Отступники
Шрифт:
Абель, вставая, заметил, как что-то тёмное обволакивало его руку, буквально вправляя сломанный палец. Парень показательно сжал кулак и встал в стойку, как его учил Уи и бросился на короля Изумруда.
Норман с легкостью, даже не напрягаясь, отбил выпад Абеля, схватив того за кисть. Он завернул руку юноши за спину и пнул Абеля в зад, отправив того жрать песок.
— Давай, покажи мне! Ты же так хотел! — говорил Норман, кусая собственные губы.
Абель встал, выплюнув надколовшийся зуб, вновь скакнув к своему приемному отцу. В этот раз, скорее всего Норман поддался, Абель смог нанести удар локтем
Абель снова попытался встать, но Норман наступил каблучком своего сапога на пальцы юноши, заставив того взвизгнуть от хруста собственных костей. Норман не останавливался. Он замахнулся ногой и ударил поддых Абеля, когда тот оказался на четвереньках, а после схватил его за шкирку.
Норман держал Абеля за рубаху, продолжая бить его время от времени. В конце-концов он бросил его на землю, начав глотать воздух ртом, видимо, выносливость короля была на исходе.
— Ты же слабак, — говорил Норман с паузами, — Кого ты хочешь убить? Ты не можешь уделать и меня!
Абель хотел что-то возразить, но лишь отхаркивался кровью, придерживая бок, кажется, у него были сломаны ребра.
«Пятнадцать секунд…» — считал Абель с момента начала драки, — «Я и правда беспомощен…»
— Абель Бинтермо — слабак, — говорил блондин, восстановив свои силы, — Я уже это понял… Абель Бинтермо плачет, кричит и плачет. И я знаю как ты работаешь: получаешь по щам, кричишь и за тебя работает твоя сила! Стоило мне её запечатать…
— Т-ты, — крикнул Абель, — За-запеча-!
— Да, потому что я сильный! — перебил Норман, подойдя к Абелю и вновь схватив того за волосы, — А ты слабак. Но…
Впервые Абель попытался открыть глаза, прислушаться, чтобы услышать, что же это за «но».
— Я не знаю никакого Абеля фор Грин, — сказал Норман, — Может, он силён? Достаточно силён, чтобы надрать зад королю Аметиста? Чтобы забрать свою Эвелин?
«Эвелин фон Краун» — единственная радость его жизни.
Абель замолчал, прекратив лить слёзы от боли и плеваться кровью, предпочитая сглотнуть её в этот раз. Норман отпустил его голову, когда заметил, что поток гнева в его голове закончился. Ему нужно было вновь услышать это имя, чтобы вспомнить, ради чего он старается.
«Я… Я же хотел стать лучше, чтобы быть достойным её руки…» — думал он, медленно вставая, — «Если я стану кронпринцем — я буду равен Эвелин.»
Норман, уловив ход мыслей Абеля, протянул руку, произнеся:
— Я предлагаю тебе новый договор, нет, пари: ты забываешь про «Бинтермо», становишься моим сыном, наследником престола Изумруда, сильнейшим из сильнейших. И… Убьёшь Аарогуста.
Секундное молчание, когда Абель, своей грязной и неприятной рукой, крепко схватил его, глянув Норману в глаза, видимо ища гарантий. Тот ничего не говорил, даже не кивал.
Абель вздохнул, кивнул самому себе, сжав руки в кулаки, встал на колени
— Хорошо… Отец, — склонился Абель фор Грин.
Глава 5. Часть 24
Глава 5. Часть 24
Прошёл год
357 год после Распада
— Говорят,
что какие-то паломники ищут настоящего Бога, мол, вернуть веру в людей, — говорил бармен, почесывая свою бородку, — Ох… Империя Золота совсем потеряла верующих, похоже, мы наблюдаем окончание верования в Бога, как такового…— Не правда! — крикнул пьяница, — В Рубине нашли гения Света и теперь они могут участвовать в Совете Трёх!
Хлопнула дверь. В этом заведении была мрачная атмосфера, когда туда зашла таинственная мисс со странной маской: белый слепок лица, показывающий каждую складочку, с чёрными линиями, вырезанными на маске, словно прилипшие к лицу лозы. Весь наряд был выполнен в том же стиле, черных линиях на белой одежде.
Она приходит сюда уже не единожды, поэтому все завсегдатаи, зная эту миледи, раздосадованно вздохнули, вынув пару монет из кошельков и кинув их бармену, покинули сие заведение.
Девушка оглянулась, в баре осталось лишь пара мужчин, что недоумевающе смотрели на неё, а также бармен, скрывшийся в подсобке в поисках чего-то. Вслед за мисс вошла низкая девчушка, укутанная в пальто и также скрывающая своё лицо, но под длинным капюшоном.
Со стороны послышался свист, мужчина, долго пялившийся на зад леди в белой маске, встал изо стола, опрокинув заранее стопку какого-то крепкого алкоголя. Он качающейся походкой шёл на двух девушек, что и не думали отступать, хотя мужик был больше них раза в два.
— Какие аппети-ик! — тное… — успел сказать он до того, как лезвие ножа оказалось у его горло.
Маленькая девчонка с натянутым капюшоном дала знак, мол, иди на место, но мужчина не сдавался, видимо, алкоголь давал о себе знать. Девушка обернулась посмотреть на свою госпожу, мисс в белой маске, та отрицательно помотала головой, сказав, что жертвы не нужны. Тогда леди в белой маске ушла в подсобку, за барменом, оставив свою сопровождающую вместе с пьяными джентльменами.
— Ваше Высочество, вы можете не носить свои маски тут, — сказал зрелый мужчина.
— Ха-ха, — рассмеялась Эвелин, — Вы правы.
Она стянула с себя памятную вещь оставшуюся от семейства Грант, что по странным стечениям обстоятельств, сгорело заживо в собственном особняке. Все о-о-очень скорбели по этой утрате. Лишь глава семейства Грант выжил, окончательно сойдя с ума, из-за чего его упекли в Лечебницу Шер.
Эвелин стянула с себя белоснежный капюшон, помотав пепельно-лиловыми волосами, после чего расстегнула свой плащ, оставшись лишь в привычном фиолетовом платье, в котором всегда бродит во дворце, однако, с недавних пор и по понятным причинам, при ней всегда, как минимум, кинжал или любимая шпага, которую она зовёт «Бык».
— Вы смогли достать его? — спросила она, сняв с себя пояс с ножнами.
— Конечно, Ваше Высочество, — ответил тот, снимая крышку с бочки и начиная убирать большое количество вещей, что видимо погребли под собой заказ Эвелин.
Эвелин оглядела себя, а позже, приоткрыв дверь, взглянула, как её спутница пинает лежащего пьяницу, что ещё недавно собирался надругаться над ними обеими и заявлял об этом… Достаточно открыто.
— Опять меня без клиентов оставляете, — бормотал он, — Неужели что-то странное в том, что Принцесса ходит по таким заведениям?