Осколки сердец
Шрифт:
Посмотрев на него и на Ал'лилель, я понял, что он не шутит, и я вправду могу требовать, все, что захочу от него, то, что я посчитал издевательством над собой, оказалось несмываемым пятном на чести Рода эльфов, из-за того, что приглашённый гость был оскорблён подобным образом.
— Ал'гиел, — произнёс я, вставая. — Все, что я хочу, это ещё раз увидеть Ал'лилель.
— Хорошо, — сказал он, — если она не возражает, то я тоже не буду против. Мы оба посмотрели на девушку, она под нашими взглядами начала краснеть и тихо сказала:
— Я не против.
Моё сердце после этих слов
Внезапно раздались звуки горнов, Старейшина с Ал'лилель побледнели и, подхватив меня, бросились к выходу. Деревня была словно разбуженный муравейник. На улицах взрослые эльфийки собирали детей и подростков в группы и куда то их уводили, все увиденные мной мужчины были одеты в зелёные доспехи и вооружены луками и мечами.
Все целеустремленно бежали, и каждый из них поспешно занимал своё место в высоте деревьев, окружавших деревню.
К Старейшине сразу подбежала тройка воинов и доложила:
— Ал'гиел, тройка Эл'нела заметила пересекших границу деревни четверых Серебряных Туманов.
— По ним не стрелять, я их встречу — распорядился он, и, повернувшись ко мне, сказал, — я так понимаю, это за тобой? Ты никому не сказал о произошедшем c тобой? И куда отправился, сегодня тоже никому не сказал?
— Да, — мотнув головой сказал я, — у меня были бы проблемы из-за этого.
— Думаю, надо быстрее улаживать ситуацию, пока проблемы не начались у всех нас — улыбнувшись, сказал он, затем, посмотрев на нас, продолжил:
— Четыре вампира, в трансформации Серебряный Туман, не оставят даже воспоминаний о нашей деревни.
Развернувшись, он пошёл в сторону показанную воинами, мы пошли следом.
Я никогда ещё в жизни не видел своими глазами трансформацию Серебряный Туман, когда мы подошли к границе деревни я увидел, что же она собой представляет. На встречу нам плыли четыре серебряных облака, причём двигались с очень большой скоростью, и не успели мы сделать пары шагов, как они оказались перед нами.
Остановившись перед нами, одно из облаков начало превращаться в моего отца. Да, подумал я мне казалось, что я такой умный, раз отец так легко согласился дать мне выходной, и даже не подумал, что он может отправиться по моим следам. Что будет дальше, я даже боялся представить, по этому попытался спрятаться за спину Старейшины.
— Приветствую тебя, Повелитель, — просто сказал Старейшина, когда обратная трансформация моего отца закончилась, и он подошёл ближе к нам.
— Привет Ал'гиел, — так же просто сказал мой отец.
От удивления я потерял дар речи, «Они что? Знакомы?» — подумал я, раз здороваются как давние знакомые.
После этих слов начали обратную трансформацию остальные три Серебряных Тумана, ими оказались Зира, Мастер по оружию и Тарн (его лучший ученик). После окончания трансформации они так же вежливо поздоровались со Старейшиной.
За спиной отца я увидел его меч, в руках остальных тоже было оружие. Вализир держал, конечно, своё знаменитое копьё, которое сейчас, вблизи Старейшины вдруг начало переливаться рунами.
— Извините, нас за переполох, — вежливо сказал мой отец, — но мне было не понятно,
что может делать в Лесу мой сын на протяжении целых двух дней, причём на прямой вопрос он предпочитает врать, а не отвечать своему Повелителю.После его слов я почувствовал, как спина покрывается испариной, и я холодею, вот и награда мне за то, что недооцениваю отца.
— Может, пройдём в дом, — предложил Старейшина, — мы обедали с Каином.
— Я хотел бы получить объяснения сейчас и не затягивать это дело, — твёрдо сказал отец и посмотрел на меня. Под его взглядом мне стало ещё неуютней и в горле пересохло, я не мог сказать ни слова.
Тут неожиданно вперёд вышла Ал'лилель и начала рассказывать обо всем: как пошла в лес, как собирала травы, как провалилась, как я вытащил её, о чем я просил у Старейшины и почему я сегодня здесь. Она быстро и горячо всё рассказывала, стараясь убедить Повелителя, что произошедшее, только её вина, а я проявил благородство и спас её, и что если и наказывать кого, то её, а не меня. Закончив, объясняться, она начала умоляюще смотреть на своего отца, что бы он помог ей, убедить Повелителя не наказывать меня. Но тот, лишь покачал головой, словно говоря ей, что вмешиваться в дела Повелителя напрасная трата времени.
— Если он пришёл как гость, — внезапно сказал Вализир, — почему он в таком виде?
Старейшина махнул рукой и подбежавшему эльфу сказал:
— Приведи сюда Эн'рила.
Когда Эн'рил подошёл, то не был уже так самоуверен как прошлый раз, когда его привели к нам. Старейшина попросил его рассказать вчерашнее своё распоряжение и как он выполнил его сегодня.
Под взглядами четырёх старших вампиров, тот отвечал быстро, и было видно, что он хочет как можно скорее уйти отсюда. Поэтому, не затягивая, он объяснил всё: что ненавидит вампиров, и хотел проучить этого выскочку, кивнув на меня, и по этому не пошёл встречать меня сегодня, понадеявшись, что я испугаюсь идти один и не прейду сегодня в деревню.
— Что мой сын потребовал у тебя, за своё оскорбление? — спросил мой отец после рассказа эльфа.
— Ещё одну встречу с моей дочерью, — сказал Старейшина. — Я уже пообещал ему — продолжил он, видя вопросительный взгляд отца.
— Слово Старейшины священно, — сказал отец. — Но у меня будет к тебе просьба как Главы Рода Серебряных Туманов, к Главе этой деревни.
— Всё что пожелает Повелитель, — вежливо ответил Ал'гиел.
— Я не потерплю более, чтобы вампиры моего рода ходили в эльфийские деревни, — спокойно продолжил отец, — со своей стороны пообещай мне, что никто из вампиров моего рода не пересечёт границы вокруг твоей деревни.
— Обещаю, — ответил Старейшина. — Но отец, — начала было Ал'лилель.
— Замолчи дочь, — грубо прервал её Старейшина, и Ал'лилель замолчала, но глаза у неё наполнились слезами.
— Мы уходим Каин, — сказал отец и, повернувшись, зашагал в сторону дома.
Я посмотрел, на Старейшину, на спину отца, потом на Ал'лилель и сказал:
— Встреть меня, пожалуйста, завтра утром у границы Леса.
— Хорошо, — ответила она и заплакала.
Увидев её слёзы, я не смог дольше там оставаться и повернувшись, стал догонять отца.