Чтение онлайн

— Очень неудобным раем. Ты забыл, как мы были голодны… как мы высматривали, не появится ли на горизонте корабль?

— А потом поняли, что угодили в лапы к корсарам. Нет, этого мне не забыть никогда.

— Этот остров не был раем.

— Но мы были вместе.

— Да, — кивнула я, — вместе мы и останемся.

Он покачал головой.

— Это твой шанс, Розетта. Ты должна им воспользоваться. Я заставлю тебя им воспользоваться.

— Но я так хочу остаться с тобой, Саймон. Я хочу этого больше всего на свете.

— А я хочу, чтобы ты была в безопасности. Это так просто.

— Нет, это очень тяжело.

— Ты позволяешь чувствам возобладать над здравым смыслом. Завтра ты об этом пожалеешь.

В посольстве тебя ждет удобная постель. Там сочувственно выслушают твою историю и окажут необходимую помощь. Скоро ты будешь дома.

— А ты останешься здесь!

— Да, — коротко ответил он. — А теперь я отведу тебя в посольство. О Розетта, не смотри на меня так. Я забочусь о тебе. Тебе подвернулась уникальная возможность. Такое случается раз в жизни. Ты не имеешь права повернуться спиной к собственной удаче. Просто ты измучена, физически и морально. Ты сама не понимаешь, что ты сейчас чувствуешь. Позже ты сможешь лучше оценить свое состояние. А сейчас ты должна идти. Я очень тебя прошу. Я должен заботиться только о себе. Уже это будет достаточно сложно. Но я выкручусь… если буду один.

— Ты хочешь сказать, что я буду тебе обузой?

Он заколебался, но потом посмотрел мне прямо в глаза.

— Да, — ответил он.

И я поняла, что должна уйти.

— Для тебя так тоже будет лучше, Розетта, — мягко произнес он. — Я тебя никогда не забуду. Быть может, когда-нибудь…

Я молчала и думала, что уже никогда не смогу быть счастлива. Мы с ним слишком… сроднились.

Он взял мои ладони в свои руки и привлек меня к себе. На несколько мгновений мы замерли.

А потом мы вместе вышли из этой мемориальной церкви и направились к воротам посольства.

Спустя всего несколько дней я перешла из фантастического мира в мир реальности. Меня изумило то, как меня приняли в посольстве. Мне даже почудилось, что девушки довольно часто попадают в кораблекрушение, а затем в руки пиратов, которые продают их в гарем. А я-то считала свой случай чуть ли не уникальным.

Официально пиратство было упразднено почти век назад, но моря продолжали бороздить представители этого гнусного ремесла; могущественные властелины, как и сотни лет назад, содержали многочисленные гаремы, скрытые от любопытных глаз за высокими стенами и охраняемые высокими плечистыми евнухами. Официально многие пережитки ушедших времен порицались, но на самом деле они никуда не исчезли.

Посольство представляло собой маленький анклав, кусочек Англии в чужеземном окружении, и, едва переступив порог, я почувствовала, что вернулась домой.

С меня спешно сняли мои иностранные одеяния, предоставив мне более традиционную для англичанки одежду. Меня подробно обо всем расспросили, и я изложила всю свою историю. В посольстве знали о гибели «Звезды Атлантики» и о том, что после ее крушения мало кому удалось выжить. Мне пообещали немедленно связаться с Лондоном. Я рассказала, что спаслась благодаря помощи одного из матросов, как нас прибило к какому-то острову, с которого нас сняли корсары, продавшие затем в рабство. О том, что Саймон бежал из рабства вместе со мной, я промолчала. В моих словах никто не усомнился.

Мне предстояло провести некоторое время в стенах посольства. Меня осмотрел врач, пожилой англичанин. Он был очень ласков со мной и предписал полный покой. Я должна была отдыхать и помнить о том, что мне уже ничего не угрожает. Он также задал мне несколько вопросов. Я рассказала ему, как мне повезло найти в гареме друзей, что помогло мне избежать насилия. Мне показалось, что, услышав это, он вздохнул с облегчением. Он также отметил, что, судя по всему, мое здоровье не пострадало, но я должна быть очень осторожна. Последствия таких испытаний могли проявиться значительно позже. Если я желала

поговорить о пережитом, он был к моим услугам, но в любом случае мои желания святы.

