Окраина
Шрифт:
Сава в бессильной злости бросил автомат.
– Суки! Всех напарили! Они место посадки закрывают дымом! Весь огонь по песчаной косе!
Но команда, опоздала. Клубы дыма уже плотно заволокли все кругом. А миномёты выкидывали все новые и новые порции дымовых зарядов. Завесу, не разгонял даже севший где-то там, на косе, вертолет, на шум винтов которого стреляли его люди.
Казак, когда появился вертолёт, подсел к Мягкому Ди
– Откуда у вас вертушка то?
– Это не наша, это проводников. Сам не знал, что
К ним подошел Финн
– Связи нет... Будто кто глушилку включил...
И правда, даже в гарнитурах, исчез легкий фон, будто в рации кончился заряд аккумуляторов.
Финн повернулся к одному из бойцов
– Давай рысью к миномётчикам, всё что есть валить по периметру косы. И не прекращать пока вертушка не уйдёт!
Затем крикнул, чтоб ему еще дали людей для рассылки приказов. А Казак, приказал своим, заняться обороной штаба. Раз они не могли докладывать, то не могли и получить никакого дурного приказа, типа того чтобы отбивать найденное сталкерами. Их приказ, оставался прежний - наблюдать.
ВЕРТОЛЁТ
Минуты над концом песчаной косы показались Гюнтеру годами. В фюзеляж, то тут, то там, били пули. Места их попадания отмечали появляющиеся отверстия через который в чрево машины проникали все новые и новые любопытные лучики света. Наконец, трос к которому был пристёгнут Чёрный, слабо дернулся в руках Гюнтера.
– Сигналит.
Пластун врубил лебёдку на выбор троса, и вскоре из жижи показался полностью облепленный болотной грязью сталкер. Смахнув грязь с лицевого щитка шлема, он показал большим пальцем в верх.
– Вытягиваем!
Когда его втянули, он подцепил трос к первой вместо своего, и сам врубил вторую лебёдку. Когда тросы натянулись, снова ловко проскочил в кресло второго пилота и замахал руками, мол помалу, на подъем.
Гюнтер сел на своё место. Собака, разлёгшаяся на лавке, неохотно убрала при этом свой облезлый хвост.
Машина, натужно гудя и вибрируя, будто к ней, подцепили что-то массивное, стала карабкаться в небо. Наконец груз отпустило болото. Она резко подпрыгнула и пошла легче, боком закладывая крутой вираж.
Странник свисающий за борт, замахал глядя вниз Пластуну мол выбери трос. Тот по его сигналу, выбрал еще немного и сел на своё место.
Летели в сторону центра зоны, но не долго. Машина снова стала снижаться, и наконец, села посреди лесной поляны.
Пилот, вырубил двигатель и обессилено облокотился на выбитое пулей боковое окно шлемом.
Сталкеры, дружно выпрыгнули и пошли к хвосту. Туда, где лёг груз, выдернутый из болота. Гюнтер, тоже вымотанный напряжением, на ватных ногах подошёл к люку и неловко спрыгнул на землю. Нервы будь они неладны, делали тело ватным. Неподалёку в лесу, Гюнтер приметил армейский Хаммер с пулемётной турелью на крыше. Значит, поляну Сталкеры выбрали заранее. Троица сталкеров, была возле контейнера напоминающего гроб. Чёрный, как раз что-то делал присев на корточки сбоку.
Пластун, будто почувствовавший его присутствие, сделал жест, ближе не подходи, именно в этот момент, крышка контейнера приподнялась. Поляна, ушла из под ног Гюнтера, последнее
что он запомнил, быстрое вращение деревьев вокруг него и что-то прыгнувшее ему в лицо.Далее были какие-то глюки, и как и в прошлый раз, пилот колющий ему стабилизатор.
– Хватит, я уже в норме!
– И, слава богу! На тебе лица не было...
– Лица чего?
Гюнтер попытался пошевелится, и от куда то из нутрии головы, из затылка, как удар, пришла такая боль, от которой в глазах померкло.
– Не дергайся. Минут десять пока не подействует стабилизатор, в башке стреляет!
Гюнтер скривил губы. Эти русские со своим чёртовым языком иногда умели очень точно подобрать выражения состоянию. Рядом раздался странный звук. Скосив глаза, Гюнтер увидел уже ставшую родной чёрную псину.
– А ты то откуда?
Пёс будто поняв, фыркнул и посмотрел себе за спину. Там, куда он смотрел, зашевелились ветви.
– Русский!
Пилот среагировав на окрик, упал, в перекате выкинув перед собой автомат. Сам Гюнтер, сидящий облокотившись спиной на колесо геликоптера, не мог и пошевелиться. Впрочем, оставалась спокойной и псина.
Из кустов, настороженно выдвинулось двое в германском камуфляже. Но спросили на русском
– Кто такие?
Лётчик неприветливо огрызнулся
– Сами то кто будете?
– Военная разведка!
Пилот, не доверчиво вглядывающийся в пришельцев, хмыкнул
– А какой пароль?
– А иди ты на ....
– Дурак бомба!
Гюнтер, ничего не понимал, но пилот поднялся, и махнул пришедшим ,чтоб подходили. Из кустов вышло еще несколько человек. Один из них с властными движениями, подойдя, спросил
– Этот ранен?
– Нет, по мозгам получил от контроллера...
Солдаты при этих словах, вскинули оружие, но пилот махнул рукой, чтоб не паниковали
– Расслабьтесь, если б он тут был, у нас у обоих был бы мозг давно изжарен.
Властный, присел перед Гюнтером.
– Кто таков будешь, человече?
В это время, из кустов, вышло еще трое, один из них вдруг воскликнул
– О... Пушкин! Ай да сукин сын!
Властный оглянулся
Тот кто сказал последнее, уже был рядом и улыбаясь протянул руку пилоту
– Какими судьбами? В сталкеры подался?
– Стреляли... Вот, залетел на огонёк, ваши жопы опять выдернуть из дерьма...
Старший спросил
– Знакомы?
– Как ты ушёл, он нас пару раз закидывал на точки, нормальный парень. А где Лёха?
Пилот, не отвечая, мрачно показал спрашивавшему, жетон снятый со второго пилота
– Прости...
Разведчики, тем временем шнырявшие вокруг, подошли к старшему, с докладом.
– Кругом, чисто. Там...
Докладывавший, показал к хвосту геликоптера
– Что-то сожгли термитом. Сильно жгли, дотла. Воронка в метр, в земле образовалась. Двое затем уехало на машине.
Старший и тот что узнал пилота, тоже властный, скорее всего офицер, отошли чтобы переговорить.
Один из солдат стоящих рядом вдруг спросил
– А где собака?
Никто не видел, когда и куда делся пёс, сидевший рядом с раненым, когда они вышли на поляну. Гюнтер засмеялся, и вдруг понял, что голова уже прошла.