Оглавление
Шрифт:
… Вся Россия, если она не согласилась окончательно стать глобальной помойкой и территорией расселения экономических скотов (так сегодня, после засилья наших доблестных “экономистов-рыночников” приходится переводить Homo oeconomicus), добывающих для “развитого мира” ресурсы, должна срочно начинать учиться смотреть на себя не из Парижа или Нью-Йорка, а с Хатанги, Магадана, Охотска, Хабаровска, Сахалина, Благовещенска, Иркутска, Кемерово и Новосибирска.
Вся нация, если она хочет выжить и достойно жить, должна начинать ежедневные усиленные упражнения по вправлению скособоченного зрения и мировосприятия - скажем, медитировать на слова “Итуруп” или “Шикотан”.
Весь русский мир, каждый русскоязычный человек, если хочет блага России, должен будет
1Один из ведущих отечественных китаеведов, профессор Института стран Азии и Африки при МГУ Виля Гельбрас в недавнем своем интервью однозначно полагает, что “регион Восточной Сибири и Дальнего Востока стал самым слабым звеном в системе государственной безопасности России” (Татьяна Морозова “КИТАЙСКИЙ НАСОС НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ. Потеря этого региона Россией - реальная перспектива”, - # 84 (2638) 25 апреля 2002 г.). “Без инвестиций из Центра, без продуманной политики развития инфраструктуры экономика Дальнего Востока неизбежно будет интегрироваться с экономиками стран АТР, обрубая при этом одну за другой хозяйственные связи с остальной Россией (или просто - с Россией, как, между прочим, говорят в этих краях). То есть тут не надо никаких коварных покушений на российский суверенитет, на словах-то он может оставаться как есть, а в реальности придется переходить на иероглифы, катакану, хирагану и т.д. Так, даже “курильская проблема” остра не только потому, что Москва и Токио никак не могут договориться об истолковании законности тех или иных акций и документов 1945-го и прочих годов, а еще и по той причине, что уже сейчас экономика Южных Курил (рыболовство и смежные отрасли) по большей части ориентирована на Японию, а от России курильчане не видят ни инвестиций, ни перспектив сбыта улова” (Дмитрий Косырев. “ПУТИН ПОСТАВИЛ ВОПРОС. ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ ИЛИ ПОЛИТИЧЕСКИЙ? Проблема не в том, на каком языке будут говорить дальневосточники, а в отсутствии осмысленной политики Москвы в этом регионе России”, - “Независимая газета”, # 135 (2197) 22 июля 2000 г.)
2”Я рискну сказать, что в последние годы для нормального гражданина России вопрос о том, кого мы больше поддерживаем - Соединенные Штаты или Китай, был довольно абстрактным. Существовали гораздо более насущные вопросы. Но мы обязаны думать о том, что будет самым важным, вызывающим острейшую полемику, если не противостояние, внутри российского общества через полтора-два года”
Партия России
В нашем царстве одна партия: братья и сестры во Христе
Петр Краснов <За чертополохом>
Большой ошибкой нынешних аналитиков и политиков является представление о том, что самое тяжелое мы уже прошли, что революция с приходом молодого (относительно Б.Н. Ельцина) В.В. Путина закончилась, что мы сейчас находимся (по аналогии) где-то в 1925 или 1927-м году.
Гражданская война, мол, прошла, жизнь понемногу налаживается
Такое представление является грубой ошибкой.
Действует старый перестроечный синдром, когда в конце 80-х годов прошлого века действующие лица - от Горбачёва и Ельцина до самого первого обывателя - исходили из того, что <хуже уже быть не может>, <хуже некуда>.
Жизнь блестяще опровергла это кредо здравого смысла как ненаучную фантазию. Жизнь доказала, что хуже всегда есть куда и много ещё куда Жизнь - она доказала, что глядя сквозь телевизор на Багдад следует спрашивать: кто следующий?..