Я много думала о Саймоне. Да и не могла иначе. Окружающие обращали внимание на мою задумчивость и, по всей вероятности, объясняли ее тем, что я не могу забыть о пережитых ужасах.

Более того, я не могла не думать о гареме, о том, что там происходит, о реакции Рани, обнаружившей, что вместо Фатимы из гарема вышла я. А ведь исчезла не только я, но и Саймон. К счастью, наш побег был делом рук старшего евнуха, а уж он сумеет позаботиться, чтобы поскорее замять эту историю. В том, что Рани разозлится не на шутку, я не сомневалась, но даже она вынуждена считаться со старшим евнухом.

Я думала и о Николь. Она по-царски расплатилась со своим долгом, как она его называла, и я страстно надеялась, что за добрые дела ее также ожидает вознаграждение, и ей удастся сохранить расположение паши как к себе, так и к своему сыну.

Но я этого уже никогда не узнаю. Все эти люди покинули мою жизнь так же неожиданно, как и вошли в нее.

Временами мне трудно было поверить в то, что я действительно на свободе. Неужели я скоро буду дома? Неужели я буду вести жизнь обычной английской девушки? — изумленно спрашивала я себя. Я знала, что всегда буду благодарна людям, которые помогли мне без потерь пройти через этот необычайный период моей жизни, хотя, обретя свободу, я потеряла Саймона.

Я с трудом припоминаю дни, проведенные в посольстве. Проснувшись утром, я первые несколько секунд думала, что лежу на своем диване в гареме. Меня опять охватывали тревожные предчувствия. Возможно, сегодня меня отведут к паше. Только теперь я поняла, в каком напряжении жила все это время.

Затем я вспоминала, где нахожусь, и волна облегчения прокатывалась по моему телу… пока я не вспоминала о Саймоне. В безопасности ли он? Удалось ли ему сесть на корабль, отправляющийся в Австралию? Мне казалось, что в нынешней его ситуации лучше места, чем Австралия, и придумать невозможно. Удастся ли ему до нее добраться? Он молод, силен и изобретателен. И когда-нибудь, когда он сможет доказать свою невиновность, он вернется домой. Возможно, мы еще встретимся и возобновим свою дружбу с того момента, на котором она прервалась. Он намекнул на то, что любит меня. Что он имел в виду? Вероятно, всего лишь привязанность, неизбежно возникающую между двумя людьми, вместе прошедшими через тяжелые испытания.

Я скоро должна была отправиться к себе, где меня ожидал дом в Блумсбери. Если он, конечно, все еще наш. Что случилось с моими родителями? И где теперь мистер Долланд, миссис Харлоу, Мег и Эмили? Вряд ли на кухне дома в Блумсбери, если мои родители не вернулись. Я часто представляла себе, как мистер Долланд сидит во главе стола, подняв на лоб очки, и рассказывает домочадцам о крушении, постигшем «Звезду Атлантики». Если мои родители и в самом деле не вернулись, какова участь моих друзей с кухни?

Иногда жизнь на свободе казалась мне такой же зыбкой, как и существование в стенах гарема.

Однажды меня пригласили зайти к послу. Посол Британии — высокий худощавый мужчина с изысканными манерами — держался со мной ласково и предупредительно, как и все сотрудники посольства.

— У меня есть для вас новости, мисс Крэнли, — заговорил он, когда я вошла в кабинет. — Как хорошие, так и плохие. Хорошая новость заключается в том, что ваш отец выжил в катастрофе и теперь находится в своем доме в Блумсбери. Плохая новость — вашу матушку так и не нашли. Вашего отца известили о том, что вы спаслись, и он с нетерпением ожидает вашего возвращения домой. Через несколько дней в Англию направляются мистер и миссис Диардон. Они едут в отпуск. Было бы неплохо, если бы вы присоединились к ним.