Обещание завтрашнего дня

Radclyffe

Tomorrow's Promise

Перевод с английского:

GRAY

Редактор:

Анастасия Казакова

– Эй! Есть здесь кто-нибудь? – прокричала Эдриенн Пирс в пустоту небольшой заправочной станции у края

дороги.

– Иду! – отозвался голос откуда-то из недр ремонтного бокса. Худощавый дружелюбного вида мужчина, одетый в заляпанный комбинезон, вышел из помещения, небрежно вытирая руки испачканной в солидоле тряпкой. На вид ему было лет под шестьдесят. Он выжидательно улыбнулся Эдриенн.

– Могу вам чем-то помочь?

– Надеюсь, что да, – ответила Эдриенн.

– Я ищу поворот на Уитли Пойнт. Судя по карте, он должен быть где-то поблизости, но я никак не могу его найти.

– А вы не местная, да? – непринужденно поинтересовался мужчина. Его сильный акцент выдавал уроженца Новой Англии и резко контрастировал с отрывистой, четкой манерой разговора Эдриенн. Он занял себя тем, что стал протирать лобовое стекло ее машины от пыли, попутно разглядывая Эдриенн краешком глаза. Высокая, подтянутая, очень элегантная. Светло-золотистые волосы чуть короче средней длины – стильная стрижка слоями – небрежно отброшены назад. Самые обычные летние брюки и рубашка из хлопка в обтяжку.

Эдриенн улыбнулась, и улыбка ее была окрашена грустью.

– Думаю, это очевидно. Я с Западного побережья.

– Далековато вас занесло от дома, я бы сказал, – произнес работник и полез в карман за сигаретой.

– У вас тут друзья? – он с заинтересованным видом прислонился к бамперу, явно показывая, что настроился на долгий разговор.

«Ты и представления не имеешь, насколько я далеко от дома. Настолько, что теперь с трудом узнаю собственную жизнь», – Эдриенн посмотрела на него, не в силах понять, что испытывает: раздражение или веселье. Мужчина определенно никуда не спешил, и она решила, что должна перенять его манеру поведения. В конце концов, она проделала весь этот путь для того, чтобы расслабиться и оставить смятение и путаницу последних нескольких месяцев позади.

Эдриенн постаралась придать голосу дружелюбный тон.

– Я не знаю на Уитли Пойнт ни души. Просто сняла здесь дом на ближайшие полгода и очень хотела бы добраться до него, пока не стемнело.

Мужчина кивнул, еще разок напоследок протер заляпанное лобовое стекло и растоптал недокуренную сигарету носком тяжелого ботинка.

– Я пытаюсь бросить, так что докуриваю только до половины, – сообщил он, словно ему нужно было это объяснить.

– Это очень красивое место, Уитли Пойнт. Я туда бегал тренироваться, когда был пацаном. В те времена Чарльз Уитли – старший был жив, а остров еще не застроили.

– Я полагала, что остров принадлежал семье Уитли целиком, – сказала Эдриенн, заинтересовавшись разговором, несмотря на то, что ей давно пора было уезжать.

– До сих пор принадлежит, – подхватил он.

– Целую половину северной части занимает родовое поместье Уитли, но на южной оконечности есть несколько частных домов.

Эдриенн и раньше немного слышала об этом, но до сих пор была под впечатлением. Сама идея семейной династии, настолько могущественной, как империя Уитли, вызывала у нее живой интерес. И отчасти поэтому-то она и сняла здесь дом, случайно увидев объявление в журнале. Она тогда подыскивала изящный способ сбежать от чрезмерного внимания и заботы со стороны родных, и это показалось ей хорошей возможностью. Эдриенн была благодарна родителям за то, что они предложили приютить ее, когда она в этом так нуждалась, но в последнее время ей стало очень трудно выносить их плохо завуалированную жалость. А они, в свою очередь, казалось, почти вздохнули с облегчением, когда она уехала.

– Я думала, что младший Уитли тоже умер, – Эдриенн заставила себя вернуться в настоящее.

– Так точно, – сообщил ее собеседник. – Погиб почти десять лет назад в море, во время жуткого шторма, его тело нашли на берегу только через несколько дней. Никогда не мог взять в толк, как это он так далеко зашел в море при такой погоде? Все здешние знают, как быстро может налететь буря, а Уитли был чертовски хорошим моряком. Может, судьба ему выпала такая, ничего не попишешь. А теперь делами на острове заправляет

его вдова, хотя я слыхал, что большинство деловых вопросов она оставила на усмотрение корпорации.

