Остров
Шрифт:
– До свидания, мадам.
Рани повернулась, потрепала по щеке юную сиделку и выплыла из комнаты. Подобно полубаркасу в кильватере оснащенного всеми мачтами корабля, Муруган проследовал за ней.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
– Потрясающе! – фыркнула юная сиделка, едва за посетителем захлопнулась входная дверь.
– Полностью с вами согласен, – сказал Уилл. На евангелическом лице мистера Баху промелькнула вольтеровская усмешка.
– Потрясающе, – повторил он. – Именно это слово услышал я от английского школьника, впервые увидевшего египетскую пирамиду. Рани производит похожее впечатление: ей присуща
Усмешка исчезла, и лицо стало точь-в-точь как у Савонаролы – без сомнения, слова мистера Баху предназначались для печати. Маленькая сиделка неожиданно расхохоталась.
– Над чем вы смеетесь? – полюбопытствовал Уилл.
– Мне вдруг представилась египетская пирамида, закутанная в белый муслин, – сквозь смех проговорила девушка. – Доктор Роберт называет ее костюм мистической униформой.
– Остроумно, очень остроумно! – заметил мистер Баху. – Но, в самом деле, – добавил он уклончиво, – отчего бы мистикам не носить униформу, если им нравится?
Маленькая сиделка отдышалась, вытерла слезы и занялась приготовлением к инъекции.
– Я знаю, что вы сейчас думаете, – сказала она Уиллу. – Вы думаете, что я слишком молода и не умею как следует делать уколы.
– Да, я действительно считаю, что вы слишком молоды.
– У вас поступают в университет в восемнадцать лет и учатся четыре года. Мы становимся студентами в шестнадцать лет, а заканчиваем обучение в двадцать четыре. Но мы не только учимся, мы еще и работаем. Я вот уже два года изучаю биологию и работаю медсестрой. И потому я не так несмышлена, как кажется. Я уже довольно опытная сиделка.
– Что я могу подтвердить лично, – сказал мистер Баху.
По выражению лица этого весьма искушенного монаха можно было понять, что мисс Радха, помимо высокой профессиональной квалификации, обладает также первоклассной талией, первоклассными бедрами и первоклассным бюстом. Однако было ясно и то, что обладательница всех этих достоинств пренебрегла обожанием галантного Савонаролы. Но посол, не теряя надежды, вновь перешел в наступление.
Юная сиделка зажгла спиртовку и, пока кипятился шприц, измерила, пациенту температуру.
– Девяносто девять и две десятых.
– Это значит, что меня отсюда выставят? – поинтересовался мистер Баху.
– Если только пациент этого пожелает.
– Тогда оставайтесь, – сказал Уилл.
Сделав больному укол, маленькая сиделка достала из сумки пузырек с зеленоватой жидкостью. Наполнив наполовину стакан водой, она влила туда столовую ложку лекарства и разболтала.
– Выпейте-ка вот это, – велела она.
По виду смесь напоминала травяной отвар, наподобие тех, что ревнители здоровья пьют вместо чая.
– Что это? – осведомился Уилл.
Девушка объяснила, что это – экстракт травы, растущей в горах и по свойствам близкий к валериане. Успокаивает, но не действует как снотворное.
– Мы даем его выздоравливающим, – сказала Радха. – Его назначают также душевнобольным.
– Так кто же я, по-вашему, душевнобольной или выздоравливающий?
– И то, и другое, – не колеблясь, ответила девушка. Уилл рассмеялся.
– Вот что значит напрашиваться на комплименты.
– Я не хотела обидеть вас, – заверила его Радха. – Просто еще не встречался человек оттуда, который
был бы душевно здоров.– Включая посла?
– А как вы думаете? – ответила она вопросом на вопрос. Уилл переадресовал его послу.
– Вы в этом деле знаток, – сказал он.
– Решайте это между собой, – предложила юная сиделка. – А я пойду и приготовлю ленч для пациента.
Мистер Баху поглядел ей вслед; приподняв левую бровь, он выронил монокль и принялся полировать линзы носовым платком.
– У вас свое отклонение от нормы, – сказал он Уиллу, – а у меня свое. Вы шизоид – разве не так? А я параноик. Оба мы – жертва чумы двадцатого века; но, в данном случае, это – не Черная Смерть, а Серая Жизнь. Вас когда-нибудь привлекала власть? – спросил он, помолчав.
– Нет, никогда. – Уилл решительно покачал головой. – Можно ли достигнуть власти, не предав себя?
– И, опасаясь предать себя, вы отказывались от удовольствия помыкать другими людьми?
– Да, страх перевешивал стремление к удовольствию.
– Но хоть однажды вы испытали соблазн?
– Нет, никогда.
Они помолчали. Наконец Уилл, переменив тон, сказал:
– Давайте вернемся к делу.
– Да, к делу, – повторил господин Баху. – Что вы мне скажете о лорде Альдехайде?
– Рани уже упоминала его редкостную щедрость.
– Меня не интересуют его добродетели. Насколько он умен, вот что меня занимает.
– Достаточно, чтобы понимать: ничего не делается задаром.
– Прекрасно, – сказал мистер Баху. – Тогда передайте ему от меня, что сведущим людям, стоящим у рычагов власти, следует платить примерно вдесятеро больше, чем вам.
– Я напишу ему об этом в письме.
– Напишите сегодня же, – посоветовал мистер Баху. – Завтра вечером из Шивапурама вылетает самолет, а следующего придется ждать целую неделю.
– Спасибо, что предупредили, – ответил Уилл. – А теперь, поскольку ее высочество и этот невыносимый юнец удалились, поговорим о другом искушении. Что вы скажете о сексе?
Мистер Баху замахал перед лицом костлявой коричневой рукой, словно пытаясь отогнать тучу насекомых.
– Телесный зуд, довольно досадный; унизительнейшее раздражение плоти. Но умный человек всегда способен справиться с ним.
– Как трудно понять чужие пороки!
– Вы правы. Каждый привязан к собственному безумию, особо подобранному для него Богом. «Pecca fortiter»[18], советует Лютер. Но старайтесь замечать свои пороки, а не чужие. И главное, в поступках своих старайтесь не подражать жителям этого острова. Не ведите себя так, словно вы здоровы и душой и телом. Все мы – умалишенные грешники на едином вселенском корабле, и корабль этот вот-вот утонет.
– Но крысы не торопятся убегать. Что вы на это скажете?
– Возможно, иные из них пытались бежать. Но не смогли уплыть далеко. История показывает, что крысы всегда тонут вместе с кораблем. Вот почему пример Палы не будет иметь успеха.
Юная сиделка вошла в комнату, неся поднос.
– Пища буддистов, – сказала она, повязывая Уиллу салфетку, – за исключением рыбы. Но мы считаем, что рыба равноценна овощам.
Уилл принялся за еду.
– Кроме рани, Муругана и нас с мистером Баху, – спросил он, прожевав и проглотив первый кусок, – много ли вам доводилось видеть людей оттуда?