Осколки
Шрифт:
– Ты только посмотри, эти мужланы разговаривают лишь о спорте, не видя и не слушая ничего другого! Вот как тогда таким девушкам как мы с ними разговаривать? – наигранно вздохнула она и закатила глаза. Компания разразилась хохотом.
– А вам и не нужно разговаривать, – сказал Нед, – только кормить, поить, и ублажать – вот вам и вся наука!
Лив засмеялась вместе со всеми. Какая-то часть её немного пожалела, что раньше она не посещала эти встречи. Время пролетело незаметно. Они болтали обо всём: ценах на топливо и жильё, о новой подружке босса, и даже о разных носках Томми, который так спешил сюда, что даже не заметил допущенного им модного
– Лив, тебя подбросить? – спросил Алекс, надевая пальто.
– Нет Алекс, спасибо. Я на колёсах. – ответила Лив, улыбнувшись ему.
– Тогда до встречи! Увидимся в четверг!
Компания двинулась к выходу. Томми начал буянить, и Брайан с Алексом, прибегнув к помощи еще одного друга, насильно запихали его в такси; Лили и Нед уехали вместе, что удивило Лив: на работе они терпеть друг друга не могли, а здесь такой поворот. Она покачала головой, улыбнулась, и помахала всем рукой, прощаясь с каждым. После этого она двинулась в сторону машины, но на полпути она передумала, и вернулась в бар. Фредди (ему она кивнула, когда приехала сюда), хозяин данного заведения, был рад её видеть.
– Давненько не заглядывала в мои пенаты, красотка. – улыбнулся он. – Думал что уйдешь, так и не подойдя ко мне.
Это был мужчина средних лет, что представлял собой идеал мужской красоты: кареглазый брюнет, атлетически сложен, и учтив с женщинами. Добряк по натуре, он имел прекрасное чувство юмора; однако был суров с теми, кто переходил ему дорогу, или просто нарушал правила, установленные им в баре. Не смотря на то, что они с Лив были во многом непохожи и противопоставлялись друг другу, тем не менее, между ними были отличные отношения, которые не портились из-за редких встреч.
– Работа, дела… Сам понимаешь. – вздохнув, ответила Лив.
– Что-нибудь выпьешь? Есть отличный виски.
– Я за рулём, Фред.
– Да ладно, как будто это когда-то мешало нам с тобой надираться в стельку после закрытия. Я помню, как ты однажды хотела отправиться на гонки по ночному городу, но копы засекли нас раньше – мы тогда еле от них удрали. Именно после того случая я больше не езжу с тобой, хотя моя жизнь и утратила некоторую экспрессию. – рассмеялся тот.
– Да, было время, – улыбнулась Лив, – но всё же виски сегодня постоит на полке. Лучше сделай мне «Лазурный берег».
– Одну минуту, милая.
Лив сидела за барной стойкой и наблюдала, как этот силач виртуозно подкидывает шейкер и жонглирует бутылками, чем вызвал одобрительный свист некоторых посетителей. Со стороны могло показаться, что таким образом бармен подкатывает к очередной девушке, которая сидит перед ним в этот вечер, но это было не так. Их дружба была крепче, чем интрижка на одну ночь. Намного крепче.
– Вот, держи. – Сказал Фред. – И не вздумай доставать кошелёк, а то я знаю тебя – это за счёт заведения.
– Ну а почему бы мне не заплатить за себя?
Фредд посмотрел на неё, и она увидела начинающее хмуриться лицо друга, поэтому поспешила
сказать:– Ладно-ладно, но может хотя бы улыбку примешь в счёт оплаты? – рассмеявшись, сказала Лив.
– Улыбки будет достаточно. И не обижай меня больше. Picula non olet – слышала такое? Тебе стоит запомнить эту фразу. Не все в мире измеряется деньгами. – Проворчал Фред.
– Вот это да! – Воскликнула Лив, улыбнувшись. – Ты решил блеснуть эрудицией и ткнуть меня носом в мои недостатки?
– С тобой разве что бликовать получится. – Вернул ей улыбку Фред. – А про недостатки молчу – я хочу жить долго и счастливо, умереть в собственной постели, а не придушенным тобой на барной стойке.
Здесь он обхватил руками горло и показал как именно представляет смерть от её рук. Выглядело настолько смешно, что Лив поперхнулась коктейлем, когда рассмеялась.
– Скорее я умру от того, как ты корчишь рожи. – Отсмеявшись, сказала она.
Они поболтали еще около получаса. Лив допила коктейль, дала Фреду обещание заехать завтра и начала собираться домой, как вдруг бархатный мужской голос за её спиной сказал:
– Будьте добры, для леди бокал каберне урожая одна тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года, если же его нет, то самое дорогое, что у вас имеется, а мне двойной виски со льдом. Самый лучший, что у вас есть.
Лив обернулась на голос, собираясь вежливо отказаться от предложенного ей наглым образом вина (ведь её даже не спросили!), как вдруг слова застряли в её горле, как овсяная каша, которую она ненавидела всей душой. Мужчина улыбнулся.
– Ну здравствуй, sola.
Глава 2. Хорошие новости бывают просрочены
Перед ней стоял Ник Бревис.
Она не могла поверить в это. С прошлым, олицетворением которого он являлся, было покончено, и оно не должно её настигнуть – она сделала для этого всё, но глаза и слух доказывали обратное. Оцепенение охватило её, и к своему стыду, она никак не могла его преодолеть. Неожиданный собеседник заметил это, и усмехнулся.
– Что же ты, не рада меня видеть? Забыла старого друга? – спросил он, изобразив на лице огорчение, но глаза по-прежнему блестели довольством от произведенного на неё эффекта. «Чёртов лицемер», подумала Лив.
– Прости, онемела от радости. – Взяв себя в руки, она улыбнулась ему.
– Всё в порядке? – Спросил подошедший Фред. Он взглядом дал понять ей, что одно слово – и он вышвырнет отсюда этого наглеца.
– Да, всё хорошо. – Повернулась к нему Лив. – Просто очень неожиданная встреча.
– Окей, я рядом если что.
Фред ушел на другую сторону бара, где симпатичная брюнетка уже вовсю жалобно строила ему глазки. Лив развернулась к Нику.
– Чего ты хочешь?
– Ты даже не поцелуешь меня? Я думал, наша встреча будет более теплой. – Усмехнулся Ник, прищурив глаз.
Лив взяла себя в руки. В конце концов, это не она явилась прямо из ада в сегодняшний вечер этого гада без предупреждения; свою же волю и жизнь сломать не даст.
– Спрашиваю последний раз: что тебе нужно? – Спросила Лив, скрестив руки на груди.
– Может я соскучился? Ведь прошло четыре года с тех пор, как мы виделись в последний раз.
– Не последний, раз ты здесь. – Сказала Лив, сверкнув глазами.
– Ты такая красивая когда злишься. – Улыбнулся Ник. – Кажется, иногда я специально доводил тебя до белого каления, только чтобы увидеть твоё озаренное гневом лицо. Это меня так заводило…