Чтение онлайн

— Это определенно удручающий факт, но все же интересный, — призналась она с ухмылкой.

Я встал и вытянул руки над головой.

— Мне нужно в туалет, а потом я собираюсь что-нибудь выпить. Хочешь чего-нибудь?

— Нет, пока не хочу. Но пока ты ходишь, могу я взглянуть на фотографии туманной стены?

Я поднял свой телефон с диванной подушки и бросил его ей в руки, проходя мимо.

— Пароль — все четверки.

Она крикнула: «спасибо» через плечо, как только я вошел в ванную.

Большинство людей, вероятно, не доверили бы кому-то другому доступ к своим телефонам без присмотра, но мне было все равно.

Не то, чтобы мне было что скрывать. Самой увлекательной вещью, которую она могла бы найти, скорее всего, была бы история моих поисков, но даже это не было материалом для сплетен.

Когда я вернулся в комнату с банкой содовой в руке, то заметил, что мой сотовый лежит на полу рядом с девушкой, ее внимание приковано к мерцающему пламени перед ней. Одеяло больше не было обернуто вокруг ее плеч, хотя она все еще использовала его на ногах.

— Ты прав, фотографии получились дерьмовыми. — Кенни взяла мой телефон и постучала по экрану, ее губы изогнулись. — Тем не менее, я нашла то, что пробудило мой интерес. — Именно тогда она повернула экран так, чтобы я мог увидеть фотографию, о которой идет речь. — Мне следует беспокоиться?

Мне хотелось смеяться, но в то же время хотелось убежать и спрятаться. На меня смотрело лицо Кенни, в середине смеха, застывшее во времени на моем экране. Я совершенно забыл, что сделал его, когда давал ей свой телефон.

Судя по выражению ее лица, когда Кенни смотрела на меня, я не думал, что мне есть чего стесняться. Возможно, она дразнилась, но это было явно по-дружески. К сожалению, мне было трудно избавиться от унижения, которое жгло мою кожу.

Должно быть, так девушка чувствовала себя каждый раз, когда я заставлял ее лицо пылать красным.

Но если и было что-то, в чем я был хорош, так это пробиваться вперед.

— Это просто действительно хорошая твоя фотография. Искренняя. Я даже забыл, что сделал ее. — Пожал плечами, делая вид, что это не имеет большого значения. Чем больше я так себя вел, тем убедительнее получалось, пока она не поверила, что это не имеет большого значения.

Кенни снова взглянула на фотографию, прищурив глаза и нахмурив брови.

— Мама говорит, что я точная копия своей бабушки. Говорит, что есть определенные вещи, которые я делаю, которые напоминают ей о ее маме, и одна из этих вещей — мой смех. Очевидно, я выгляжу и говорю точно так же, как она, когда искренне нахожу что-то забавным.

— Это должно означать, что твоя бабушка была очень привлекательным человеком.

По крайней мере, теперь я был не единственным, у кого пылали щеки.

— Меня всегда крайне расстраивало, что я точная копия того, кого никогда не встречу. Иногда я слышу о ней, но не могу сама увидеть эти маленькие нюансы. Это тоже самое, что узнать, что у тебя есть близнец где-то в мире, но у тебя никогда не будет возможности встретиться с ним.

— Да, я могу это понять. — Я взял телефон из ее протянутой руки и позволил ей продолжить свою мысль.

— Одно дело, если бы у меня были ее фотографии или если бы когда-нибудь слышала истории из ее жизни. Например, как твоя бабушка рассказывала тебе об озере и людях, которые жили в городе. У меня нет ничего из этого. — Разочарование смешалось с обидой в ее тоне.

— Ты когда-нибудь спрашивала свою маму о ней?

— Раньше да, но в конце концов перестала, потому что никогда не получала реальных ответов. Очевидно,

моя бабушка была довольно молчалива о своей жизни. Мама сказала, что ей казалось, что она на самом деле не знает ее, поэтому было трудно говорить о том, кем она была как личность. Хотя я ее тезка. Вот и все.

По какой-то причине это завладело моим вниманием и не отпускало. В моих ушах раздавалось тихое гудение, почти как помехи, но далекое.

— Ее звали Маккенна?

— Нет. Но ее девичья фамилия была Маккинни.

В этом было что-то знакомое, хотя я стряхнул это с себя. Вероятно, я чувствовал себя так потому, что называл ее Кенни, что очень напоминало фамилию ее бабушки.

Телефон зажужжал у меня в руке, на экране появилось имя моего отца.

— Ну, похоже, мы застряли здесь на некоторое время. Папа сказал, что шторм не утихнет в ближайшее время. По крайней мере, мне не нужно беспокоиться о работе. «Кормушка» будет закрыта до завтра, — сказал я, прочитав пришедшее сообщение.

— Значит ли это, что я должна спать здесь?

Черт, чего бы я только не отдал, чтобы она была здесь всю ночь.

— Не обязательно. В худшем случае всю ночь будет идти дождь, но это не помешает мне отвезти тебя домой. Молния удерживает нас внутри, но это не будет длиться вечно.

— Тогда почему они не открывают ресторан?

— Из-за дождя, особенно если он будет продолжать идти так сильно. Никто не захочет рисковать, так что нет смысла открываться. У моего отца есть пара свободных поваров на случай, если кто-нибудь на курорте захочет, чтобы еду доставляли в домик, но ресторан не будет открыт для полного обслуживания.

Кенни выглянул в окно позади меня, а затем встретился со мной взглядом.

— Что будем делать, чтобы скоротать время?

— У меня есть напитки. Можем поиграть в «Я никогда не…».

В ее глазах вспыхнул огонек, заставив мое сердце замереть.

— Ты веришь в родственные души, Кенни? — Дрю накручивал мои волосы на палец, время от времени проводя костяшками пальцев по моей щеке.

Он опустился на пол так, что мы оба оказались перед камином — Дрю на спине, я рядом с ним, опираясь на локти. Жара уже давно спала, делая атмосферу комфортной и несколько успокаивающей. Казалось, это хорошо определяло тон нашего разговора.

— Да, — ответила я тихо. — Разве не все так думают?

Дрю пожал плечами, как мог, лежа на спине, закинув одну руку за голову, как будто это была подушка.

— Я не удивлюсь, если найдутся люди, которые не верят в идею о том, что есть только один человек, который полностью тебе подходит.

— Ну, я не в это верю. Думаю, что у нас может быть много родственных душ.

Его глаза сузились, а лоб наморщился.

— Как это?

— Я имею в виду, что этот термин не обязательно для исключительно романтических отношений. Родственными душами могут быть друзья, родственники и любовники, а это значит, что их может быть больше одного. — Я начала сомневаться в своих собственных убеждениях, чем дольше парень смотрел на меня, нахмурив брови то ли в замешательстве, то ли сосредоточенно. — Я так понимаю, ты думаешь, что у каждого есть только один такой человек?