Отпустить поводья
Шрифт:
— Нэш, — стону я.
Всё моё тело напрягается от этого ощущения. Он стягивает с меня лифчик, обнажая груди, затем берет в рот каждый соскок, обводя их льдом в идеальной гармонии со своим языком, заставляя мою голову кружиться. Я стону, а киска пульсирует до боли, мне нужно что-нибудь, что угодно. Лёд такой холодный, что почти причиняет боль. Соски начинают неметь, как только он отпускает их и скользит ртом вниз по животу, затем, наконец, сквозь кружево трусиков. Моя воля тает быстрее, чем лёд на моей горячей киске. Нэш продолжает посасывать клитор через тонкое кружево, но этого
— Ты чувствуешь? Как сильно ты хочешь меня прямо сейчас? — шепчет он мне на ухо.
— Да, — с трудом выдыхаю я.
— Настолько сильно я тебе нужен?
— Да, боже, да.
— Прошлой ночью я хотел тебя в тысячу раз больше, — он прикусывает мою шею, и я почти мяукаю в ответ.
Все мои чувства на пределе и вышли из-под контроля, я начинаю тереться о его руку. Я ищу любое трение, которое он мне предложит. Как только я собираюсь снова начать умолять, он втягивает сосок в свой горячий рот, и я готова кончить от одного этого ощущения.
— Нэш, — умоляю я. — Пожалуйста.
— Что «пожалуйста», Сиси?
Он берёт в рот другой сосок, и обжигающее ощущение возникает снова, когда его горячий язык успокаивает холод после льда.
— Пожалуйста, позволить тебе кончить? Нет. Ты можешь подождать ещё немного. Но ты можешь засунуть один палец в эту узенькую дырочку для меня.
Я делаю, как Нэш приказывает, и засовываю средний палец в свою киску.
— Покажи мне, как ты трахаешь себя, когда остаёшься одна, Сиси, потому что я знаю, что ты это делаешь, — говорит он, ускоряя движения на своём члене.
Нэш кивает головой.
— Теперь ещё один, — приказывает он, и я делаю, как он говорит.
Я засовываю два пальца в свою влажную киску и стону, запрокидывая голову.
— Ты думаешь обо мне, когда доводишь себя до оргазма?
— Да, постоянно, — отвечаю я дрожащим голосом.
— Чёрт, да, ты так делаешь, — стонет он.
Это уже слишком — его вид, то, где мы находимся, его слова, всё. Я сейчас взорвусь. Нэш отводит мою руку от киски и обсасывает пальцы, покрытые моим возбуждением, его язык томно поглаживает их, не пропуская ни капли.
— Так чертовски сладко.
Я всхлипываю, когда он начинает двигаться быстрее.
— А теперь встань на колени, малыш. Сведи свои идеальные сиськи вместе и покажи мне свой язычок. Покажи, где ты хочешь, чтобы я кончил.
Я соскальзываю со стойки и опускаюсь перед ним на колени. С этого ракурса он такой большой во всех отношениях, я чувствую себя настолько маленькой по сравнению с ним, и я никогда не хотела его больше. Он чертовски восхитительно улыбается, глядя на меня сверху вниз, и проводит большим пальцем по моей нижней губе.
— Молодец, девочка, такая хорошая маленькая развратница, умоляющая меня кончить. Ты отчаянно хочешь этого, не так ли?
— Да, — выдыхаю я, и это так.
— Эта идеальная
киска в моём распоряжении, когда я захочу. Не так ли, Сиси?— Да. Она твоя, — стону я.
— Так оно и есть, чёрт возьми, — рычит он.
Я уже собираюсь начать тереться об него, когда его ноги напрягаются, и горячие струйки спермы яростно выплёскиваются на мою грудь, язык, шею, подбородок, когда он стонет:
— Сесилия, — растягивая моё имя, пока не опустошает себя до предела.
Большим пальцем он стирает сперму с моего подбородка, его дыхание замедляется, и он засовывает палец в ней мне в рот. Я послушно отсасываю, и он снова стонет.
— Вот моя девочка, — шепчет Нэш, нежно целуя меня в губы. — Теперь мы квиты. Ещё немного, ради тебя.
Глава 42
После того как Нэш снова натянул джинсы и вытер меня тёплым полотенцем, он принялся за уборку барной стойки.
Наблюдая, как под его кожей играют мышцы при каждом движении, я сжала бёдра, надевая одежду. Я всё ещё чертовски чувствительна и умираю от желания, чтобы он снова коснулся меня.
Он ведёт себя так, будто у него полно времени.
Когда он, наконец, удовлетворённо осматривает стойку и пол, он натягивает футболку через голову.
— Пойдём, — говорит он, целуя меня в щёку.
Я надуваю губы, не скрывая раздражения. Он улыбается и поднимает мой подбородок, заставляя меня смотреть ему в глаза.
— Не переживай, Рэй. Я дам тебе кончить достаточно скоро.
Я фыркаю, а он довольно улыбается и ведёт меня к выходу из бара.
Мы подходим к входной двери, и как только Нэш отпирает её, навстречу по тротуару идёт Ашер.
— Босс, — здоровается он своим глубоким голосом, затем поворачивается ко мне с улыбкой: — Сиси.
Впервые я вижу, как он улыбается. На его щеках появляются ямочки, которые совсем не вяжутся с его устрашающей внешностью — тату, мускулы и вечно хмурый вид.
— Напомни мне не играть с тобой в «кто выпьет больше» в ближайшее время.
— Ха-ха, — отвечаю я. — В ближайшее время вообще пить не собираюсь.
— Я отвезу Сиси домой. И, честно говоря, я выжат. Возьму сегодня выходной, — говорит Нэш, и Ашер смотрит на него так, будто слышит от него эти слова впервые в жизни.
— Выходной? Эм… ну да, конечно.
— Сколько у тебя сегодня официантов?
— Восемь. Пятьдесят восьмой день рождения Сэнди Эллиот.
Нэш кивает, и я мысленно фиксирую — моя мать действительно будет здесь сегодня со своей компашкой. Она и Сэнди дружат со школы.
— На созвоне, если что. Бар полностью готов, — говорит он Ашер и жестом уводит меня за собой.
Мы едем в тишине, и когда Нэш сворачивает на дорожку к ранчо, я понимаю, что он действительно может просто отвезти меня домой. Злость начинает закипать, он получил своё, и теперь просто высаживает меня у дома, как какую-то девку на одну ночь.
Он подъезжает к «Стардаст», и я резко начинаю говорить с сарказмом, потому что именно так я справляюсь, когда нервничаю:
— Спасибо за сегодняшний день. Было весело, особенно момент, когда ты кончил на меня. Ну… увидимся, наверное.