Парень моих кошмаров
Шрифт:
Найк сорвался с места, я даже вздрогнула всем телом от неожиданного выпада. Он взял парня за шиворот и поволок куда-то в сторону. Нужно было видеть, как тростниковые руки шустро потянули массивную тушу. А ведь Павел оказался на полголовы ниже худышки. «Не-не! Не смей! Нет… Черт». Я прикрыла рот, чтоб не завопить, когда мой потенциальный муж был отправлен за борт. Послышался мощный бултых.
— Остынь!
Найк хихикал. Он улыбался, как ребенок новой игрушке. Надо же, как мало ему нужно было, чтоб ожить. Сжалась в комок, представила, как беру его за тоненькую шею и с силой надавливаю
Персонал, который обслуживал вечеринку, бросился на помощь. Точнее, они кинули парню спасательный круг, который не успел еще высохнуть. Нужно отдать должное его друзьям, эти скучающие мажоры даже в лице не переменились.
Павел шумно выполз и упал на четвереньки, дышал так часто, словно стометровку пробежал. Помнится, кто-то недавно хвастал, что он весь такой спортсмен. Видимо, по литроболу, поскольку я никогда тяжелее стакана в его руках ничего не замечала.
— Ты… — задыхаясь, он ткнул пальцем в мою сторону. — Ответишь мне за это. Я сейчас дам вам возможность сойти на берег и не попадаться мне на глаза. Но я заставлю тебя пожалеть обо всем. Запомни, Злата, я своих обидчиков не прощаю.
Чёрт побери, войны только мне и не хватало. Я же не этого хотела! Мне нужна свобода, мои карманные деньги и отдых на Мальдивах, а не очередные неприятности. Сердце отчаянно застучало. Глупая. Настоящая дура. Стоп. Это не я виновата, а это чудище лохматое. Это он всё, он. Неудачник ходячий. Я кинула злой взгляд в его сторону, но промолчала.
Как Павел и грозился, нас высадили непонятно где. Яхта пристала к берегу, у которого не было ни причала, ни намека на цивилизацию. Так, маленький пирс, на котором обычно сидят рыбаки.
— Чао, мальчики! — я сошла на пирс, сохраняя горделивую осанку. — Ну, и девочки.
Немногочисленная компания переглянулась. Вот нравятся мне лица друзей Антипова: ничего понять нельзя. Такое ощущение, что они ничего не видели и не слышали. Либо до них не доходит. И почему никто из его окружения не скажет Павлу, что он козел, каких мало? Что с девушками так не обращаются?
Я терпеливо дождалась, пока яхта отчалит и скроется из видимости. И медленно повернулась к лохматому чудищу, вложив в свой взгляд максимум гнева.
— Славный у тебя друг, — вместо оправдательной речи, которую я ждала, я услышала очередной смешок. — Просто душка. И гостеприимный.
— А ты! Ты… Должен был подыгрывать мне, а не добавлять проблем. Это ты спровоцировал драку, скинул Павла в воду. Этот индюк теперь нажалуется отцу.
— Мне кажется, я всего лишь не позволил этому парню издеваться над нами. И уж прости, что попытался вступить за тебя.
— Благодарю великодушно, защитник хренов. А сейчас, я даю тебе возможность раствориться и больше не показываться мне на глаза! Никогда.
Крикнула отчаянно, с застывшими слезами в глазах. Ненавижу его! Сидел бы на своей помойке и дальше. Зачем я привела это ходячее недоразумение в приличное общество? Он же дикарь.
— С удовольствием, — хмыкнул.
Развернулся и пошел прочь, закинув на плечо рюкзак. Ну и катись к чертям!
Пользы от него всё равно никакой, одни убытки. Сейчас я позвоню водителю, и пусть ищет меня. Застыла на месте. Только не это! Я ведь забыла, что утопила клатч. А вместе с ним, деньги и телефон.— Эй! — я спохватилась, когда тонкая фигура юркнула в густые заросли камыша и исчезла из виду.
Пришлось ускориться. Ай-яй, больно же. Мои нежные ступни, которые грубее песочных пляжей ничего не видели, не выдержат подобного издевательства. А если я наступлю на что-нибудь острое?
— Подожди! Я пошутила. Да подожди ты!
Переминаясь с ноги на ногу, перескоками добралась до узкой дорожки, по которой тело Найка умчалось. Тоже мне джентльмен. Бросил хрупкую беззащитную девушку в беде и глазом не моргнул.
— Уже и пошутить нельзя. Гот недоделанный. Толку никакого. Сплошной ущерб.
Поморщилась, представляя свои ступни. Потом отпаривать и отмывать от грязи неделю буду. Не заметила, как уперлась лбом в чью-то грудь.
— Это твои неприятности. И друзья тоже твои, между прочим.
— Да что ты говоришь? А кто вздумал меня трогать у всех на глазах? Такого договора не было!
— Я импровизировал. Не скажу, что испытал при этом неземное удовольствие. Всё-таки у тебя зад костлявый, как по мне. И коленки острые.
— Это у меня костлявый? Да ты вообще скелет ходячий! С первого взгляда даже не понятно: хорошенькая ли ты девушка или страшненький мальчик.
— Я не виноват, что у меня такое телосложение, — недовольно буркнул парень и тут же отвернувшись, зашагал вперед.
Быстро засеменила за ним следом, на всякий случай. Мужчина он так себе, конечно, но идея блуждать в незнакомой местности казалась мне совсем плохой.
— Тогда и ты мой зад больше не трогай!
— Я и не трогаю.
— Ты трогал! — зло тычу в парня пальцем. — Ты… трогал.
— Боже, так разоралась, будто я поимел тебя при всех.
— Да что ты вообще знаешь об этике и поведении в обществе? И, будь любезен, не используй подобные слова в мою сторону.
— Какие? — он снова развернулся, преграждая мне путь. — Если для всех я — твой парень, то говорю, что хочу. И делаю с тобой то, что хочу.
Последнее он сказал, сменив тон. От странного сладкого тембра защекотало в животе. Мысленно дала себе пощечину. Чего ты на него уставилась? Боже, ещё радостно закивай в ответ. Он просто некультурный и плохо воспитанный гот. У тебя же с головой полный порядок. Был.
— Ты мне не парень. Ты — зверушка на побегушках.
Я поймала на себе его тяжелый взгляд, но, делая вид, что ничего не заметила, посеменила вперед.
— Эй, ты идёшь? Скоро стемнеет.
Мы всё шли и шли. Какой-то нескончаемо длинной тропой через бескрайние поля. Мне было холодно, досадливо, унизительно и жутко хотелось есть. Мокрое платье противно липло к телу, а в ступки впивались мелкие камешки, ветки и листья. На улице некстати темнело, а ветер начинал усиливаться.
— Эх, мой телефон накрылся, — Найк достал из кармана джинсов свой древний аппарат. — Ты мне теперь должна новый мобильный. Я ведь его утопил, тебя спасая.