Обесточенный
Шрифт:
Стив слегка пожал плечами и поднял пакет из сувенирной лавки.
— Лучше, но все еще не достаточно хорошо, поэтому мне нужно это. Думаю, я бы стал для тебя обузой, если бы сопровождал сегодня.
— Мне бы не хотелось упустить возможность, если она появится, — я обеспокоенно прикусила губу.
— И не надо, — сказал Стив. — Ты не должна ждать меня. Я всего лишь запасной вариант, верно?
Я вытащила из кармана листок и заставила его сделать фото на телефон.
— Сегодня я обошла несколько музыкальных магазинов и задала несколько вопросов. Мне потребовалось несколько часов, но у меня нашлось несколько разных источников, утверждающих, что Ноа и Дюк в городе, бродят по округе, но не попадаются
Стив задумался, просматривая список клубов, который я ему дала.
— Они могли просто попытаться подцепить красивую девушку.
— Мужчины не так глупы, чтобы соблазнить меня, — сказала я. — Тем не менее, совпадений достаточно, и мое нутро говорит, что следует их проверить.
— Итак, каков твой план?
— Владелец одного из музыкальных магазинов сказал, что Ноа Харди набирает новую группу, проходит по своим старым хардкорным местам и тому подобному. Еще пара парней говорили, что видели его на выступлениях последние две недели. Думаю, неплохо будет посетить некоторые из них и проверить, смогу ли я столкнуться с ним.
Стив кивнул и убрал телефон в карман.
— Хорошо. Только осторожнее. Похоже, что мне придется провести ночь в номере, а «Пепто-Бисмол» (прим.: препарат, используемый для лечения изжоги, нарушений пищеварения, расстройства желудка, тошноты), даже в малых дозах, задержит тебя.
Я пожала плечами.
— Я довольно хороша в своем деле.
— А я должен дать тебе наставление хорошего парня: пожалуйста, не влезай в неприятности...
Подняв ладонь, я прижала ее к губам Стива, пока он не закончил бормотать какую-то тарабарщину и не улыбнулся.
— Нет, не стоит, если сам не хочешь неприятностей. Я навещу тебя завтра, посмотрю на твое самочувствие и расскажу, как прошла ночь.
— Уничтожь их, Лорел, — сказал Стив.
Он дружелюбно похлопал меня по плечу и направился к лифту.
***
Я заворчала, плюхнувшись на водительское сиденье арендованного автомобиля. Лишь со второй попытки мне удалось вставить ключ в замок зажигания, но как только двигатель завелся, салон наполнился теплом, и стало легче. В «Фанхаусе» я пробыла недолго. Двигатель еще не успел остыть, несмотря на зябкую, влажную сиэттловскую ночь. В салоне пахло сосной и мхом, смесью, успокаивающей мои нервы. Если закрыть глаза, то можно было легко представить, что находишься посреди тихого леса, а не на парковке дешевого кабака в середине ночи.
Вытащила список клубов из кармана и отметила красным крестом «Фанхаус». Пройдено семь. Я спустила уже больше сотни баксов на покрытие расходов и выпивки, но так и не приблизилась к местонахождению Ноа Харди. Все разговоры о том, что он или Дюк были в городе, внезапно стихли, и я задалась вопросом: не бегала ли я за призраками?
В списке осталось еще только два клуба. Он был составлен в соответствии с расположенностью к отелю, начиная от самого ближайшего и до самых окраин Сиэттла. Следующий в списке «Рогатый Козел» уже был обозначен знаком вопроса. Я не смогла найти рабочий номер телефона этого места, и подозревала, что оно было закрыто. Скорее всего, оно попало под программу облагораживания района, как и многие другие частные заведения.
Последним баром в моем списке был клуб «Грейвъярд», и находился даже не в Сиэттле. Он был в месте, называемом Торнвуд. GPS-навигатор в моем телефоне показывал, что до него двадцать минут.
Сегодня уже было много неутешительных провалов, так что я решила, что к черту «Рогатого козла». Раз у них нет рабочего номера, то я даже не стану тратить на него время.
