Осколки
Шрифт:
— Пожалуй, я провожу вас, — нарочито безразличным тоном произнес он. — Лично прослежу за тем, чтобы ничто вас не задержало.
Виконт дернулся, как от удара. Раскрашенное синяками, его лицо перекосилось, но от возражений и каких-либо высказываний ШиАрхар воздержался. Подхватил сумку, стоящую у порога и направился к лестнице. Рейджен следовал за ним беззвучной тенью, удивляясь тому, как такой идиот смог так долго жить. Это ж надо, повернуться спиной не просто к врагу — к Призраку!
По лестнице, ШиАрхар спускался первым и уже на середине вдруг резко остановился, пытаясь рассмотреть
— Что случилось? — Рейджен догнал виконта, отодвинул того в сторону и всмотрелся в бесформенную кучу тряпья. — Шарх! — Выругался, когда понял, что именно лежит там, внизу. — Мне нужен свет, — резко бросил он ШиАрхару, сбегая вниз по ступенькам и приседая на корточки у неподвижного тела.
Виконт судорожно вздохнул, выронил сумку, что сжимал в руке и резко развернувшись, взлетел по лестнице. В коридоре снял один из магических светильников и, подкрутив специальное колесико, чтобы свет был поярче, вернулся обратно.
— Не спускайтесь, — остановил его Рейджен на третьей снизу ступеньке. — Просто посветите мне оттуда.
Виконт приподнял светильник повыше, стараясь сдержать нервную дрожь в руках. Получалось у него не очень.
— Она… она упала? — поинтересовался он у Рейджена, спустя несколько томительно долгих мгновений полнейшей тишины.
— Нет, — отозвался тот, переворачивая тело девушки на спину. — Ее убили.
— Ш-шарх! — выдохнул ШиАрхар, когда увидел то, что сталось с лицом служанки. Рука, держащая светильник задрожала, а ноги вдруг перестали держать, и виконт опустился на ступеньку.
— Это вы ее убили? — как бы между прочим поинтересовался у него Рейджен.
— Что? — взвизгнул виконт. — Нет!
— Я знаю о ваших развлечениях, — спокойно, не обращая внимания на состояние своего собеседника, продолжал Рейджен. — Знаю, что именно с этой девушкой вы развлекались в последние недели. Видел, что вы можете сделать с женщиной…
— Я… я… — ШиАрхар чувствовал себя отвратительно. Руки дрожали, сердце тоже стучало в груди как сумасшедшее, — я ее не убивал. Я отправил… отправил ее вниз… разбудить конюха… я… о, богиня, да переверните же уже ее обратно!!!
Рейджен удивленно повернулся к виконту. От его внимания не укрылись ни дрожащие пальцы, ни чрезмерная бледность — даже кровоподтеки на лице ШиАрхара, казалось, поблекли — ни катящиеся по лицу крупные капли пота.
— Что такое?
— Я… я не могу… не переношу вида крови… а она… она…
— Что? — Рейджен едва не подпрыгнул от признания виконта. — Только не говорите, что вы сейчас в обморок хлопнетесь. В жизни не поверю. С вашим-то пристрастием к жестокости и извращениям…
— Я никогда не довожу до такого, — тихим срывающимся голосом произнес ШиАрхар, — без крови. Только без крови… а она… она… о, богиня, как же здесь много крови…
— Хм… — Рейджен недоуменно покачал головой. — Слизняк! Но, зато теперь одним подозреваемым меньше. Ступайте, ШиАрхар, разбудите шииссу Найтвиль, надо послать кого-нибудь за представителями власти.
— Вы думаете…. Думаете, что это разумно? Может быть лучше будет, не поднимать лишнего шума?
— Девушку убили, — жестко произнес Рейджен, поднимаясь на ноги и окидывая холл пристальным взглядом,
словно пытался рассмотреть злоумышленника, притаившегося в тени. — Убийца должен быть найден.— Но… но… она всего лишь служанка. Крестьянская девчонка. И…
Рейджен ничего не сказал на это, лишь глянул на ШиАрхара так, что тот осекся, тяжело опираясь дрожащими руками на перила, поднялся и поспешил выполнять приказание. Возражать и дальше у виконта даже мысли не возникло.
Глава 15
День подходил к концу. Опустились на землю пушистые зимние сумерки, утих ветер, прекратился снегопад. Было тихо.
Рейджен решительно распахнул окно на первом этаже и выбрался в сад. И сразу же, стоило ему только ступить на пушистый белый ковер, провалился в сугроб почти по колено.
— Шарх! — очень тихо, чтобы не нарушить благословенную тишину, выругался мужчина, выбираясь из сугроба.
Впрочем, сделать это было не так-то просто. Дорожки в саду не чистили, а ночью снегопад был настолько сильным, что замело основательно. Но это неудобство не могло отвратить Рейджена от прогулки на свежем воздухе. Ему нужно было подумать. Хорошенько подумать. А делать это внутри не получалось.
Слишком сильно там пахло смертью. И отчаянием. А еще магией. И это мешало сосредоточиться.
Притворив за собой окно, Рейджен осторожно двинулся вдоль стены дома. С горем пополам, проваливаясь в сугробы и ругаясь про себя на чем свет стоит, он все же добрался до угла дома и примостился в тени высокого каменного парапета.
День подходил к концу. Суматошный день. Бесполезный совершенно.
ШиАрхар, повинуясь приказу Рейджена, разбудил хозяйку Сайриша. Дорина Найтвиль, на удивление спокойно отреагировала на произошедшее. Рейджен даже на миг подумал, что для нее это в порядке вещей — находить в собственном доме мертвых служанок. Но вопросов задавать не стал. Поостерегся выдавать и собственный интерес, и навыки, приобретенные за долгие годы службы.
Шиисса же Найтвиль так и вовсе поступила… как поступила. Сообразив, что именно случилось, она не стала впадать в истерику, кричать и грозить неведомому убийце всеми карами небесными, а тут же разбудила слуг, послала лакея в Гроапу за представителями королевской власти, а сама тут же принялась командовать слугами.
Тело несчастной горничной убрали еще до наступления рассвета, пол в холле вымыли до скрипа, оставшихся в поместье слуг, кроме поварихи и экономки, согнали в одно большое помещение и заперли до выяснения обстоятельств.
Почему слуг?
Да кто ж в здравом уме начнет подозревать в убийстве служанки своих родственников и гостей? Правильно, никто. Вот и шиисса Найтвиль не стала. А на осторожные вопросы Рейджена, дала исчерпывающий ответ:
— Гости все равно никуда не денутся. А вот слуги, в случае чего, разбегутся. Да и болтать по округе начнут. А оно мне надо?
Не надо — согласился Рейджен и больше с предложениями не лез.
Констебль, толстенький, краснолиций мужик, появился в Сайрише уже после завтрака. Вздыхал много и тяжко, суетился, перед Дориной лебезил и спину гнул.