Пандемия любви. Том 2
Шрифт:
Выпрыгнув из-под одеяла и при ближайшем осмотре не обнаружив ничего, чем можно прикрыться, я, гордо приподняв подбородок, проследовала в ванную.
– Не подозревал, что ты так вкусно готовишь, – заметил Холмогоров, напоследок пробежавшись по тарелке хлебной коркой. – Следует похвалить меня за то, как грамотно я выбрал себе жену.
– Не говори глупостей, Олег, – поморщилась я, моментально напрягшись.
Он удивлённо поднял бровь.
– Тебе не нравится мой выбор?
– Не очень.
– Отчего же? – поинтересовался
– По причине его крайней скоропалительности. Тебе следовало подойти к этому вопросу более вдумчиво. В таком деле не стоит спешить.
Отодвинув в сторону чашку, он глянул на меня с любопытством.
– Значит, ты не советуешь мне торопиться?
– Ни в коем разе. Торопливость бывает чревата, – буркнула я, собирая со стола посуду.
– Ну, в этом как раз меня сложно обвинить. Через пару лет мне исполнится сорок.
– Не передёргивай факты. Мы знакомы всего две недели, и вчера ты увидел меня в третий раз.
– И именно вчера мне особенно понравилось то, что я увидел, – сказал он, вытягивая под столом ноги.
– Тем не менее, нам ещё совершенно не удалось узнать друг друга, – насупилась я.
– Тогда продолжим, – немедленно подобрался он. – Я и сам думаю, что не в полной мере ознакомил тебя с сутью вопроса. Мне следовало подойти к этому гораздо подробнее.
Меня начинал разбирать смех, однако, вовсе не хотелось, чтоб он это заметил, поэтому я благоразумно повернулась лицом к раковине, полной посуды.
– Такое трудолюбие несомненно заслуживает похвалы, – отметила я, стоя к нему спиной.
– Просто на сегодняшний день у меня пока нет других аргументов, способных убедить тебя в правильности сделанного выбора, – мягко сказал он. – Но это всего лишь вопрос времени.
Бросив посуду, я вытерла руки и уселась перед ним на стуле.
– Олег, ты можешь хоть когда-нибудь говорить серьёзно?
– Я серьёзен как никогда, – недовольно бросил он. – И не понимаю, зачем нужно тратить время на подобные разговоры, когда всё и так предельно ясно. По крайней мере, мне.
– А мне нет.
Он усмехнулся.
– Мне будет не совсем удобно убеждать тебя прямо здесь, в кухне, но одно твоё слово, и я готов немедленно подарить тебе этот бесценный опыт.
– Ты – негодяй… – возмущённо подскочила я.
– Уже лучше, – растянул он губы в улыбке. – Замуж за меня пойдёшь?
– Никогда.
– А что так? – притворно изумился он. – Чем я тебе не угодил?
– Я не могу выходить замуж за мужчину такого бешеного темперамента, – решила я немного разрядить обстановку, – он непременно станет изменять мне, не успев выйти за порог.
– Если у меня, конечно, останутся на это силы, в чём я, впрочем, сильно сомневаюсь, если принять во внимание сегодняшнюю ночь, – терпеливо пояснил он.
…Господи, как же сильно он мне нравится! Какой кайф провоцировать его, заставляя нервничать, несмотря на весь его шутливый тон и бесконечную браваду. Провоцировать и знать, какая сила дремлет за этой показной покорностью и готовностью подчиняться мне. Какое блаженство покоряться этой силе, делая вид, что одерживаю
над ним верх. Интересно, сколько времени ему захочется позволять мне подобное?– Ну, это, как ты говоришь, всего лишь вопрос времени, – возобновила наступление я. – Ты так редко бываешь дома, что вряд ли станешь лишать себя радости подробно ознакомить со своими виртуозными методами массу новых объектов где-нибудь в Сирии или Ираке.
– Бог ты мой, – закатил он глаза, – ну подумай сама, к чему бы я стал, рискуя жизнью, прилагать столько усилий на обольщение женщин в мусульманских странах, когда для подобной цели можно без труда съездить, к примеру, в Париж?
– Лучше в Швецию, – тут же отреагировала я. – Там как раз только что вышел закон, регламентирующий охрану прав женщин, предпочитающих разгуливать по улицам исключительно топлесс.
– Какая прелесть. При твоих данных это было бы весьма привлекательно.
– Уверен?
– Честно говоря, не совсем, – усмехнулся он.
– Предпочёл бы лицезреть тебя где-нибудь в Саудовской Аравии плотно замотанной в кокон. Видишь ли, я оказался изрядным собственником. И это выяснилось не далее как вчера, когда ты отправилась в этом чёртовом купальнике кататься на лодке.
Тут я не выдержала и засмеялась.
– Если хочешь, могу надеть его для тебя.
– Нет смысла. Я сниму его тут же, как только появишься, – сказал он без выражения. – А теперь иди сюда.
И я в ту же секунду оказалась у него на коленях, смеясь и отбиваясь от его рук. Мы долго возились, в результате переместившись в комнату, и дальнейшие разговоры явно отложились на неопределённое время.
К счастью, я додумалась выложить из морозилки слоёное тесто ещё до того, как он вынес меня из кухни, поэтому вечером имела возможность насладиться незабываемым зрелищем поглощения им приготовленных мной пирожков.
– Завтра днём у меня телевидение, – сказал Холмогоров, наблюдая за тем, как я наливаю в его чашку заварку.
– Да, конечно, – кивнула я, слегка вздрогнув.
– Уже довольно поздно, и тебе, в любом случае, пора ехать.
Он поднял на меня глаза.
– Хочешь, чтоб я ушёл?
– Но тебе ведь действительно надо домой, Олег, – проговорила я, внутренне содрогаясь от этой неизбежности.
– Так хочешь или нет?
Мысль о том, что он сейчас уйдёт, вызвала такое головокружение, что я предпочла опуститься на стул.
– Нет, – мотнула головой я, игнорируя настоятельные сигналы здравого смысла.
– Тогда я успею это сделать и утром.
Это значит, что ещё целую ночь он будет рядом. Я не знала, надо ли было ему поработать перед выступлением, или он и так всегда готов к любому разговору, но почему-то мне думалось, что последнее вернее. В конце концов, если б он хотел уехать, ничто не помешало бы ему сделать это.
– Кстати, а ты знаешь, что Алина живёт двумя этажами ниже меня? – вдруг спросила я.
– В смысле? – не понял он.
– Мы живём в одном доме.
– Нет, конечно, я не знал этого. Я вообще мало что знаю об Алине.