Община 2
Шрифт:
– Ой, точно. – опомнилась главный повар поселения. – Все присаживайтесь по местам. Мы с девочками сами обслужим вас. Не толпитесь ребята. – засуетилась Любомила.
Да. Посидели славно. В этот раз, бесспорно, в кулинарном плане я вырвал первое место у Любомилы. Даже главная новость о удачном старте заводика временно отошла на второй план. Вспомнили о ней лишь тогда, когда всё съели подчистую. А вспомнив, сразу вновь забыли, ведь сегодня ещё и Зоран с женой решили отличаться и выставили на общую дегустацию несколько двадцатилитровых глиняных бутылей виноградного вина. Как раз некоторое время назад они собрали урожай первого винограда и, по моим советам, поставили бродить.
Думай, голова, думай.
А на следующий день я, как обычно в последнее время, с самого утра сидел на своём любимом месте у Днепра и пытался вспомнить все элементы парового двигателя. Хоть по крупицам, но удавалось что-то дописывать и исправлять нарисованную ранее схему.
– Всё. Надо передохнуть. – сказал я, глядя в умные глаза Акелы и погладил волчий бочок.
– И от куда в твоей голове всё это берётся? – удивился Тугарин, что сидел рядом и кидал косого на мою работу. – Как я понимаю, этот двигатель будет работать от пара?
– Правильно понимаешь, мой друг. С помощью топлива вода закипит, и мы получим пар под высоким давлением, который будет толкать поршни поочерёдно и крутить коленвал.
– Привет, ребята. – раздался голос Дарины сзади. – Я вам еду принесла. А то ж вы сами не додумаетесь домой зайти и поесть нормально.
– Спасибо дорогая. – улыбнулся я. – Мы, как раз, решили отдохнуть. Ты вовремя.
Неожиданный сюрприз
Как же это прекрасно, сидеть в тени и наслаждаться свежей, ароматной едой.
В такие моменты время будто замедляется, позволяя наслаждаться каждым мигом. Слышны звуки, ранее спрятанные суетой – журчание реки и редкие всплески резвящихся мальков, чириканье мелких птиц и насекомых. Вот на том берегу Днепра к воде вышло семейство кабанов, чтоб попить водички. А вот ползёт мужик, держась за распоротый бок, чтоб не вывалились кишки. Позади аист стучит клювом в гнезде, которое свил на старом дубе, что погиб от попадания молнии. Что? Стоп… Мужик…
– Тугарин! – вскрикнул я. – Срочно лодку и на весла. Эй на вышке! Боец! Всё внимание на нас. Прикрой на том берегу.
– Понял вас. – отрапортовал боец и перевёл прицел второго пулемёта, что мы поставили на вышку, со стороны Днепра.
Буквально за несколько секунд мы оказались с Тугариным в лодке.
– Дарина. Срочно скажи, чтоб нашу знахарку позвали. Человек ранен и нуждается в нашей помощи.
Ещё минут десять и мы, борясь с сильным течением, доплыли до противоположного берега.
– Максим! – остановил меня Тугарин, когда я собирался бежать на встречу раненому. – Жди в лодке. Это может быть ловушкой. Так тебя хоть с вышки прикроют. Если что, не жди меня и уплывай. – И уверенно оттеснив меня, побежал в сторону раненого мужика. Через минуту вернулся, аккуратно неся на руках, потерявшего сознание человека. Вдруг сразу несколько стрел ударили Тугарину в спину и тот, по инерции, дошёл до лодки и припал на одно колено. Я испугался, ведь тот был без доспехов, но он поднял руку остановив меня.
– Пригнись Максим. – прохрипел Тугарин, закашлявшись. – Принимай раненого. Быстро. Не переживай я в кольчуге под одеждой хожу.
Пока мы закинули бесчувственное тело и оттолкнулись от берега, стал слышен топот ног, подбегающих к нам людей из-за кустарника, что рос дальше вдоль берега.
– Дай вёсла, я сам буду грести. – забрал я управление. – Кольчуга – это хорошо, но могут быть сломаны рёбра или повреждены мышцы.
