Пепельное небо
Шрифт:
А кто у нас тут разъезжать на машинах может? Местная власть? В смысле — новая власть. У кого еще бензин тут может быть? Разве что у военных…
И если первые мне совсем ни к чему, то вот со вторыми пообщаться было бы весьма кстати. Договоримся, я для них человек не чужой, да и если по одежке встречать, то на беглого зека совсем не похож.
Звук между тем усилился, и стало ясно, что автомобиль не один. Два, как минимум.
Ощущение же чужого присутствия тоже стало более явственным, тут совершенно определенно кто-то еще был. И где же мы сидим? Да в той рощице, которую дорога огибает, аккурат напротив меня. Место тут для засады вполне подходящее, удобное. Слышно далеко. Я оттого и выбрал эту точку для ночлега, как чуял… Только вот залег не в роще, куда каждый и поперся бы, а в небольших кустиках
Звук моторов, между тем, приближался. Уже можно разобрать, что идут два автомобиля, причем как минимум один из них грузовик. На той стороне забеспокоились, зашевелились ветки кустов, и через дорогу, пригибаясь, перебежали двое. Хм… если мне не изменяет зрение (а с чего бы это вдруг?), то один из них явно был, скажем так, не мужик…
Вооружение у них было так себе… одностволка и карабин, судя по характерным очертаниям — трехлинейка, иначе говоря, КО (карабин охотничий). Интересно девки пляшут… Тут что — воевать собрались? Кто и с кем? Чьи интересы представляет данная парочка? И кто сидит в машинах?
Рокот моторов стал громче, и из-за поворота вывернулся первый автомобиль. Полицейский «УАЗ». Даже маячок на крыше присутствовал. Машина была совершенно новенькая, чуть ли не с завода. Следом показался и грузовик. Здоровенный трехосный «КАМАЗ» с кунгом. Раскраска была зеленой, надо полагать, армейский трофей. Сколько народу сидело в «уазике» видно не было, стекла отблескивали, и рассмотреть хоть что-нибудь там было затруднительно. А грузовик с моей позиции вообще не просматривался.
Бах! Бах!
Судя по звуку, охотничье ружье. Стреляли с той стороны дороги. «Моя» парочка пока что молчала.
Брызнуло стекло на головной машине. «УАЗ» пошел боком, его занесло, и он съехал в кювет.
«КАМАЗ» почти мгновенно затормозил и, резко повернув в мою сторону, свернул с дороги.
В передней машине распахнулись дверцы, и оттуда горохом посыпались люди… в полицейской форме. Вот это номер! А в кустах тогда кто сидит?
Скрипнув тормозами, остановился и «КАМАЗ». Бухнула, открываясь, задняя дверь, и на траву начали выскакивать аналогично одетые и до зубов вооруженные люди.
Так… это тут полиция ехала, стало быть? А в лесу сидят местные «приморские партизаны»? Ага, с девушкой.
С той стороны бабахнуло еще несколько выстрелов. Лопухи… Насыпь дороги скрывала от стрелков большую часть происходящего, видны были только крыши автомашин. Ну, и куда вы стрелять собрались в таком случае? Дополнительную вентиляцию в кузовах оборудовать?
Да, кстати, а что ж эта милая парочка молчит и не стреляет?
А не подползти ли мне к ним поближе… авось чего и выгорит. Да и перед полицией будет бонус, если я им не дам огонь открыть. С такой-то позиции и кривой стрелок сможет без особого напряга пяток человек качественно уговорить. Быстро срезаю угол. Позиция парочки мне хорошо видна, они покамест лежат в траве и не поднимают голов. Вот и славно… Однако же, чего они ждут?
Высыпавшее из машин воинство тем временем достаточно грамотно развернулось в цепь. Команда — и они присели, кое-кто даже лег. Так… а вот это уже интересно. Так не командуют! Либо сели, либо легли — иначе никак. А чтобы и то, и другое…
Присматриваюсь к их вооружению. «Ксюхи», «весла»… трехлинейка? Вглядываюсь повнимательнее. В толпе мелькает человек с явно нештатным вооружением. У него в руках охотничья самозарядка двенадцатого калибра.
