Осколки сердец
Шрифт:
Догнав караван, и игнорируя взгляды охранников, я лёг на своё место и уснул, захватив сознание полевой мыши, которую расположил возле входа, если будет опасно, часть сознания в неё подаст тревогу.
На следующий день я проснулся, прекрасно выспавшись, и полным сил. Отпустив мышь, я вышел наружу и направился к месту, где спал торговец. Сев рядом с ним, я принялся за еду, после вчерашнего, голод был минимальный, но я не дал почву для сплетен, а поел как обычно. Поев, я стал рассказывать торговцу о преследовавшем его отряде, и что, теперь его каравану ничего не угрожает, конечно, я не стал рассказывать о методах, которыми я устранил отряд, но глядя на побелевшего от ужаса торговца, когда я упомянул, что
Остальные два дня прошли без происшествий, а я всё время провёл в повозке, изредка выходя в лес прогуляться и потренироваться в боевой форме над захватом сознания разных зверей и птиц. Лёжа в повозке, я увидел множество аур, настолько много, что у меня начало слезится в глазах, пришлось притушить зрение Поглотителя и смотреть больше обычным взглядом. «Мы подъезжаем к городу» — подумал я и решил посмотреть, такое скопление аур, было для меня впервой. Подсев к испуганно, отодвинувшемуся вознице, я стал наблюдать по сторонам. Мы действительно подъезжали к городу, раньше не замеченное скопление аур объяснялось, что мы появились с мало наезженной лесной дороги, с остальных же направлений в город стекались просто реки людей. Кругом стоял гам и шум, кричали люди, плакали дети, мычали коровы и ржали лошади, и всё это происходило среди поднявшейся до небес пыли. Я сидел и не понимал, как люди выживают в такой толпе себе подобных, их было слишком много.
Поскольку у каравана была охрана, то она быстро пробивала ему путь среди толпы, откидывая лошадьми недовольных. Вслед нам слышались проклятья и угрозы, через несколько минут я понял, что это обычная ситуация, поскольку мы нагнали ещё один торговый караван, охранники которого занимались тем же самым. Объединившись, мы задвигались быстрее, и остановились, не доходя до ворот. Входивших и въезжавших в город досматривали стражники и, беря необходимую пошлину впускали в город. Нам повезло, караван купца, с которым мы соединились, здесь очень хорошо знали, поэтому, заплатив необходимую пошлину, нас не обыскивая, пропустили в город. Поблагодарив купца, хозяин нашего каравана приказал двигаться в сторону известного ему караван-сарая.
— Ты не хочешь поработать у меня охранником? — вечером, после выпитого вина, и, набравшись храбрости, спросил меня торговец.
— У меня свои планы, — сказал я, — завтра я покину тебя и займусь своими делами.
— Жаль, — действительно расстроившись, сказал тот, — но если передумаешь, то можешь поспрашивать обо мне у торговцев, многие в этом городе меня знают, и скажут, где я нахожусь.
— Кстати, ты знаешь, как лучше пройти к Орчим болотам? — как бы, между прочим, спросил я у него. — Мне нужно посетить одного вампира, который там живёт.
— Да, отлично знаю, если ты завтра появишься здесь к вечеру, смогу даже достать тебе карту болот и местности рядом с ней, — сказал мне торговец, обрадовавшись, что сможет помочь мне, видно надежда на то, что я соглашусь на его предложение, ещё теплилась у него.
— Хорошо, договорились, — сказал я. — Завтра вечером приду сюда.
