Чтение онлайн

— Хорошо, — вздохнув, ответила она. — Будешь на месте — сразу позвони.

Едва за ним закрылась дверь, она набрала номер Марка. Телефон молчал.

Немного подумав, она набрала номер Нины. Ответа, естественно, не было, но зуммер шёл.

«Может, звук пробьёт снег, и они его услышат», — думала Рената, методично набирая номер. Сколько прошло времени, она не знала, но когда в очередной раз набрала номер Нины, услышала сигнал параллельного звонка. Это был Тони.

— Я на месте. Всё очень плохо. Снега не просто много, его очень много. Я боюсь, что мы ничего не сможем сделать.

— Ещё

— Не знаю, здесь уже глубокая ночь. Они катались по крайней трассе, ближе к восточному склону. Марк, наконец, дозвонился до базы. Они послали помощь, но пока она сюда пробьётся, пройдет очень много времени.

— Как он? — взволнованно спросила Рената.

— Рыщет в окрестностях. Полагается на своё природное чутьё. Я тоже побегу, время дорого. Позвоню позже. Люблю тебя.

— И я тебя, — ответила Рената в уже затихшую трубку.

Присев на диван, она в задумчивости водила пальцем по обивке. В ней боролись два голоса:

«Позвонить или не звонить?», «Нет, я не хочу к нему обращаться. Я их ещё не простила», «Но он — искатель и сможет помочь», «Тони с Марком сами как-нибудь справятся», «A если они не найдут Нину или уже будет поздно?». Она мучительно искала выход и, наконец, решившись, набрала номер.

— Отец, здравствуй, — произнесла она, когда подняли трубку. — Мне нужна твоя помощь.

— Слушаю тебя, — ответил Андре.

— В горах сошла лавина. Там наши близкие друзья — Нина и Марк. С Марком всё в порядке, а вот Нина пропала. Я прошу у тебя помощи. Но есть одно осложнение — она жена соплеменника Тони, и она человек, — закончила она.

— Я тебя понял. Где это произошло?

— На Коронете.

В трубке молчали. Рената напряжённо ждала ответа. Она понимала, что значит для отца дать согласие.

— Хорошо, — наконец произнес Андре, — предупреди Тони, чтобы они ушли оттуда и не мешали нам работать.

— Нам? — удивилась Рената.

— Кэрол едет со мной. Она сейчас рядом.

— Хорошо, — растерянно произнесла Рената, — не буду вас задерживать. Позвоните мне, когда будет что-то известно. Да, и если ничего, тоже позвони.

Отключив телефон, она задумалась. Странно, что Кэрол тоже решилась помочь, у неё не было способностей искателя. Вот Андре — другое дело. Он хоть и не был чистокровным, но был очень хорошим искателем, лучшим в своё время. Или за время, что они не виделись, она чего-то не знала? Хотя Кэрол — врач, может и её помощь понадобится. Главное, чтобы всё получилось.

Набрав Тони, она долго ждала ответа. Она понимала, что возвращение в людскую сущность требует времени.

— Слушаю, — наконец услышала она в трубке хриплый голос мужа.

— Есть новости?

— Пока нет. Мы ищем. Здесь пошёл снег.

— Это плохо. Я позвонила отцу, — она ждала, что ответит ей Тони.

— Я и сам хотел тебя об этом просить. Мы не справимся, — в его голосе звучала какая-то обреченность.

— Ему нужно, чтобы вы с Марком ушли оттуда. Ваш запах будет ему мешать. Мама тоже будет с ним.

— Хм, а что она будет делать? — удивился Тони.

— Не знаю. И мне, в общем-то, всё равно. Хочет — пусть помогает. Ладно, связывайся с Марком. Буду ждать от тебя

Всю ночь она не находила себе места. Тони не звонил, новостей от Андре тоже не было.

Лишь когда на небе появилась тоненькая полоска света, раздался звонок.

— Андре нашел её, — взволнованно кричал он, — но она очень плоха. Её затянуло в расщелину и засыпало. Повезло, что осталась небольшая отдушина, и был доступ воздуха. Но на ней нет живого места, сломан позвоночник, глубокая рана на голове. Мы её даже трогать боимся. Состояние критическое.

— А что Марк?

— Он еще не знает. Бежит сюда.

— Хорошо. Кэрол там? Дай мне её.

— Рената, все очень плохо, — услышала она в трубке взволнованный голос Кэрол. — На ней места живого нет. Она не жилец.

— Мама, скоро появится Марк, — Рената покусывала губы. — И если он попросит, помогите ему.

В трубке молчали.

— Ты отдаешь себе отчёт, — наконец произнесла Кэрол, — что могут быть последствия? Это может кое-кому не понравиться. Они будут очень злы.

— Никто не собирается их злить, — возразила Рената. — Можно представить всё как случайность и обращение по необходимости.

— Но она — жена оборотня, — в голосе Кэрол слышалась неуверенность.

— Ну и что? Какая разница, кого обращать, если случай безнадёжен.

В трубке молчали. Рената терпеливо ждала, понимая, как непросто принять Кэрол такое решение.

— Ну, хорошо, — вздохнув, произнесла Кэрол, — сделаем, что сможем. Я посоветуюсь с Андре.

Через некоторое время позвонил Тони.

— Ну что там? — в нетерпении прокричала в трубку Рената.

— Марк их попросил. Обращение началось. Им нужно придумать легенду возвращения Нины. Я возвращаюсь домой. До встречи, дорогая.

Когда Тони появился на пороге дома, он выглядел очень усталым, но Ренате не терпелось его обо всём расспросить.

— Твои родители молодцы. Андре буквально перепахал всю гору. А Кэрол тоже помогала. Они передали тебе, чтобы ты не беспокоилась. Нина теперь их семья, и они сами все уладят, и со старейшинами тоже. Версию придумали такую: они охотились рядом, когда сошла лавина. Кэрол почувствовала кровь и боль.

— Она что, может это чувствовать? — удивилась Рената.

— Она, оказывается, ещё будучи человеком, проявляла сочувствие и старалась помочь. И вот после обращения это переросло в способность. Она поэтому и стала врачом. Сейчас работает в клинике. Так вот, они нашли Нину, и, увидев, что она сильно покалечена, обратили. Потом перенесли её в поселок по другую сторону горы. Она пока без сознания, но скоро очнётся, и потом они начнут её обучать.

А старейшинам скажут, что они не знали, что она жена оборотня и почувствовать тогда тоже не могли: запах крови перебивал всё. В общем, как-то так.

— А что Марк? Как он решился?

— Когда он увидел, в каком состоянии Нина, он сам попросил их. Ты бы видела его. Ради того, чтобы она была рядом, он был согласен на всё. Да и выбора у него не было. Уж очень она была плоха. Так что поздравляю, — он приобнял её, — у тебя появилась сестра.

— Да уж, — вздохнула Рената, — неожиданное родство. Надеюсь, обращение пройдёт безболезненно. А Богдан знает?