Чтение онлайн

— Именно. Могли взорвать Мерседес, а не Афтондила, который оказался в нем случайно. Самое смешное — он мне его предлагал купить.

— Купить? У тебя же нет денег! А тут — Мерседес. Он что, твой Афтондил, совсем дурной? Дима, куда ты влез?

— А черт знает! Сколько я тебе должен?

— Спроси у Эллы Сергеевны. Сколько она готова отдать за документы?

— Представления не имею. Я их даже не видел, а то выходи самостоятельно, без посредника.

— Не обижайся. Голова чугунная… что-то здесь не складывается, а что — не пойму. Хотя, возможно, мы все накручиваем. Тебе когда на работу?

— С

понедельника.

— Вот и выходи. Наберись нахальства и к ней в кабинет. Мол, как успехи, спасибо за сочувствие и главный вопрос — как продвигаются дела. Вроде как озабочен и чувствуешь угрызения совести.

— Три минуты.

— Что три минуты?

— Разговор на три минуты. Занята Элла Сергеевна. Хлопот и забот выше крыши. Что дальше?

— Предложи помощь.

— Костя, ты что — дурак? Это же разводка. Она тетка умная. Она должна попросить, понимаешь — она. Моя роль закончилась — крохотный эпизод. Мелькнул на экране и пропал. Если начну проявлять активность, возникнет подозрительность — а уж не Скворцов и в самом деле устроил весь этот спектакль?

— Если кто и устроил, так это Элла Сергеевна.

Константин принялся чесать за ухом, нисколько не заботясь, как выглядит со стороны. А выглядел он столь комично, что я едва удержался, чтобы не прыснуть от смеха. Определенно его можно было брать на небольшую роль в кино — когда требуется небольшая разрядка, и зритель должен передохнуть от суматохи на экране.

— Есть идея, — Костя, вероятно, докопался до мысли. — Мы проверим звонки Эллы Сергеевны. Вот только стоит подобная услуга дорого.

Улыбка сползла у меня с лица. Сколько стоит услуга, о которой говорил Костя, мне плевать. Я был встревожен другим. Накануне убийства с Афтондилом, я активно говорил с ним по телефону. А если так, за мной уже давно присматривают бывшие коллеги.

— Ты чего?

Костя хоть и не был психологом, однако произошедшие со мной перемены заметил.

— Думаю, когда ждать гостей, — признался я.

— И над легендой следует поработать. Решил, что сказать? — огорошил меня Костя. Чего это вдруг бывший милиционер и кидала воспылали друг к другу любовью? Чего тебе от него нужно? А ему — чего? И самое дурное — Афтондила убивают, когда он едет к тебе на встречу. На, держи, — и сунул мне конфетку.

Я понял — Костя недавно бросил курить. И своей сигаретой я устроил ему настоящую пытку.

— И что — совсем не пьешь?

— Совсем, — вздохнул Константин. — Три месяца, две недели и пять дней. Сегодня как раз пятый пошел.

— И как долго собираешься считать? — задал глупый вопрос я.

— Скворцов, ты счастливый человек. Делаешь, что тебе вздумается, и не ломаешь голову. Я же не могу себе позволить жить, как я хочу. Обстоятельства диктуют. Ступай домой и ешь свой борщ.

— Хотел тебя спросить…

— Ну?

— Чего тип делал в моем доме?

Костя улыбнулся.

— А вдруг у него здесь любимая женщина живет? Или просто женщина? Ты, Скворцов, сам подумай — я же твоих соседей не знаю.

Труд облагораживает человека. Помниться, когда я учился в школе, на тыльной стороне тетрадки кроме таблицы умножения имелся свод правил строителя коммунизма. Ничего

не помню, лишь то, что труд облагораживает. По природе своей я законченный лентяй, хотя греха большого в этом не нахожу. После вынужденного безделья, которое, впрочем, бездельем назвать сложно, я отправился на работу. Первой встретила меня Кристина — бросилась взволнованная. Не знаю, чем я очаровал бедную девушка, но она не скрывала своих чувств. Кристина была рада меня видеть. Честное слово.

— Дима! Что случилось? Говорят, вы заболели? Дима, вы знаете, накануне мне приснился сон. Вы приснились. И такой бледный. Лежите на каком-то диване, и я за вами ухаживаю. А потом мне сообщают, что Скворцов и в самом деле заболел. Я, конечно, расстроилась. Решила сначала навестить, а вдруг у вас жена? Что она подумает? Мне плевать, а вам, думаю, нет. У вас все в порядке?

По правде говоря, я был тронут и собирался хоть как-то отблагодарить Кристину — взять за руку или заглянуть в глаза. Не успел! Рядом возникла Элла Сергеевна — вынырнула, словно черт из бутылки.

— Дмитрий Анатольевич, зайдите ко мне, есть разговор.

Слишком бурное начало трудового дня. Подсознательно я чувствовал, что события только начинают разворачиваться, и был прав. Едва я уселся напротив Эллы Сергеевны, как деверь кабинета распахнулась, и вошли двое. Кто они и откуда — не имело смысла представлять. Когда-то именно таким же образом я появлялся на сцене: решительно входил и показывал корочки. Эти двое действовали иначе — удостоверение не показали, посчитав пустой тратой времени.

— Вот и наш герой, — сказал старший и без приглашения уселся, закинув ногу на ногу.

Я улыбнулся — ботинки у него были казенные.

— Вы позволите нам переговорить? — обернулся он к Элле Сергеевне и только тут, спохватившись, достал удостоверение.

— Что-нибудь серьезное?

— Вот об этом мы и хотим поговорить, — туманно объяснил мужчина.

Явно встревоженная, Элла Сергеевна покинула кабинет, бросив в мою сторону сочувствующий взгляд — я поправил галстук.

— Скворцов Дмитрий Анатольевич? Вы знакомы с господином Чевадзе?

Хуже начала сложно себе представить. Даже в заштатных детективах подобную сцену описывают веселей. А тут штамп, от которого тошнит. Парни незнакомые, прежде встречать не приходилось. Они хоть поинтересовались, с кем им предстоит беседовать? Думаю — вряд ли. Там у них правая рука не знает, что творит левая. Хотя прокинуть по учетам — что может быть проще?

— Да, я знаком с господином Чевадзе.

— С какой целью он вам звонил… — оперативник назвал дату нашего разговора.

— Звонил, чтобы поговорить. Машину он мне подыскивал. Афтондил — серый дилер. Работает под заказ.

— Подробней, пожалуйста, какая машина, сколько стоит, как вы с ним договорились? Надеюсь, вы в курсе, что произошло с Афтондилом?

— Да, я в курсе.

— Он остался вам должен? Сколько вы ему заплатили?

— Ничего я ему не платил. Разговор был — подыскать недорогой вариант.

— Подождите, подождите. Насколько мы знаем, Чевадце недорогими машинами не занимался вообще.

Я вновь поправил галстук.

— Чевадзе оказывал мне услугу, скажем… как старому приятелю. Дело в том, что я неплохо его знаю.