Так… Судя по вооружению, это кто угодно, но уж точно не полицейские. Автоматы с нескладывающимся прикладом в полиции на вооружении давно уже не стоят. У них, как правило, приклад рамочный, складной. И если я еще могу представить себе трехлинейку в качестве снайперской винтовки, то в обычном пехотном варианте она на вооружении уже сто лет нигде не состоит. В той же мере это относится и к охотничьей самозарядке. Во время оно приходилось мне видеть интересную штуку: так называемый «омоновский обрез». Это обычная самозарядка МЦ-21-12 с укороченным стволом и прикладом. В ближнем бою эта штука совершенно жуткая и в рукопашной драке
вполне себе ничего. Этакая «окопная метла» в отечественном исполнении. Самозарядная, скорострельная. А для стрельбы картечью в упор длинный ствол вообще не нужен. Увидь я здесь эту штуку — не удивился бы. Но у человека в руках была полноразмерная самозарядка этой модели или что-то очень похожее.Вывод? Это явно не полиция. Во всяком случае, не все одетые в форму являются ее сотрудниками. Возможно, какое-то местное ополчение, дружина или как там оно сейчас называется. Оттого и такой разнобой в вооружении и действиях.
От основной толпы отделилась небольшая группа, человека три. Среди них оказался и тот тип с самозарядкой. При более внимательном рассмотрении выяснилось, что он мало того что бородатый, так еще и выполняет в этой группе роль командира. Никак иначе растолковать его жесты было нельзя. Эта группка резко забрала вправо, нацеливаясь аккурат на мою нынешнюю позицию. Надо полагать, они намылились через дорогу в обход, чтобы выйти во фланг задорожным стрелкам. Ну вот, все и выясним заодно. Поближе подойдут, я их и разгляжу как следует. А там видно будет, говорить мне с ними или тихонечко ноги уносить. Воевать в моем положении с одним рожком в автомате — несмешная попытка самоубийства. Там, на лугу, почти три десятка человек с автоматическим оружием. Я не настолько высоко оцениваю свои стрелковые способности, чтобы выйти победителем из такой схватки. Тем более что среди псевдополицейских явно присутствует пара-тройка человек с опытом. Это можно было понять, посмотрев на то, как лихо и слаженно свернули машины с дороги.
Быстрый взгляд в сторону «моей» парочки. Опаньки! А ребята-то собрались сматываться! Видать, оценили степень крутости противника и решили удачу не испытывать. И сейчас они, пригибаясь к земле, быстро чешут в мою сторону. Не нужно быть особенным тактиком, чтобы понимать, что пути тройки бородатого и отходящей парочки неминуемо пересекутся. И произойдет это совсем близко от моей лежки.
Так оно и произошло. Рыжеволосый парень с карабином, завернув за куст, натыкается сразу на два автоматных ствола. Получив прикладом под ребро от бородатого, он сгибается пополам и валится на траву. Схватившаяся было за ружье девушка получает ружейным стволом по скуле и роняет свое оружие.
— Э-э-э… Зачем спешишь? Зачем ружье хватать? — укоризненно говорит бородатый. — Сколько вас там еще? Лучше сразу говори, иначе хуже будет, и здорово.
— Хамзат! — встревает в разговор его соратник. — Давай спеленаем ее по-быстрому да здесь, под кустиком, и приложим. Потом, когда все закончится, первые будем. А то, сам знаешь, иначе ничего и не обломится. А про засадников этих, вон, рыжего поспрошаем. Ему все одно карачун.
— Дело говоришь, — кивает старший группы. — Заткни ей пасть и руки-ноги свяжи. Пущай здесь подождет нас.
Ох, что-то не нравится мне этот разговор! Всякое в бою может быть, особенно когда надо быстро пленного расколоть. Такое можно пообещать, что и самому во сне не привидится. Но здесь явно что-то другое происходит.
Спеленатую девушку грубо швыряют под куст. Рывком вздергивают на ноги рыжего. Он уже в сознании, хрипло дышит и сплевывает на траву.
— Ну, что, партизан? — презрительно спрашивает его Хамзат. — Сам скажешь, или помочь тебе надобно?
Парень даже не успевает открыть рта, как на дороге все меняется. Со стороны засадников грохает нестройный залп, и с криками «ура» на дороге появляется редкая цепочка атакующих. Надо полагать, именно в этот момент и должна была вступить в бой данная парочка.
Если бы было можно вручить командиру засады медаль за заслуги, я бы выбрал деревянную. Атаковать неизвестно какого противника, да еще вот так по-идиотски… Плохо у нас с умом!
Впрочем, моя медаль командиру уже не понадобится. С поля разом рявкает два десятка автоматов, и атакующих сносит с дороги как метлой. Если кто и остался живой, то у него теперь только одна мысль — как бы ноги унести. Бой закончен.
Подбадривая себя матерными возгласами, толпа псевдополицейских вскакивает с места и бежит к дороге. Звучит несколько одиночных выстрелов: добивают раненых. Теперь все более-менее ясно. Это кто угодно, только не полицейские. Уж одного-то языка те захватили бы обязательно.