Мужчина покосился на быстро заходящее солнце и добавил:

– Ну, я так думаю, вам пора отсюда выбираться.

Эдриенн подавила улыбку и мрачно кивнула.

– Наверное, пора.

Наконец-то женщина выяснила, что отыскала бы поворот на Уитли Пойнт, если бы проехала по той же самой дороге еще пару миль [1] . Ее новый знакомый рассказал, что она, вообще-то, должна добраться до южной части Уитли Пойнт меньше чем через полчаса. Эдриенн распрощалась с ним с некоторой неохотой. Она не могла припомнить, когда в последний вела с кем-то разговор, который не был наполнен смущенными паузами или неловкой тишиной. Здорово было, что с ней снова обращаются как с обычным человеком. Она помахала рукой и выехала с заправки, охваченная внезапным желанием поскорее добраться до своего пристанища.

«Пристанище. Да существует ли оно для меня на самом деле?»

Она проехала три тысячи миль в попытке его отыскать.

Эдриенн пересекла дамбу, ведущую на остров, и поехала по узкой прибрежной дороге, уходившей к северу, в сторону океана. К ее удивлению, побережье было совсем диким. Тьму рассеивал только свет ее фар, пока она осторожно вела машину по извилистому шоссе. Иногда Эдриенн замечала проблески света за деревьями, но с дороги никаких зданий рассмотреть не могла. Морской бриз порывами врывался в открытые окна машины, принося внезапное острое чувство ностальгии. Как же она соскучилась по океану! Несмотря на подавленное настроение, Эдриенн нравилось быть рядом с водой, это успокаивало ее, и даже после долгих часов за рулем она, к удивлению, чувствовала себя отдохнувшей. Ее разум где-то блуждал, убаюканный звуками моря, и она чуть не проехала небольшой дорожный знак, указывавший поворот на Игл Лейн. Резко затормозив, Эдриенн вошла в поворот быстрее, чем намеревалась, и ощутила, как затряслась под ней подвеска автомобиля. Ее сердце бешено заколотилось, когда она поняла, что еле удержала большую машину от заноса.

«Лучше мне не спать, если я собираюсь добраться до места целой. После всего приключившегося погибнуть в автокатастрофе было бы насмешкой судьбы».

Она очень внимательно вела машину, пока не увидела дом. В темноте казалось, что он нависает над дорогой и состоит из сплошных углов и граней. Несколько минут Эдриенн просто сидела в машине и смотрела на него. Дом был огромен. Она смогла разглядеть широкое крыльцо и длинный балкон на верхнем этаже. На нижнем этаже находились гараж и полузакрытая площадка-склад. Жилые помещения располагались на втором этаже – меры предосторожности против приливных наводнений, как она поняла.

Наконец Эдриенн втащила чемоданы наверх по широкой передней лестнице и приступила к осмотру своего нового дома. Просторная спальня, к ее радости, располагалась в дальней части дома, и оттуда можно было выйти на балкон. Эдриенн тут же распахнула раздвижные двери, чтобы впустить в комнату свежий ночной ветерок. Отсюда она могла разглядеть берег на сотни ярдов вокруг. Это было красивое место, и на короткий миг ей захотелось, чтобы рядом оказался кто-то, с кем она могла бы эту красоту разделить. Эдриенн быстро прогнала эту мысль, как уже много раз проделывала за прошедший год. Подобные вещи для нее остались в прошлом.

Почувствовав внезапную усталость, она сбросила туфли и растянулась на кровати, даже не сняв одежду. Через несколько секунд она уже спала, и, к счастью, ей ничего не снилось.

В пяти милях выше по дороге Таннер захлопнула дверь своего бунгало на берегу и бегом рванула к «Ягуару». Она запустила двигатель, с ревом выехала на дорогу и, выбросив фонтаны гравия из-под колес, понеслась по прибрежному шоссе, рассекая ночь светом фар. Если бы она выехала десятью минутами раньше, то проехала бы мимо автомобиля Эдриенн. Но сейчас на всей дороге ей не повстречался никто. Несмотря на холодный ночной воздух, она опустила верх кабриолета и врубила радио и все шесть колонок на полную мощность. Таннер нетерпеливо барабанила пальцами по рулю, проезжая изгибы и повороты дороги по памяти.