Очевидно, моей последней остановкой сегодня станет клуб «Грейвъярд».
С помощью GPS я выехала из Сиэттла по темным городским улицам, пока город не остался позади всего лишь расплывчатым
силуэтом. Выход на трассу к Торнвуду появился из-за елового леса. Это было красивое маленькое место в американском стиле, но если быть честной, на северо-западе все места напоминали мне эпизоды «Твин Пикса». Место казалось мне призрачным, мрачным и таинственным. И мне это нравилось. Все, о чем я могла думать, так это о том, что у каждого человека есть свои тайны и красивые оболочки. Они есть у нас всех, верно? Но чувствовалось, что в этом месте вы могли скрыть их.В самой захудалой части города, наконец, появился клуб «Грейвъярд». Это было серое двухэтажное здание на опасном участке дороги, уютно расположившееся среди мрачных сосен. Здание выглядело так, словно было построено в двадцатых годах, но без должного ухода, как за другими историческими местами. Кто-то покрасил фронтальную часть здания в черный цвет и такими же размашистыми, небрежными мазками крупными буквами, которые я смогла разглядеть с двадцати ярдов (прим.: 1828,8 см), написал название клуба.
Под колесами автомобиля шуршал гравий, поэтому осторожно остановившись и заглушив двигатель, я осмотрелась. Посмотрев в зеркало заднего вида, с тяжелым вздохом подкрасила губы.
— Если его здесь не будет, я просто напьюсь.
Здание сотрясалось от звуков тяжелой музыки, доносившейся изнутри. Она была такой громкой, что я услышала ее, еще даже не выйдя из машины. Когда гравий захрустел под моими ботинками, я снова занервничала, как и прежде в отеле. Из-за провалившегося поиска мое волнение превратилось в скуку, но теперь вернулось с удвоенной силой. Засунув руки в карманы куртки, я попыталась не обращать на это внимание и с поднятой головой вошла в клуб «Грейвъярд».
Первым делом меня встретила хардкорная музыка, ревущая из динамиков и сотрясающая стены. Толстый бледный парень в черной футболке сидел на стуле, раза в три меньше его. Я постаралась не закатывать глаза, когда он вызывающе улыбнулся. Он попросил мое удостоверение, перекрикивая оглушительную музыку, но когда я его протянула, все, на чем я смогла сосредоточиться – его грубые, потные ладони, которыми он схватил меня. Я бросила ему пять долларов за вход, чтобы больше не прикасаться, и поспешила в бар. Мне определенно нужно было выпить после этого.
Как и многие другие городские бары, это место было мрачным и грязным. Он был обставлен в диком шизофреническом стиле, который лишь собирал пыль. Черно-белый кафельный пол хранил на себе, скапливающиеся десятилетиями, потертости от обуви и оборудования. Клуб был разделен на две части. Слева находился бар и столы, а справа – сцена и открытая площадка для толпы. У стены располагались несколько маленьких кабинок, которые были свободны. Небольшая группка преданных металлистов безумствовала перед сценой, бегая друг за другом в хороводе. Сторонним наблюдателям этот ритуал мог показаться ненормальным, но это всего лишь показуха. Хоровод не вредил никому. Это была старая, добрая бесшабашность. И не было ничего лучше, чем наблюдать за хорошим хороводом, чтобы моя кровь взыграла. Я шагнула к бару, не сводя взгляда с толпы.
Спустя несколько минут появился седой старик с волосами по пояс. На его обветренном лице сияла улыбка, глаза выдавали, что он, должно быть, забивал косяк в задней комнате.
— Привет, дорогуша! — нависнув над стойкой, крикнул он. — Что тебе предложить?
— Рюмку «Jameson» и пинту (прим.: пинта это стандартная порция пива, равная 0,5 л. «Jameson» – марка виски), — крикнула я, стараясь заглушить музыку.
Старик знаком показал мне: «хорошо». Увидев его загар и татуировки на руках, я почувствовала, что футболка «Металлика» с короткими рукавами, надетая на нем, была оригиналом из восьмидесятых. Я улыбнулась.