Чтение онлайн

— Венька!

Андрей рванулся к нему, но тело застряло в вязком, густом воздухе и не продвинулось ни на сантиметр. И Балаклав словно его не услышал. Сидел на диване, болтал ногами в черных ботинках и даже головы в его сторону не повернул.

— Венька! — громче крикнул Андрей — опять никакого результата. — Венька! — закричал он изо всех сил — голос прозвучал искаженно. — Вениамин Федорович, твою мать!

Балаклав наконец посмотрел на него, усмехнулся.

— Вот-вот, Андрей Львович, такие дела. Веньку обвинить в преступлении невозможно, и Андрюху бить по голове как-то не с руки. А так все упрощается. Новый формат отношений. Андрей Львович идет по следу Вениамина Федоровича, а тот защищается

— Но ведь ты…

— Простите за причиненный физический и моральный ущерб, Андрей Львович. Я не мог поступить иначе. Либо вы, либо она — такой вот расклад.

— Расклад?! Ах ты… — Андрей, пересилив страшное сопротивление воздуха, бросился к нему, размахнулся и ударил по ненавистной ухмыляющейся роже. Венька жалобно вскрикнул Настиным голосом, вскочил с дивана и неожиданно нежно потряс за плечо:

— Тише, тише, что ты? Ну успокойся, Андрюшенька!

Андрей открыл глаза. Испуганное лицо Насти призрачно отсвечивало в свете уличных фонарей. Ночь все еще длилась. Обняв ее, он закрыл глаза и вскоре уснул спокойным сном.

Утро было необыкновенно светлым и ласковым. Он это почувствовал, еще не проснувшись до конца, лежа с закрытыми глазами. От вчерашних приключений остался лишь легкий отзвук головной боли — ни тошноты, никакой тяжести. И настроение было, без всяких на то причин, прекрасным. Андрей всем своим телом ощущал необычную бодрость и прямо-таки зудящее желание вскочить, побежать и быстренько во всем разобраться. Путешествие в страну Эфира для него закончилось вполне благополучно, а сотрясения мозга, очевидно, не оказалось. Спасибо вам, Вениамин Федорович, что так аккуратно ударили, а не стали крошить череп своему боссу, беззлобно подумал Андрей: почему-то даже на Балаклава сегодня у него обиды не было. Не было обиды, и совсем не было боли — ни в душе, ни в теле.

Он встал, ощупал голову: шишка значительно уменьшилась. Нагнулся и резко выпрямился, проверяя свой организм, — ни головокружения, ни тошноты, ни дрожи в членах — здоровый, способный на подвиги организм.

Проходя в ванную, не удержался, заглянул в кухню. Настя что-то жарила, Сашка выбирал из каши изюм и орехи и приговаривал, что он зимняя птичка, выклевывает зернышки из-под снега.

— Надоела ему каша, — Настя озабоченно покивала на сына, увидев выглядывающего из-за косяка Андрея, — надо придумать что-то другое.

— Нет, — успокоил ее ребенок, — я кашу очень люблю, просто птички снег не едят.

— Как ты себя чувствуешь? — Настя сняла с огня сковородку, подошла к Андрею, тронула ладонью его лоб, словно проверяя температуру. — Получше?

— Прекрасно! Все совершенно прошло. Голова цела, а это в нашем деле главное. — Он засмеялся, поцеловал Настю в нос.

Сашка сполз с табуретки, подбежал к родителям:

— И меня!

Андрей поднял сына на руки, поцеловал и его и отправился в ванную. Под прохладными струями душа ему стало совсем хорошо, остатки боли исчезли. Голова сделалась удивительно легкой и трезвой, какой давно уже не была, и выдала сразу несколько умных мыслей. Во-первых, с Ксенией Зиминой вступать в непосредственный контакт сейчас ни в коем случае нельзя. Во-вторых, необходимо срочно выяснить личность убитого ею мужчины (странно, почему он сразу не подумал об этом!). И самое главное, в-третьих: он понял, как узнать, о чем говорила в фильме Ксения, перед тем как выстрелить. Ольга как-то рассказывала, что отец ее одноклассника потерял слух и довольно быстро научился читать по губам. Вот к нему и нужно обратиться. Фильм засвечивать нежелательно, но ведь он человек посторонний, далекий от подобных дел, кажется, механик на станции техобслуживания. Можно к тому же придумать какую-нибудь невинную историю. Например, сказать, что фильм не настоящий, нечто вроде учебного пособия (Ольга

Когда Андрей вернулся на кухню, Саша уже закончил завтракать, водил на поводке игрушечную собачку и громко лаял. Настя пила кофе и читала журнал — шум ей совсем не мешал, она привыкла.

