же просила! Элли очень мужественная. Я предложил ей съездить в Филадельфию, там и в самом деле есть работенка. При шлось наврать тебе. Я понимаю ее, Джордж, и мне ее очень жалко. А вот сейчас я испугался.
Джордж посмотрел на него покрасневшими глазами.
— Звонок тебе, — пояснил Питер. — Тот тип расстарался, лишь бы ты узнал. Ясно зачем — через тебя известить Девери. Но хоть что-то объяснил? От чего все-таки мы должны «отвязаться»?
— Ничего не сказал. Лично я работаю по Бракстону Клауду.
— Знаю. И Джейк тоже. И с сегодняшнего утра я. Меня пугает, что Элли все молчит.
— Вордвел сказал, в Филадельфию она уехала пятичасовым.
— Значит, уже пять часов как там, — взглянул Питер на часы. — Уж давно пора бы позвонить.