Опять оказалось, что нет ничего практичнее хорошей и нестандартной теории. Без теории и тяжёлого труда у нас всегда будет хуже и хуже.
И сегодня, когда мы слышим разнообразные утверждения о том, где мы, Россия, находимся и что нас, Россию, ждёт, необходимо спрашивать: а какая теория стоит за тем или иным
утверждением?Нужна теория политического действия с позиции российской государственности.
Для меня в основе такой теории лежит представление о направленности развития тысячелетней российской государственности как самобытной цивилизации и о крайней необходимости восстанавливать страну именно в виде мировой державы.
К сожалению, под такую теорию на сегодня в России нет оформленной политической силы.
А что есть?
Прежде всего - прозападные партии. Они открыто формулируют задачу создания <нормальной страны>, т.е. общества по чисто западному образцу.
Они называют себя правыми, а Союз Правых Сил (СПС), который возглавляет Б. Немцов и И. Хакамада, и, реально, А. Чубайс даже шли на прошлые выборы с лозунгом <Наше дело правое>. Но вряд ли И.В. Сталин, когда он говорил <Наше дело правое, победа будет за нами>, имел в виду неисправимо антироссийскую организацию Немцова, Хакамады с Чубайсом во главе.
Правое в политике традиционно приписывалось патриотическим и даже монархическим партиям. Так, до 1917 года самыми очевидными правыми были <черносотенцы>.
К современным <правым>, из наиболее заметных партий, принадлежит и <Яблоко>.
Почему <правые> никогда не договорятся? Они выполняют разные функции. <Яблоко> представляет разочарованную интеллигенцию, которая пошла против <советского тоталитаризма>, стала главной идеологической силой разгрома КПСС и последовавшего развала СССР, но ничего не получила с этого. <Яблоко> - партия проигравших революционеров.
СПС, прямо наоборот, представляет интересы главного, а, точнее, единственного выигравшего социального слоя. СПС - это партия победителей, силами своих 5 - 10 % (не считая поддержки извне) с блеском разгромивших и победивших остальные 90 % населения <этой страны>.
Прозападным <правым> партиям, кажется, противостоят левые <коммунисты> и <народные патриоты> - т.е. КПРФ и НПСР (Народно-Патриотический Союз России).
В настоящее время <левые патриоты>, после потери ими большинства думских постов и былого влияния в госдуме, с одной стороны, перешли в так называемую <непримиримую оппозицию> и сделали ставку на исключительно протестное население, а, с другой стороны, по-прежнему остались системной силой - т.е. полностью встроенной в существующий политический класс, в стоящую у власти элиту.
С моей точки зрения, перспектив у левых почти нет, поскольку у них нет необходимого стране идейного ядра и поскольку невозможно восстановить страну на протестах. По-прежнему, в головах у левых сидят ленинские схемы захвата власти любой ценой - а там, потом, посмотрим уже, что делать Воспроизведение такой разрушительной для государственности схемы сегодня приведёт к гибели страны, а не к её восстановлению как мировой державы. Впрочем, к счастью, это невозможно, поскольку невозможно представить дородную <непримиримую оппозицию> по-ленински захватывающей <вокзалы, мосты, почту и телеграф>.
В политическом же <центре> творится полная неразбериха.
Некоторые партии созданы скорее для того, чтобы <отбирать> голоса на выборах у <правых> и <левых> - это, в частности, <слева> Партия возрождения России спикера госдумы Геннадия Селезнёва и <Народная партия> Г. Райкова, и, <справа> - разнообразные мелкие и менее известные партии <правого центра> (типа <Партии жизни>).
Самой крупной <центристской> (пока только по названию) партией является <Единая Россия>. Она представляет из себя странное образование, которое, вероятно, могло бы иметь большую перспективу, но пока что лидеры партии не могут (или боятся? или не разрешают?) сделать шаг в сторону от партии власти к общенародной партии. А значит, они так и останутся электоральной машиной власти, неспособной восстанавливать страну при любом количестве поданных за них голосов (хоть 99,9 %).