Паулина
Шрифт:
«Людям свойственно делать ошибки. И я ошибку совершил!»
Она лежала ко мне спиной. Осторожно присев на край кровати, смотрел на неё и думал:
«Слишком красивая и слишком яркая для такого парня, как я».
Стараясь не разбудить, провёл рукой по её волосам:
– Спи крепко, дорогая моя подруга.
Мне не оставалась ничего, кроме как расположиться на полу, сделав из своей куртки подобие подушки.
Поднявшись утром с пола, увидел, что кровать пустая.
«Она ушла. Это намного страшнее, чем рассказы Лавкрафта перед сном. Выглянув в окно, увидел, что бесконечные серые тучи дошли и до Парижа. Какое огорчение!»
Не найдя никакой записки, я понял, что связи с ней теперь у меня нет. Самые мрачные мысли закрались в душу. И в этот момент услышал шум. Он шёл из ванной. Шум воды. Словно камень упал с души, и я облегчённо выдохнул.
«Девушка просто решила принять душ. Никто тебя не оставил!»
Когда дверь открылась, я увидел её такой, какой ещё ни разу не видел.
Тело укутано полотенцем, мокрые волосы, стройные обнажённые ноги.
На самом деле это неловкая ситуация, ведь мы – не лучшие друзья и, может быть, уже вообще не друзья. Разве можно стать близкими друзьями за несколько дней? Поэтому сейчас она должна смутится и отвернуться.
– Привет! – сказала она, смотря мне прямо в глаза.
– Я думал, ты ушла.
– Не приняв душ? Ну нет.
– Как ты? – спросил я, когда она села на кровать рядом с мной. От неё исходит тепло и мне ой как неловко.
– Голова болит. Кажется, вчера было много алкоголя…
– Да уж.
В этот момент она прикоснулась к моей ссадине.
– Очень больно?
– Это мелочи.
Как непривычно сидеть с почти обнажённой девушкой! Но мне это нравится. Со стороны я похож на друга-гея, перед которым она может хоть голой ходить, всё равно это его не возбудит.
«Не самая лучшая мысль» – и я ещё раз удивился её раскованности.
– Тебе надо домой? – спросил в надежде услышать «нет» – и марафон приключений продолжится.
– Ну уж нет. Сейчас всё, что мне нужно, это свежий воздух. И бутылка минеральной воды.
Я воспрянул духом.
– Завтрак? – указал я на летнюю веранду ресторана, где было уже много народу.
– Только если ты желаешь моей смерти.
Она объяснила, что сейчас её организм не примет никакой еды.
«Часто ты так напиваешься?» – хотел было спросить, но сдержался.
– Давай сходим в парк Тюильри?
– Только
за!Мы быстро прибыли на место. Этот гигантский парк занимает 25 гектаров земли. Из истории помнил, что в XIX веке здесь стоял замок c садом. Но революция не дала шанса замку дожить до наших дней. Теперь это любимое место для семей с детьми, туристов и тех, кому нужна тишина и благодать природы.
Несмотря на осень, многие лавочки заняты. Пожилой мужчина с сединой, читающий газету, бабушка, которая вяжет и время от времени поглядывает на прохожих, мама со спящим грудничком.
Паулина нашла нам два свободных стульчика. Мы смотрим не друг на друга, а на озеро. Оно убаюкивало, расслабляло, радовало. То, что и нужно сейчас.
– Максим, понимаю, это глупая тема, но я хочу внести ясность.
«Ой-ой-ой! Звучит не очень…»
– Внимательно слушаю.
– Вчера мы пошли расслабляться и отдыхать, – начала она, а я уже понял, что разговор не из приятных. – Я выпила несколько бокалов, ты тоже.
– Да, так и было.
– Потом я стала танцевать.
Надежда на то, что алкоголь сотрёт из её памяти прошлый вечер, испарилась.
– Ко мне подошёл парень и предложил познакомиться. Это абсолютно нормально в клубе, да и в жизни тоже.
Сохраняя молчание, я понимал, что не только на небе сгущаются тучи.
– Но тут ты зачем-то вмешался, Максим. Стал драться. Что на тебя нашло?!
Её лёгкий и нежный голосок куда-то пропал, вместо этого она заговорила грозным, менторским тоном.
– Он стал приставать к тебе.
– И что? Ты не думал, что для меня это нормально?!
Промолчал.
– Максим, я ценю твою помощь и заботу. Помню и никогда не забуду Диснейленд, но я не твоя девушка.
В душе разразилась буря, уничтожающая всё на своём пути.
– Рада нашей встрече и рада тебе. Но мы просто друзья, Максим. Пожалуйста, помни об этом.
– Но…
– Может быть, это был бы мой будущий жених, а ты всё испортил, – с досадой говорила она, и это невыносимо слышать. – Я не хочу и не буду больше это вспоминать, но такое не должно повториться. Никогда.
«Вот тебе и конец. Твой милый домик на берегу океана только что снесло к чертям. Ты просчитался, осрамился!»
– Я прощу прощения, Паулина, но мне показалось, что это перебор.
– Тебе показалось.
Это как боксёрский матч, где меня только что отправили в нокаут. Судья уже считает до десяти, а самое главное – я не смогу подняться. Всё, что хочется, – это собрать вещи и убраться восвояси. С другой стороны, от проблем бегут только трусы. Я не такой.
– Ладно. Давай забудем это! – сменив гнев на милость, произнесла девушка. – Мне не хочется ругаться.