Одержимый
Шрифт:
— Не, — подумав, покачал я головой. — Давай к тебе заглянем?
— Зачем? — удивился Роальд.
— Хочу попросить Трисс чтоб она мне новую одежду пошила, — поделился я с десятником своими соображениями и, потерев живот, добавил: — И поедим заодно!
— О, это дело, — поддержал меня Вельд, что неудивительно — жена Роальда готовит так, что отведав её стряпни пальчики оближешь.
— Ну хорошо, — рассмеялся Роальд. — Пойдёмте, проглоты.
— Только через торговый квартал двинем, — решил я.
Материю Трисс сама купит, если удастся убедить её взяться за работу, но пройтись по лавкам всё равно надо.
Вельд тоже счел, что идти в гости с пустыми руками не дело и поддержал меня. Так что пришлось Роальду смириться с необходимостью дать солидного крюка по пути к его дому. Он вообще, узнав о случившейся со мной беде, стал на диво сдержан. Раньше потянул бы нас к себе не считаясь ни с какими обычаями и приличиями.
— Роальд? — с удивлением приняла неожиданное появление в доме гостей Трисс. — Ты же до вечера на службе?
А дети даже не задумались, почему отец вернулся домой так рано и бросились к нему. Потом ко мне. Знают, что я почти всегда стараюсь прихватить для них что-нибудь интересненькое. То разноцветные стеклянные шарики, то иную игрушку. Но целый короб забавных безделушек от дяди Кэра они конечно не ждали…
— Не нужно было так тратиться, Кэр, — покачала головой улыбающаяся Трисс, переговорив тихонько с мужем. — Я и так сшила бы тебе новый костюм. Никаких срочных заказов у меня сейчас нет. — И осторожно отобрала плюшевого медвежонка у не поделивших игрушку детей. Да только они тут же добыли из короба другую.
— Да ничего, пусть играются, — успокоил я Трисс.
— Ну ладно, — сказала супруга Роальда и спросила: — Так когда тебе нужна обновка?
— Желательно завтра…
— Ого! А потерпеть не можешь?
Я немного грустно улыбнулся и развёл руками: — Увы, нет…
— Ну, хорошо, если постараться то можно успеть, — решила Трисс. — Мерки твои у меня есть, да и костюм тебе нужен как я понимаю не такой как у магистратских чиновников.
— Нет-нет, — быстро помотал я головой, — только не такой кошмар из тяжёлого бархата с кружевами! Просто добротный костюм, чтоб и к благородным в дом было зайти не стыдно. — И добыв из кошеля золотой ролдо, отдал его Трисс. — Вот, это на материал.
— Ты случаем не жениться там надумал, а Кэр? — заподозрила неладное Трисс. — Такие деньги на обычную одежду просто так не выбрасывают.
— Да куда ему! — не утерпел и так уже долго молчавший Вельд. — Прежде чем жениться, надо хоть с кем-нибудь познакомиться! Я его уже с кем только не сводил, а он всё нос воротит!
Посмеявшись, Трисс пригласила нас отобедать, а мы охотно согласились. Вельд ещё ладно — он с роднёй живёт, а мне разносолы нечасто перепадают. В «Селёдке» каждый день всё та же рыба, а самому готовить дело гиблое. Разве что в приличной таверне кушать, так на это никакого жалования не хватит.
На время я даже позабыл о своей беде. Вкусно поели, по стаканчику вина хлопнули. Хорошо… Но всё рано или поздно заканчивается. Передохнули немного и хватит.
Обратно в управу мы топали неспешно. И молча. Лениво разговаривать после сытного обеда. Вельда, правда, ненадолго хватило, и он взялся травить байки о своих похождениях в портовом квартале. Воспользовался тем, что нам неохота языком ворочать и оспаривать его слова и такие сказки рассказывать начал, что хоть стой
хоть падай. А на деле если хотя бы десятая часть приключившихся с ним историй правдива, то ему надо ставить памятник ещё при жизни. За заслуги перед отчизной.Хотя, конечно, врёт всё. И в портовый квартал он один ночью не ходит, хоть и живёт совсем рядышком. Да и корабли из Нумии, с женскими экипажами так редко заходят к нам, что замучишься поджидать эдакую радость.
Так, слушая трепотню Вельда, мы дошли до площади. Взглянув на большие часы, те что на башенке, возвышающейся над магистратом, я охнул. Почти четыре часа прошло совершенно незаметно…
— В управе засядем? — спросил у меня Роальд. — Или ещё куда-нибудь сходим? До вечера всё равно далеко…
Я же, глядя на проезжающий мимо экипаж, почесал затылок и медленно повернулся к десятнику. И бросил с досадой: — Вот мы ослы! Чего ноги били, когда можно было с комфортом съездить куда надо? И времени бы ушло много меньше…
— А мы-то тут причём? — обиделся Вельд. — Нам таких премиев не выдавали, чтоб в экипажах раскатывать!
— Ладно, замяли, — уже на ходу бросил я, устремляясь на улицу Звонарей, а точнее к располагающемуся на ней каретному двору.
Удачно вышло. Успели перехватить свободный экипаж до того как богатеи из центрального квартала заказали его для вечерних поездок по городу. Обойдутся толстосумы — им невредно будет жирок растрясти. А если совсем ленивы — пусть карету берут. А открытый летний экипаж, с парусиновым верхом, защищающим от солнца, заберём мы.
Раньше восьми часов после полудни, в общем-то, не стоит нам и появляться в управе. Что толку сидеть там, если комендант только в сумерках бедокурить начнёт? Просто покататься по городу и то интересней чем сидеть на месте и ждать, ждать. Да и все свои дела лучше утрясти прямо сегодня, чтоб остающиеся два дня прожить в своё удовольствие не зная ни забот, ни хлопот.
Накинув извозчику серебрушку сверх уплаченной приказчику каретного двора суммы, чтоб не бурчал по поводу езды в такую жарищу, я добился того, что и он стал всецело поддерживать предложенный мой маршрут. Роальд-то с Вельдом и так согласны были ехать куда угодно.
Первым делом мы заглянули в торговый квартал. Там я всяких безделушек набрал, да взял пару бутылей старого вина из тех что не делают уже давно. А дальше с подарками мы отправились по моим учителям. Чтоб не поминали меня потом худым словом.
Так и день пролетел. И хоть не на своих двоих передвигались, а жуть как устали.
Уже вечером перекусили в «Золотой ложке» на площади у магистрата, а после захода солнца объявились в управе. Вельд тут же отпросился у Роальда на полчасика и смылся куда-то, а мы поднялись в кабинет сотника. Засели у Тимира и принялись ждать.
Недолго к счастью. Как ночь вступила в свои права, началось представление. Первый огненный шар, с диким воем прилетевший со стороны порта и с оглушительным грохотом взорвавшийся над магистратом даже заставил нас вздрогнуть.
Глядя через окно на падающий на крыши зданий огненный дождь, Тимир всполошился: — Сэр Родерик опять упился до потери памяти! Я ж его просил, чтоб он не запускал свои фейерверки над центральной частью Кельма!
— Ну, надо же и тут проверить, как обстоят дела с защитой от пожаров, — усмехнулся Роальд. — Не всё же портовых жителей гонять.