Чтение онлайн

— Тупая курица! — завопил он и обернулся. И тут же я ударила его кубком, после чего охранник упал как подкошенный.

— Ну и кто тут тупая курица? — с гордостью произнесла мама. — Жив, подлец, — она потрогала его шею.

Мы снова двинулись вперед, но неожиданно раздался очень громкий звук. Словно сотни автомобилей разом надавили на клаксоны. Мы кинулись к окну и обомлели.

Десятки мотоциклов разных марок окружили наш дом. Часть въехала на территорию, другие оставались на улице, и все они громко сигналили.

— Что это? — удивленно ахнула мама.

—

Это наши друзья байкеры, — улыбнулась я. Узнав в одном из байкеров знакомую фигуру.

— Друзья байкеры? — эхом повторила мама. Ей не верилось, что ее умница дочка общается с такими людьми.

— Сестра Матвея — Рита гоняет на мотоцикле. И ее муж. И еще куча их друзей тоже.

— А Матвей байкер? — с волнением в голосе уточнила мама.

— Нет, Матвей нет, — успокоила я ее. — Он просто профессор в моем университете.

— Сколько ему лет?

— Тридцать пять. Ты имеешь что-то против возраста моего избранника? — уточнила я.

— Ничего. Главное, чтобы тебе нравилось.

Появление байкеров было переломным моментов в визите Стаса. Отвесив на дорожку несколько угроз, он со своей охраной убрался восвояси. Трое охранников наверху к тому времени уже пришли в себя и пошатываясь ушли вслед за своим работодателем.

— Надо увеличить штат сотрудников, — распорядился отец нашему начальнику охраны.

Байкеры продолжали сигналить до тех пор, пока Петров не убрался с нашей территории. Часть отправилась его провожать таким же громким сигналом, остальные разъехались. Остались только несколько байкеров, одними из которых были Рита с Рустамом.

Войдя в дом, они поздоровались с нами, Рустам пожал руку Матвею.

— Так вот ты какой, грозный папаша, отделавший моего младшего брата, — Рита подошла к моему отцу и, уперев руки в боки, смело посмотрела на него.

Кто бы мог подумать, что у моего серьезного отца и байкеров может быть так много общего!

Оказалось, в юности отец увлекался экстримом и даже гонял на мотоцикле. И когда Рита неожиданно бросила ему вызов «немного пожечь резины», он, к всеобщему удивлению, не отказался.

— Интересный у тебя отец, — заметил Матвей, когда байкеры с отцом умчались.

Мать с сестрой и племянником поднялись наверх, а мы с Григорьевым остались в гостиной.

— Никогда бы не подумала, что они с твоей сестрой найдут общий язык, — рассмеялась я. После пережитого ужаса я чувствовала невероятное облегчение. Словно груз забот разом свалился с плеч.

— Поехали ко мне, — Матвей обнял меня за плечи. В родительском доме он боялся позволить себе лишнего.

— А Стас не станет нас выслеживать?

— Зачем? — удивился Матвей.

— Чтобы обменять нас на Алину и сына.

— Может и станет. От такого как Петров можно ожидать чего угодно. Но Ростовцев распорядился за каждым членом семьи закрепить охрану. Поэтому мы в любом случае будем не одни. За тобой будут следовать двое молодцов Ростовцева.

— Хочешь сказать, мы в спальне займемся любовью, а на кухне будут сидеть люди отца? — удивилась я.

Григорьев захихикал.

— Очень на то похоже.

Взвесив все за и против мы все же

уехали к Матвею на квартиру. Двое молодцев отца следовали за нами на машине до самого дома, а потом вошли в квартиру. Как и планировали, мы оставили их на кухне, а сами заперлись в спальне. На случай, если охранникам взбредет в голову войти в комнату.

— Твоя сестра молодец, что решилась изменить свою жизнь, — заметил Матвей.

Мы лежали в кровати под одеялом и перешептывались. Словно нас могли услышать.

— Мой отец ее поддержал, что еще более удивительно. А еще согласился на Сергея. И на тебя. Видимо понял. Что мы с сестрой упертые и пойдем до конца, лишь бы быть с нашими любимыми мужчинами.

Я лежала под одеялом в одном нижнем белье. Джинсы и футболка были небрежно кинуты на спинку стула. Одежда Матвея была аккуратно уложена на стул. Я уже и забыла, что у меня мужчина педант.

Обнявшись, я чувствовала жар его тела и желание. Во мне тоже разливалось невероятное тепло.

— Хочу тебя, — прошептал Матвей на ушко.

Сегодня мы занимались любовью медленно, словно в первый раз. Исследуя тела друг друга, покрывая поцелуями и шепча приятные слова.

— Ты такая сладкая, — выдохнул Матвей, когда, получив наслаждение, мы разгоряченные нагишом раскинулись на кровати. — Удивительно, как с тобой все просто.

И я поняла, что он имеет в виду.

— Матвей, — я легла ему на плечо и закинула ногу. — Мне нужно тебе кое в чем признаться.

— Что случилось? — он погладил меня по руке. — Что-то серьезное?

— Я Рите уже все рассказала…

— Так, а теперь с этого момента поподробней, — потребовал Матвей, сел и заглянул мне в глаза.

— Помнишь, я рассказывала про операцию. Про пересадку роговиц, после которой я смогла нормально видеть. — Григорьев кивнул. — После нее у меня произошли большие изменения. Я перекрасилась, перестала баловаться сигаретами и пивом и увлеклась экстримом. Заскочила на байк твой сестры, не зная кто она и зачем я это делаю. В общем, действовала на инстинктах.

Матвей молчал. Давая мне возможность выговориться.

— Ты был самым противным преподавателем в нашем универе. Змея многие на дух не переносили. И я была не исключением. А после операции ты мне неожиданно начал нравиться. Хотя был совершенно не мой типаж. Я раньше на недалеких качков западала, а ты умный, да еще профессор. В общем, я решила выяснить, что со мной происходит и попросила отца узнать имя донора роговиц.

— Это все? — улыбнулся Матвей и погладил меня по щеке. — Ты выяснила кто донор?

— Выяснила. Кораблева Екатерина Александровна.

Профессор несколько секунд переваривал новую информацию.

— Мало ли сколько в мире совпадений, — он пожал плечами.

— Это не совпадение, — я покачала головой. — Моим донором стала твоя жена. Вот откуда странные дежавю с тарелками, неожиданные фразы на иностранном языке и знание Канта.

— И что это значит? — не понял Григорьев.

— Что моя привязанность к тебе началась не с симпатии, а с пересадки и поступления информации от донора в мою нервную систему.