Ослепленная
Шрифт:
Я снова отодвинулась, но молила о еще одном ударе, не задумываясь о том, что звук столкновения его руки с моей кожей могли привлечь проходящего мимо бизнесмена. Что бы я сделала, если бы он увидел нас? Что, если его глаза зажглись бы желанием? Позволила бы я им обоим оттрахать меня? Да, бесстыдная шлюха снова завиляла попкой. Я бы молила об этом.
Наказание Хантера опустилось на мою попку, и я резко втянула воздух. Боль мгновенно сменилась волной прекрасного удовольствия. Второй рукой он орудовал между моих ягодиц, и это невероятное чувство наполненности было почти невыносимо. Почти.
– О боже, – промычала я, извиваясь единственным
– Вот так, принцесса. Кончи вокруг моего толстого члена. Хочу ощутить два твоих оргазма. – Хантер достал большой палец из моей попки и сжал мои бедра, качаясь в безумном ритме, пока его мышцы не напряглись, когда оргазм накатил на него. Наши голоса слились в первобытную симфонию, в то время как он стонал от экстаза, а я переживала свой второй оргазм, охватывающий меня сильными волнами. Я глубоко дышала, чувствуя, как мое тело горит и искрится от удовольствия.
Он захлопнул дверь спустя мгновение, прежде чем поймать меня в клетку из его тела и стеклянной стены позади меня.
– Господи.
– Да... – выдохнула я, чувствуя, как мое тело начинает медленно возвращение к нормальному состоянию.
– В следующий раз я запишу это.
– О? Ни за что, Хантер!
– Тебе нравится, когда за тобой наблюдают. – Он подмигнул и отошел, оставляя меня все еще под впечатлением от доставленного мне оргазма. – Мне нужна сигарета после этого.
– Клянусь, я никогда не могу предугадать, что ты скажешь. – Я захихикала и выпрямилась, чувствуя себя использованной. Мне хотелось увидеть, остались ли на моих ягодицах следы от ударов. Мне нравились отметины, которые он оставлял на мне.
Он лишь пожал плечами, а я поволочилась вслед за ним, когда он вошел на кухню и достал из выдвижного ящика потрепанную пачку мятых сигарет.
– Последняя. – Его брови слегка затанцевали.
Я засмеялась.
– Я думала, ты окончательно бросил. Не видела, чтобы ты курил уже несколько недель. – Я сделала себе чашку чая.
– Пытался, – подмигнул он. – Назовем эту самой последней.
Я последовала за Хантером на его маленький балкон уже через минуту с чашкой горячего чая «Английский завтрак» в руках.
– Фото красивое. Спасибо, что сделал его, – сказала я, чувствуя шок не только из-за его таланта, но и потому что он захотел повесить мое фото у себя дома.
– Я назвал его «Ослепленная». – Он выдохнул струйку дыма.
– Интересно. Поделишься? – захихикала я, без ума от него.
– Для начала, – его глаза потемнели, – этот смешок приведет к тому, что я снова оттрахаю тебя. – Мои глаза расширились от его слов, возвращая в жесткую, неприкрытую реальность. – И я назвал ее «Ослепленная», потому что ты была красива и невинна, слепа ко всему плохому, что творится в этом мире, пока не связалась со мной. – Его губы искривились в похотливой ухмылке.
– Похоже на кучу творческой ерунды. – Я выгнула элегантную бровь, надеясь, что он поймет мой вызов.
– Маленький критик? Ты заплатишь за этот умненький ротик. – Его рык прожег меня, согревая мои внутренности возбуждением. – Повернись. – Хантер притянул меня к себе и прижал к перилам балкона, смотрящего на город.
Огни города жгли мне глаза, а рука Хантера гладила мои бедра,
прежде чем опуститься резким хлопком на мою уже чувствительную пятую точку.Хантер был готов к вызову, еще как. Глупо было сомневаться в этом.
Глава 5
Мы оставались дома у Хантера до утра четверга, а после сели на самолет до Нью-Йорка, отправляясь на перенесенную съемку. Хантер настоял на том, что откладывать ее больше нельзя, и честно говоря, побег из города казался райским предложением, пусть даже на одну ночь.
– Ты уверен, что нам можно уезжать так далеко? – Я достала сумку из темного лексуса, который довез нас к отелю в Верхнем Ист-Сайде.
– Все будет хорошо, да и работу нужно выполнять, не так ли? – Он откинул мои сомнения заразительной, жизнерадостной энергетикой. – Как ты смотришь на то, чтобы поесть нью-йоркской пиццы, когда избавимся от этого? – Он указал на сумки на плече, когда мы вышли в благоухающую темноту.
– Сейчас? Уже начало первого ночи. – Я засмеялась. Ощущения были такие приятные, мне не хватало этого заразительного позитивного настроя последние несколько недель, с тех пор как мир обрушился на нас.
– Любое время подходит для пиццы. – Он улыбнулся, когда мы прошли мимо швейцара к ресепшену. Уже через двадцать минут мы, смеясь, шли через лобби с двумя огромными пенопластовыми коробками с кусочками сырной пиццы. Мы устроились на двухместном диванчике в номере друг напротив друга, скрестив ноги и поедая нашу пиццу, запивая пивом и слушая включенный на фоне VH1 Classic.
– Я немного покопал информации о твоей матери, – произнес Хантер, закончив жевать.
– Моей маме? – спросила я, кусая свой ломтик пиццы.
– Ты говорила, что жила в Ист-Тауне, пока не уехала из города.
– Да? – сказала я, закончив жевать.
– Ты знаешь, кто купил дом в Клирвью?
– Моя мама. Не знаю, никогда не думала об этом. – Я отложила свою пиццу и склонила голову, глядя на Хантера. – А что?
– Я откопал свидетельство о праве собственности. – Он бросил на меня взгляд. – Это публичная информация. Он записан на имя компании. Точнее был записан, пока предприятие не разорилось.
– Правда? Это странно. Не знала, что она была связана с финансовыми компаниями. – Я склонила голову и задумалась, пытаясь отыскать хоть какую-то информацию о покупке нашего дома. – Она владеет им уже почти тридцать лет. Думаю, недавно мама наконец оплатила его... – Я пожала плечами, предлагая ему единственные крохи информации, что у меня были.
– Он уже давно оплачен. – Хантер провел рукой по волосам. – Я буду дальше следить за этим, но хотел посоветоваться с тобой. Может, это ничего и не значит. Банки в то время раздавали ипотеки направо и налево.
Я лишь кивнула в ответ, но шестеренки в голове не останавливались, я гадала, почему она с трудом оплачивала счета все те годы, но не волновалась за сохранение дома. Может, ей помогла одна из тех организаций поддержки малоимущих?
– Дай знать, если найдешь еще что-то. Помогу, чем смогу, пусть даже просто подкину пару идей. – Я легонько сжала его предплечье. – Нам пора идти спать. Фотосъемка, как всегда, ни свет ни заря. – Я вздохнула и потерла свой полный живот.
– Тебе требуется много сна, – поддразнил меня Хантер, затем подхватил на руки и отнес на двойную кровать, занимавшую большую часть второй половины номера.