— Интересно? — Андрей тоже налил себе кофе и подсел к ней.

— Да так… Это старый, прошлогодний. — Она заложила салфеткой страницу, отложила журнал в сторону. — Там был один интересный рецепт, хотела посмотреть, может, Сашке на завтрак вместо каши готовить?

Андрей мельком взглянул на обложку журнала:

— «Кинотрек»… Какие же здесь могут быть рецепты?

— Не скажи! Бывают, и очень оригинальные. Звезды рассказывают о своих диетах и…

— Ты что, хочешь посадить нашего единственного ребенка на диету? Не позволю! — Андрей в шутку потряс кулаком.

— Да нет, — стала оправдываться Настя, тоже в шутку от него отшатнувшись, — не собираюсь я заморить голодом наше чадо, просто некоторые блюда действительно полезные и вкусные. Да ты сам ел и хвалил, я уже брала отсюда рецепты. Помнишь салат из лосося? А запеканку из апельсинов и тыквы?

— Так это милое блюдо было из тыквы? — возмутился Андрей. — Знал бы — в рот не взял.

— Вот и хорошо, что не знал. — Настя хитро улыбнулась, придвинула к себе журнал и раскрыла на той странице, которая была заложена салфеткой. — До прошлого года я постоянно здесь паслась, собственно, ради рецептов и покупала журнал.

— До прошлого года?

— Ну да. — Она покачала головой то ли печально, то ли задумчиво. — Теперь все какую-то ерунду неудобоваримую печатают… с тех пор как Маргарита погибла. Раньше она вела эту рубрику.

— Она что, журналистка, знакомая Татьяны?

— Нет, она актриса. Маргарита Синявская. Слышал?

— Нет, не слышал. Наверное, в каких-нибудь сериалах снималась? — Андрей насмешливо посмотрел на нее.

— Ну да, и в сериалах тоже, — обиделась Настя. — Между прочим, сериалы тоже бывают хорошими.

— Первый раз слышу. Ладно, — Андрей допил кофе и встал из-за стола, — любительница сериалов, мне пора. Не скучай. — Он потрепал по плечу Сашу, подвернувшегося под ноги, и двинулся в прихожую.

Настя, все еще обиженная, поплелась его провожать. Стояла и смотрела с укором, когда он обувался, затем протянула ключи, сняв их с крючка:

— Не забудь. И… — она пересилила себя и улыбнулась, — будь осторожен. И еще… Не думай, это не Венька.

— Конечно не Венька! — Андрею вдруг вспомнился его ночной сон. — И даже вряд ли Вениамин Федорович. — Он поцеловал Настю и быстро вышел из квартиры.

По дороге в офис Никитин мысленно распределил, кому какой участок работы поручит. Ольга пусть выходит на этого чтеца по губам и запишет слово в слово все, о чем говорит Ксения Зимина. Возможно, уже сегодня ей удастся с ним встретиться. Денис, поскольку уж занял место отсутствующего (временно отсутствующего, во всяком случае, очень хочется в это верить) компьютерного гения, займется вычленением кадра, на котором хорошо просматривается лицо мужчины. Он сам позвонит Бородину и уговорит его снова помочь — пробить личность убитого. Но когда приехал в офис, понял, что пока давать указания некому — офис был пуст.

Непривычно пуст и неуютен. За ночь выветрился запах кофе, табачного дыма, Олиных духов, Денисовых чипсов — улетучились все компоненты, составляющие атмосферу жизни агентства.

Пахло лишь дезинфицирующим средством, которое уборщица щедро добавила в воду, когда мыла пол. Образцовый порядок царил повсюду: каждая бумажка на своем месте, чашки аккуратно расставлены на полке в шкафу, книги и папки чинно выстроились на этажерке, словно по струнке. Все чисто, все до невозможности аккуратно, все абсолютно стерильно. И тишина…