Чтение онлайн

Мужчины, не торопясь, зашагали рядом.

– Так о чем будет наш разговор?
– спросил Сот.

– О вашей безопасности, господин Эрн. Думаю, вы уже поняли, что вмешались в серьезное дело?

– Мне это объяснили, - отозвался Эрн.
– А вы, должно быть, пришли проверить, насколько я усвоил урок?

Келем чуть улыбнулся.

– Нет, совсем не за этим. Я вовсе не желаю вам зла и наоборот хочу помочь. Но для этого и вам придется сделать шаг мне навстречу.

– И в чем же он будет заключаться?

– В том, чтобы вы попытались забыть обо всей этой истории. Иначе последствия могут быть

крайне печальными. И в первую очередь для вас. И даже я окажусь бессилен вам помочь. Вы меня понимаете?

Сот Эрн слушал его, сосредоточившись и нахмурившись.

– Думаю, что да.

– Не подумайте, что я угрожаю. Я всего лишь предупреждаю о возможных вариантах развития событий. Вы, господин Эрн, кажетесь мне разумным человеком, и надеюсь, мы поймем друг друга. Постарайтесь не делать неосторожных шагов. Поверьте, за вами будут внимательно следить, и в случае если вы позволите себе еще один неверный жест, реакция последует незамедлительно. А мне бы этого очень не хотелось.

Келем остановился. Не закончив шага, репортер остановился тоже.

– Что ж, полагаю, вы сделаете из сказанного мною правильные выводы, и эта наша встреча станет последней, - глядя на него, внушительно произнес Регинальд.
– Поверьте, я на это действительно очень надеюсь, и мне будет очень неприятно ошибиться.

Репортер стоял, опустив глаза. Он выглядел крайне задумчивым. По всей видимости, удар достиг поставленной цели. Даже, несмотря на то, что некоторые озвученные вещи были, мягко говоря, немного преувеличены. Например, Келем вовсе не собирался устраивать за Сотом Эрном слежку, ему попросту было бы жалко на это сил и времени. Однако сама подобная мысль, зароненная в сознание, была плодотворна. Репортер, без сомнения, теперь станет чаще поглядывать через плечо и думать вперед, прежде чем взяться за что-то.

А это был именно тот результат, на который, собственно, и рассчитывал Келем. Порой умело преподнесенная ложь способна стать более грозным оружием, чем клинок или пуля.

Оставив Сота Эрна наедине с непростыми мыслями, Келем зашагал прочь от него вверх по улице.

Первое поручение, данное ему доктором Нэйком, можно было считать выполненным, и теперь пришло время получить за него расчет.

Регинальд отправился к доктору вечером.

На входе Келема встретил седовласый слуга и, проводив в кабинет, сообщил, что доктор скоро спустится. Дожидаясь хозяина, Келем расположился в кресле. Как и было обещано, Нэйк появился меньше пяти минут спустя. Войдя, он поздоровался с Келемом и уселся за стол.

Смотря на него, Келем в который раз подумал, о том, что скрывает этот человек? Их с Нэйком связывали достаточно давние деловые отношения. Келем и прежде выполнял для доктора работу, причем порой имевшую крайне щекотливый характер, однако количество добытой им о самом Нэйке информации было крайне мало. При этом Келем всегда очень тщательно подходил к подбору своей клиентуры. Что же касалось Джонатана Нэйка... С ним было связано слишком много загадок. Келем знал, что до определенного времени человека с подобным именем просто не существовало. Но потом он внезапно появился и очень быстро стал значительной фигурой, с которой были так или иначе связаны многие представители политической и богемной верхушки жерденского общества.

Но кто он такой?

Откуда? Кем был прежде?

Впрочем, интерес Келема по этой части носил характер чистого любопытства. Потому как, что касалось обязательств по контрактам, Джонатан Нэйк всегда был крайне исполнителен и аккуратен.

– Итак, господин Регинальд, - глядя на Келема, поинтересовался он, - какие у вас для меня новости?

– Самые лучшие. Дело с репортером решено. Не так давно мы очень душевно пообщались, и думаю, что поняли друг друга. Так что относительно этой проблемы вы теперь можете быть совершенно спокойны.

Нэйк кивнул.

– Очень рад это слышать. И раз все так, полагаю, это значит, что вы хотели бы получить оплату.

Вынув из стола пухлый бумажник, доктор ополовинил его содержимое и протянул внушительную пачку банкнот Келему. Молча приняв их, тот ловко спрятал деньги во внутренний карман сюртука.

– Ну, а что касается второго моего поручения?
– следом полюбопытствовал доктор.

– Насчет девушки? Я работаю над этим.

Казалось, Нэйку хотелось большей определенности.

– Понимаю, что возможно мой вопрос прозвучит глупо, - произнес он, - но вы хотя бы выяснили, существует ли она на самом деле?

Келем улыбнулся.

– Думаю, вполне. Потому как для призрака ее видело достаточное количество людей. Ну, или кого-то на нее очень похожего. Пока что имеющиеся следы ведут меня в Черный Двор.

От этих слов глаза Нэйка вспыхнули надеждой.

– Вы ее найдете?
– с какой-то неожиданной порывистостью спросил он.

– Найду. Ее. Или кого-то на нее похожего.

Доктор кивнул.

– Постарайтесь. Для меня это очень важно.

– Я сделаю все, что в моих силах, - пообещал Келем.

– Большего я от вас требовать не в праве, - согласился Нэйк.

На этом разговор был окончен.

Когда Келем вышел на улицу, опять пошел дождь.

Достав фотографию, которую доктор дал ему еще в прошлый раз, он посмотрел на изображенную на ней девушку. Пришло время заняться вторым поручением доктора.

Палаточный городок бродячего цирка разместился почти в самом сердце Черного Двора, на небольшой площади, которую в просторечии обычно именовали площадью Трех Церквей. В центре его возвышался купол главного шатра. Вышиной в четыре человеческих роста, сшитый из разноцветных клиньев плотной непромокаемой материи, он крепко держался за землю цепкими паучьими лапками канатов-распорок. Вокруг него помещались прочие постройки: полевая кухня, подсобные сооружения, пустующие прилавки, а так же палатки, вмещавшие в себя всевозможные аттракционы, которые в большинстве своем сейчас не работали.

Двигаясь мимо всего этого, Меррик вспомнил, как еще мальчишкой любил прибегать посмотреть выступления заезжих циркачей. И причиной тому было не только то, что в веселой неразберихе и сутолоке было проще стянуть кошелек у какого-нибудь ротозея, но и в общей атмосфере праздника. Какое-то неописуемое волшебство таилось в плескании цветных флагов на ветру и мигании бумажных фонарей. Тогда казалось, что оно, как некий чуть уловимый аромат, разлито в воздухе. Однако сейчас, в сумерках и под унылым, холодным дождем, никакого волшебства не ощущалось.