Чтение онлайн

Приближающиеся голоса неожиданно нарушили наше уединение и вечернюю тишину.

— Вот черт! — Матвей среагировал первым. Подхватив разбросанную одежду, он схватил меня за руку и потянул к кирпичному строению без потолка и с разрушенной одной стеной. Хоть сыростью не воняет, и то ладно. — Тихо! — его ладонь накрыла мне рот.

Мужчины снаружи о чем-то говорили, громко хохотали, но вскоре снова наступила тишина. Байкеры вернулись к своей тусовке, а мы посмотрели друг на друга. Ночь обещала быть безлунной, и Матвей был почти неразличим на фоне темных кирпичных стен, но не в моих планах сдаваться. К тому

же я стояла в одном белье, а Григорьев даже футболку не снял.

— Раздевайся, — потребовала я, клацнув зубами. Холодно, блин! — Или боишься?

— Чего мне бояться, — одним движением профессор скинул футболку. Следом за ней полетели джинсы.

Теперь мы были на равных, и я, доводя дело до конца, сняла бюстгальтер и трусики. Все равно темно. Хрен он что различит. Змей хмыкнул и ответно спустил свои трусы.

Черт, действительно, темно! Я потянулась рукой к профессору, но промахнулась, мазнув пальцами по холодной стене.

— Что ты делаешь? — Григорьев тоже клацнул зубами.

Было холодно, и я дрожала, но вместе с тем внутри росло приятное ощущение тепла с примесью возбуждения и опасности. Так себя, наверное, чувствуют гонщики перед финальным заездом или бандиты, планируя грабануть банк.

— Пытаюсь нащупать твой стояк. Тебя же жутко заводит разгуливание голышом. Возбуждение так и зашкаливает! — я захихикала, Матвей тоже.

— Ты сумасшедшая, — он сократил расстояние, и теперь мы только каким-то чудом не касались друг друга обнаженными телами.

— Ты тоже, — я смеялась, но это было скорее нервное. Острое желание разливалось волнами по телу, концентрируясь между ног. А ведь он даже толком ко мне не прикоснулся.

Мы смеялись, почти касаясь друг друга, и неизвестно чем бы это все закончилось, но неожиданно включился свет, и раздался громкий женский визг.

— Твою же мать!

Рита?!

Я вздрогнула, обернулась, но свет телефонного фонарика бил в лицо и ни хрена ничего не было видно. Зато сестричка, наверное, все разглядела.

— Больной придурок! — выкрикнула она, скорее всего, имея в виду брата, и как фурия выскочила из нашего укрытия. Как показала практика, не такого уж и укрытия.

— Она всегда так ругается? — я посмотрела на место, где только что стояла Рита.

— Почти, — хмыкнул Матвей и потянулся за одеждой. — Все-таки посверкал.

Сестренку мы нашли сидящей на бордюрном камне в стороне от основной тусовки. Она нервно курила и выглядела не склонной к диалогу.

— Ключи! — Григорьев подошел и протянул руку.

— Чего? — Рита подняла на него взгляд. Потом на меня. Хмыкнула.

— Немедленно! — потребовал Матвей.

А профессор умеет быть напористым!

— А мне на чем добираться? — возмутилась байкерша, но нехотя полезла в карман и вложила связку в раскрытую ладонь брата.

— С Рустамом поедешь, а мне девчонку надо отвезти.

— Знаешь, что ты дебил? — фыркнула Рита, и в ее голосе звучала неприкрытая ярость.

— А еще больной придурок, — кивнул Матвей. — Ты сегодня была жарка на эпитеты. Всем до свидания! — он поднял руку, прощаясь. — Поехали, — обернулся, и я доверчиво вложила свою руку в его широкую ладонь.

Обратный путь мы преодолели быстро и с ветерком. К концу поездки я дрожала, как осиновый листок, но было безумно приятно держаться за

Матвея. Ощущать теплоту его кожи, чувствовать сердцебиение и напряжение, когда тормозил на светофоре и также резко срывался с места.

— Спасибо, — я вернула шлем и помялась с ноги на ногу.

Ненавижу прощания, особенно когда не хочется расставаться. На часах половина двенадцатого и знаю, Матвей уедет при любом раскладе. Что бы я ни предложила.

Григорьев сидит на байке, и я прижалась к нему всем телом.

— Я буду скучать, — поцеловала и быстро отстранилась. Он удержал меня. Чуть-чуть, самую малость, но мне этого достаточно, чтобы чувствовать себя уверенно.

Остаток ночи сижу на балконе, потягивая безалкогольное пиво. Мысли скачут, как сумасшедшие, сна ни в одном глазу. Я перевозбуждена и не удовлетворена. Тело ноет и просит разрядки, но Матвей уехал, и мне некому помочь.

Меня обуревают странные желания и мысли. Все началось с невинного розыгрыша, когда же я успела заиграться настолько, что постоянно думаю о Матвее. Желание, риск, страх, пикантные ситуации — все вместе будоражат кровь и усиливают влечение.

Копаюсь в телефоне, читая об удовольствиях, которые можно доставить мужчине. Советов много, но подойдут ли они для Матвея? Все люди разные. Если одного заводит сверху, другого сзади или как-нибудь еще. На видео о минете я зависла дольше. Здесь все гораздо сложней и изящней. Я столько раз обещала порадовать Матвея. Будет глупо, если он узнает, что я в этом новичок. На видео девица так искусно изощрялась, лаская мужчину, что мне стало страшно не повторить ни одного движения.

Несколько дней льет дождь и выходить на улицу совсем не хочется. Просиживаю в интернете, болтаю с девчонками, планируя очередную вылазку, но снова и снова возвращаюсь мыслями к профессору. У Змея есть мой номер телефона. Забила ему в записную книжку мобильника в ту роковую ночь. Наверное, он даже не знает, что «милая» это и есть я. И у меня есть его номер, но звонить сейчас глупо и банально. Назначать встречи, на которые он, возможно, не придет не в моих правилах.

— Снежан! — в комнату вошел отец и я резко захлопнула ноутбук. — Сегодня вечером у меня ужин с деловым партнером. Ты обязана на нем быть.

— У-ужин? — я все еще витаю в облаках романтики. — А зачем мне там быть? Выбудете обсуждать дела, я так понимаю.

— Сергей будет не один, — отец улыбнулся. Обычно он более напорист. Значит, что-то задумал. — С ним будет сын Александр примерно твоего возраста.

— Пап, сейчас двадцать первый век! — протянула я, разгадав замыслы моего предка о сводничестве.

— Я знаю и не прошу от тебя особых усилий. Просто веди себя как обычно. Но, если вы с Александром приглянетесь друг другу, я буду очень и очень не против.

— Бесит старик! — после обеда пожаловалась Русе.

У подруги есть повод для радости — экзамен сдала на отлично. А у меня тупое сводничество, от которого выворачивает.

— Да, я симпатичная, — разглядываю себя в зеркале, в который раз убеждаясь, что природа не обделила меня красотой, — но это не повод пихать меня к сынку каждого делового партнера.

— Он же не просит тебя трахаться с ним, — резонно замечает подруга. — Просто посидишь в ресторане, похаваешь вкуснятины и свалишь, когда надоест.