Утром, купец и вправду выдал мне вознаграждение, десять золотых монет, столько же он раздал каждому из наёмников за охрану каравана. Что-то мало ценит он свою жизнь, подумал я, скидывая деньги в полный кошель, которые собрал с убитых, но он пообещал карту, а она для меня будет дороже денег. Решив прогуляться по городу, так как необходимо было мне дождаться вечера, я решил отправиться посмотреть человеческий
город. Походив пару часов, я понял, что мне он не нравится, слишком многолюдно, много грязи, вони и плотно стоящие дома, казалось, убрали весь свежий воздух из пространства.«Надо зайти поесть и передохнуть» — решил я. — «Надо найти, что-то не сильно богатое, чтобы меньше меня видели». Кругом ничего подходящего не было, и я решил спросить дорогу у прохожих, большинство просто шарахались от незнакомца спрашивающего дорогу и быстро уходили прочь. Пройдя на какую-то улицу, я пошел, пытаясь расспросить дорогу.
— Пожалуйста, помогите мне, услышал я сзади себя, — обернувшись, я увидел симпатичную человеческую девушку, та плакала и, размазывая слёзы по щекам, причитала:
— У меня братишка упал в яму, он сейчас лежит со сломанной ногой, и не может подняться, помогите мне, пожалуйста, — говорила плача она, и показывала в сторону переулка.
Устав спрашивать дорогу я решил, что неплохо будет зайти в тот переулок и прижав её к стенке допросить, бесполезные шатанья по городу мне уже надоели.
— Веди, — cказал я ей, следуя за ней. Всю дорогу она благодарила меня, за помощь и благословляла, Бога Тана, что послал меня к ней на помощь. Подходя к переулку, я не заметил ауры никакого мальчишки, зато увидел четыре ауры явно взрослых людей, я улыбнулся, меня привели в засаду, хотя я сам вёл на допрос эту девушку. Больше людей, больше сведений решил я, продолжая идти за девушкой в тупик.
Приведя меня на место, девушку как подменили, перестав плакать, она сделала жест рукой и из проёма, перекрывая мне дорогу, вылезли четыре вооружённых длинными кинжалами человека, виденные мной ранее. Поняв, что не ошибся в своих выводах, я не стал ждать ненужных мне речей, а просто ускорился, и за неполную минуту убил всех четверых, проткнув им сердца, также на случай, чтобы девушка не закричала, я приблизился к ней и, зажав рот, прижал её к стене дома.
— Я спрашиваю, ты отвечаешь только да или нет, иначе убью. Тебе всё понятно? — спросил я её, глядя в расширенные от ужаса глаза.
— Да — ответила она.
— Какая смышленая девочка, — сказал я ей. — Думаю, мы с тобой поладим.
— Ты знаешь, где находится хорошая таверна с вкусной едой и нормальным вином, и чтобы её не посещали стражники? — спросил я её.
— Да, — ответила смышленая девочка, глядя на убийцу перед собой, который только что, за доли минуты зарезал четверых бандитов, с которыми она промышляла на людей, которые бросались на помощь симпатичной девушки. Девушка дрожала от страха, глядя в широкий капюшон балахона, но ей было видно только подбородок убийцы.
— Тогда пошли туда, — сказал я ей. — И обними меня, как будто, мы лучшие друзья с тобой, — продолжил я, направив один из когтей в поясницу прижавшейся ко мне девушки, та, почувствовав острое, понимающе кивнула. Она уже решила, как сможет отомстить незнакомцу, она приведёт его в трактир, где собирались все представители городского дна, знавшие её и четверых её друзей и, закричав, скажет, что он стражник, захвативший её в плен и проникший к ним как шпион. Незнакомец очень пожалеет, что запугал её сегодня, решила она, ведя его в сторону таверны «Кабан».
Увидев трактир, я повеселел, многообещающая надпись «Кабан» тоже давала повод желудку помечтать о кабаньей вырезке. В трактире сидело много народу, определил я по аурам, но это и лучше для меня. Зайдя в таверну, я удостоился кучей непонимающих взглядов, но, рассмотрев передо мной девушку, все отвернулись. «Она своя тут» — определил я. Столов свободных не было, но, подойдя к столику, за которым сидело всего два человека, я вежливо попросил их уступить. Они недовольно посмотрели на меня, но, взглянув на девушку, молча покинули стол. «Да ещё пользуется уважением» — удивился я своей соседке.