Мой голос прервал громкий звук очередей пулемёта. Видимо стрелок увидел нападавших и сделал правильный вывод. Я успел
заметить около десяти человек, замаскированных в одежду цвета зелени, в капюшонах. Вооружены все были короткими мечами и маленькими луками. Видимо такое небольшое оружие не выделяется из-под одежды, потому и было выбрано. Пулемётчику, ожидаемо, удалось перебить нападавших, что выбежали первыми. Также несколько человек по краям ещё остались живы, лишившись конечностей и имея касательные ранения. Мы только доплыли до середины, течение действительно было сильным, как с нашего берега уже отплывало две боевых лодки, полных солдат. Каждая лодка, по указанию Волка, была оборудована баллистой ещё месяц назад. Когда мы поравнялись с нашими бойцами, к нам перепрыгнули два воина со щитами и сразу закрыли нас с Тугариным. Лодку заметно качнуло, сказался вес тяжёлой брони бойцов.– Попробуйте взять пленного. – отдал я короткий приказ командиру, и мы разминулись. Это действие заняло, буквально несколько секунд.
– Молодцы воины наши, оперативно. Не зря на полигоне их сутками гоняют по, разработанный нами с тобой и Каземиром программе. – сказал Тугарин, развеяв напряженную тишину и вновь закашлялся.
На берегу уже ждала бабушка Ефросинья со своей помощницей в лице внучки Алёны. С собой они прихватили несколько сумок с лекарствами и бинтами. Обе кинулись к Тугарину, увидев кровь на его спине.
– Не надо. – возразил тот. – сразу мужика осмотрите. У него вон кишки наружу, а они из-за моих царапин всполошились.
Обе за несколько минут разобрались с раненым. Промыли, обеззаразили каким-то отваром жёлтого цвета и заштопали глубокие раны. Тот даже не очнулся. Потом раздели Тугарина, который пытался сопротивляться, и занялись им. Через несколько минут, перемотали грудь тугой повязкой и отпустили ко мне.
– У него одно ребро сломано стрелой. И несколько неглубоких ран. – сказала Ефросинья, подойдя ко мне. – Ничего серьёзного. А вот мужик много крови потерял. Ему покой нужен. Вроде не из наших у меня память хорошая на лица. Не помню его.
– Спасибо бабушка. Чтоб мы без вас, со своей очаровательной помощницей, делали.
Алёнка покраснела и кивнула головой, отвечая на мою благодарность.
– Так может её второй женой взял бы? А Максим? – подмигнул мне хитрая бабка.
– К сожалению, в моём сердце поместилась только одна Дарина. Да и молода ещё внучка твоя, пусть поживет для себя вдоволь. – ответил я той же хитрый улыбкой. – Хотя. Вон как Тугарин поглядывает на неё. Может у них чего получится? А дружище, как тебе девушка?
Красивая. – засмущался тот. – Она похожа на мою первую любовь, что згинула в рабстве, словно младшая сестра.
Девушка в момент стала серьёзной.
– А как её звали? – спросила она дрожащим голосом.
– Её звали Ольга. Я любил её. И хотел освободить из плена, но не успел. – с болью в глазах, ответил Тугарин. – Всего один день, и она была бы жива. Мы были бы вместе. – Он, со злостью, ударил кулаком по лодке, на которой сидел. После сморщился от боли в груди.
Алёна подбежала к нему и вновь зафиксировала левую руку.
– Ещё раз освободишь руку, получишь у меня. – горячо сказала она ему. – Так у тебя точно ничего не заживёт. А время назад не воротишь. Это была моя старшая сестра. Их с мамой и папой в поселении застали в расплох половцы, когда я была в лесу. Дальше судьбу её не знала, нашла родителей дома мёртвых. Я уже давно смирилась с её потерей. А ты меня понял? Береги рану. – вернулась из воспоминаний девушка.
– Да, мой командир. – пошутил Тугарин и выпрямился, после посмотрел через моё плечо и, вмиг стал серьёзным. – Максим, там наши возвращаются.