Опоздавшая
Шрифт:
— Вы разрешите сделать несколько снимков? — спросила Майнди. — Может быть, вместе с девушкой?
— Хочешь попасть в газету? — спросила Карен у Стефани.
— Еще бы!
Карен улыбнулась в зеркало.
— Дайте нам минутку.
Карен велела Стефани умыться, а сама полезла в сумку, вытащила несколько косметических теней и подкрасила возникшие от усталости круги под глазами. Затем она достала большую дорожную косметическую щетку и покрыла все лицо пудрой терракотта-Гуерлайна. Она создавала впечатление загара и не раздражала кожу. Карен намазала губы бесцветной губной помадой, но добавила тонкий слой лака. Лак хорошо отражался
Она снова услыхала хлопающие звуки. Кого-то расстреливают там, внизу, что ли? Примем это за сигнал для завершения представления. Она в последний раз оглядела себя. Неплохо.
Господи, немного бронзовой пудры размазалось по плечу жакета. Ничего, это легко исправить. Она сняла жакет и бросила его на конторку, сорвав другой, такой же, с вешалки. Еще один — уже окончательный — взгляд в зеркало. Все работает. Она вышла из примерочной в торговый зал как раз в тот момент, когда Майнди наливала себе второй бокал «Дон Перингтона». Маленькая глупая дрянь пила вино! Карен не помнила, был ли врожденный алкогольный синдром у ребенка результатом алкогольной интоксикации в первые или последние три месяца беременности. Не раздумывая, она подошла к девушке.
— Вам, наверное, не хочется вина, не так ли? — сказала она. — У нас есть свежий апельсиновый сок и, я думаю, цветочный чай.
— Нет, благодарю вас. Вино очень вкусное.
— Но это вам ни к чему. Я могу послать за другим фруктовым соком, который вы любите.
— Не беспокойтесь, со мной все в порядке, — сказала Майнди Траулер, и в ее голосе послышались нотки, предупреждающие Карен, чтобы та оставила попытки удержать ее от выпивки.
— Я думала не о вас, а о вашем младенце.
Несколько женщин собрались вокруг стола и наблюдали за конфликтом.
— Я сама позабочусь о своем ребенке, большое вам спасибо, — сказала журналистка ледяным тоном.
К ним подошел мистер Кросби, который, прокашлявшись, решил вмешаться, считая, что конфликт зашел слишком далеко.
— Фотограф хотел бы снять вас около плаката с вашим товарным знаком. Он считает это самым удачным местом для снимка, — сказал он и взял Карен под руку.
Стефани двинулась следом, а за ними пошла Дефина, высоко подняв брови.
— Нам придется раскошелиться больше, чем на двухтысячедолларовый жакет, для того чтобы получить от нее хороший репортаж, — предупредила Дефина Карен.
— Пошла она на… — сказала Карен достаточно громко, чтобы быть услышанной. — Ничего не давай ей. Она недостойна иметь ребенка.
— Не твое дело одергивать ее, — сказала Дефина. — Что ты ждешь от этой сучки, готовой ощениться? Они плодятся, как кролики, ну и что из этого? — Она похлопала Карен по плечу. — Сделай приятную улыбку мальчикам с камерой, — сказала она. — Я вызову пожарную команду и пойду к Траулер, чтобы загасить возникший пожар.
Карен провела ужасные двадцать минут, притворяясь, что она подкалывает подол платья на Стефани, пока фотограф с помощником возились со своими бесконечными вспышками. Ей хотелось
сказать им, что они фотографируют не для фотовыставки Аведона, а делают всего лишь черно-белую фотографию для газеты, но удержалась. Поднимаясь с колен, она оглядела зал и увидела, что из лифта вышел Билл Уолпер. Она не могла поверить своим глазам. Какого черта его занесло сюда? Он повернулся в сторону собравшихся, и она заметила, как он внимательно разглядывает толпу. Наконец он увидел ее и улыбнулся. Она махнула рукой в знак приветствия. Удивительно, что в этот момент сердце ее учащенно забилось. «Может, у меня спазмы желудка? Ведь я пропустила ланч», — подумала она и пошла ему навстречу.— Я был тут по соседству и решил заглянуть, — сказал он с ухмылкой.
У него были не очень хорошие зубы, но ей нравилось, что он не носил коронки. Нравилась и ямочка, которая появлялась на углу его рта во время улыбки. Здорово, что только с одной стороны.
— Как идут дела? — спросил он.
— Все шло хорошо, пока я не подгадила с репортершей, которую прислали на паше шоу. Теперь уж она разложит меня в своей газетенке!
— Пресса есть пресса, — сказал Билл. — Один из моих друзей спрашивал у меня совета, что лучше: купить публичный дом в Неваде или газету. Я ответил, что не вижу разницы.
Карен засмеялась. Билл улыбнулся и показал свою ямочку на щеке.
— Ну вот, — сказал он, — мой день не прошел даром. По крайней мере я заставил вас улыбнуться.
Какое-то время они стояли вместе. Она устала, но чувствовала себя лучше, чем раньше.
— Когда вы закончите? — спросил Билл. — Ведь даже вы не можете работать беспрерывно. Разрешите пригласить вас на обед.
Карен посмотрела на часы. Было четверть пятого, и у них оставалось около часа, чтобы собраться, а затем ехать в аэропорт О'Хара. Но она могла бы смыться сразу же после закрытия шоу, пообедать и вернуться в Нью-Йорк следующим рейсом.
— Самое позднее, я должна вылететь из О'Хара девятичасовым рейсом, — сказала она Биллу.
— Попробуем убить двух зайцев одним выстрелом. Мой 707-й в аэропорту Мидтаун. До него нам будет добраться быстрее, и еда там неплохая. Что вы на это скажете?
Карен заморгала от неожиданности.
— Я скажу «да», — ответила она и улыбнувшись ему, вернулась к своей работе.
Когда Карен рассказала Дефине, как она будет возвращаться домой, та снова высоко вздернула брови и спросила:
— Когда вы с Джефри последний раз трахались?
По правде говоря, Карен не могла припомнить. Они были так заняты. Много чего случилось за последнее время.
— Не твое дело, — сказала она. — Почему ты спрашиваешь?
Дефина кивнула в сторону Билла Уолпера.
— Я не знаю, чего ты хочешь, но знаю, что хочет он, — сказала Дефина. — А если вы хотите одного и того же, то вам придется это делать на высоте тридцати тысяч футов.
— Не наезжай, Ди. Меня просто подбросят на личном самолете. Подумаешь, большое дело, — сказала Карен.
— Твое «большое дело» и в самом деле большое. Этот тип будет лезть в твое тело, чтобы потом влезть в твою голову. Я серьезно, Карен, будь осторожна, — предупредила Дефина.
Карен пообещала быть начеку. Дефина улыбнулась.
— Ты слышала этот хлопающий треск сегодня? — спросила она.
— Да, — сказала Карен. — Они распивали шампанское внизу?
— Только в мечтах Норис Кривленд. Это флакончики духов. Они взрывались.
— Что?! — переспросила Карен, не веря своим ушам.