Ноты соблазна
Шрифт:
Ведь я знала, как он может быть с теми, кто ему нравится. Я сама была на её месте. И теперь эта мысль разрывала меня изнутри.
Глава 29. Гнев
Арман
Прошла неделя с тех пор, как мы с Селин не оставались наедине. Она избегала меня, и я не мог понять, что именно стало причиной её отстранённости. Может быть, она осознала, что между нами не должно было ничего быть, или просто устала от сложностей, связанных с этим.
В любом случае, я был рад, что она сделала шаг назад. Возможно, это к лучшему. Всё, что произошло, было ошибкой — ошибкой,
Каждый раз, проходя мимо её кабинета, я ловил себя на том, что замедляю шаг, надеясь мельком увидеть её. Но она всегда была сосредоточена на работе, погружена в монитор или бумаги, и даже не поднимала на меня глаз.
Мне пришлось заглушить это желание, подавить в себе искушение подойти, заговорить, найти причину задержаться рядом. Я решил, что лучший способ справиться с этим — погрузиться в работу. Расписание было забито до отказа: встречи, переговоры, обсуждения новых проектов.
Но даже в этом хаосе она всё равно всплывала в моей голове. Я представлял, как её пальцы скользят по клавиатуре, как она убирает за ухо выбившуюся прядь. Я вспоминал её голос, запах её духов…
— Арман, вы меня слушаете? — прервал мои мысли Вероника, сидевшая напротив.
— Да, конечно, — ответил я, возвращаясь в реальность.
Мне нужно держаться. Работать, отвлекаться, не думать о ней. Но это легче сказать, чем сделать.
— Мне оставить эти бумаги здесь? — спросила Вероника, её взгляд был сосредоточен на моём лице.
— Да, оставь, — ответил я сухо, даже не взглянув на неё.
Но она, похоже, не собиралась уходить.
— Сэр, что-то вас беспокоит? — спросила она, с лёгкой ноткой волнения в голосе.
— Нет, — я отмахнулся, стараясь выглядеть равнодушным. — Просто задумался.
Она нахмурилась, явно не удовлетворившись моим ответом.
— Вы думаете о Селин?
Эти слова заставили меня поднять на неё глаза. Резкий взгляд, полный предупреждения, встретился с её настойчивым. Вероника знала больше, чем должна.
— Нет, — бросил я холодно и тут же отвёл взгляд, притворившись, что проверяю телефон.
— Арман… — начала она, колеблясь, но продолжила: — Я хотела сказать, что Селин в последнее время выглядит ужасно. Она почти каждый день плачет.
Сердце екнуло. Это было не похоже на неё. Совсем не похоже.
— Почему ты так думаешь? — спросил я осторожно, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Я заметила кое-что. Это было позавчера, когда она стерла макияж, я увидела… синяк, — её голос стал почти шёпотом.
Эти слова прозвучали как удар по голове.
— Синяк? — переспросил я, чувствуя, как внутри всё сжалось в комок.
— Да, — она кивнула, опустив глаза. — Огромный синяк на щеке. Она его тщательно скрывает, накладывает много макияжа. Если бы я не заметила случайно, никогда бы не узнала.
Я сжал кулаки, пытаясь переварить услышанное. Селин и синяк? Это не укладывалось в голове.
— Ты уверена? — спросил я резко, не скрывая напряжения в голосе.
— Уверена, — тихо ответила она.
Я закрыл глаза и глубоко вдохнул, подавляя ярость, которая мгновенно охватила меня.
— Я спрашивала её
об этом, но она отмахнулась. Сказала, что ударилась случайно. Но я не верю ей, Арман. Она выглядит напуганной и подавленной.Её слова засели у меня в голове. Я вспомнил, как Селин избегала встречаться со мной взглядом, как выглядела измождённой в последние дни. Теперь всё начало складываться в картину, которая пугала меня всё больше с каждой секундой.
— Кто-то мог причинить ей вред? — спросил я, глядя прямо на Веронику.
Она покачала головой.
— Я не знаю. Но… Ее муж. Я слышала, как он однажды кричал на неё по телефону. Это было жутко, Арман.
Гюстав. Его имя прозвучало, как сигнал тревоги. Я всегда подозревал, что их отношения не самые гладкие, но не думал, что всё может зайти так далеко. Возможно, он окончательно потерял рассудок, раз позволил себе поднять руку на женщину. Но я никому не позволю бить её, кем бы он ей ни приходился. Злость накатывала волнами, пульсировала в висках, сжигала изнутри. Я сжал руки в кулаки, стараясь удержать себя в рамках.
— Спасибо, Вероника, — тихо произнёс я, поднимаясь с места.
— Вы поговорите с ней?
Я посмотрел ей прямо в глаза, пытаясь успокоить её своим ответом.
— Да, я поговорю с ней, — твёрдо кивнул я.
Я не стал откладывать. Я быстро направился в сторону кабинета Селин. Дверь была приоткрыта. Она сидела за столом, погружённая в работу. Но её плечи были напряжены, а взгляд — усталым и пустым.
— Селин, — произнёс я, заходя внут
Она вздрогнула, подняла голову и быстро опустила взгляд обратно к своим бумагам.
— Да, Арман?
— Нам нужно поговорить, — я закрыл за собой дверь.
— О чём? — её голос дрогнул, а руки, казалось, нервно затряслись.
— О тебе.
Она замерла, а затем тихо произнесла:
— У меня всё в порядке.
— Не ври мне, — я подошёл ближе, пытаясь поймать её взгляд. — Я знаю, что происходит что-то серьёзное.
Она отвернулась, явно пытаясь скрыть свои эмоции.
— Это не твоё дело, Арман, — сказала она слабо.
— Это моё дело, если тебя кто-то обижает, — мой голос стал твёрже. — Это Гюстав?
Она подняла глаза, полные слёз, и долго смотрела на меня, прежде чем тихо выдохнуть:
— Пожалуйста, не вмешивайся.
Моё терпение было на пределе. Её слова, полные отчаяния, только сильнее разжигали во мне злость.
— Селин, хватит! — я повысил голос, но не настолько, чтобы нас могли услышать за дверью. — Ты не понимаешь? Ты не можешь просто отмахнуться от меня и надеяться, что я оставлю это так!
Она вздрогнула от моего тона и опустила голову, словно хотела исчезнуть.
— Посмотри на меня! — потребовал я, шагнув ближе.
Её глаза наполнились слезами, но она подчинилась, взглянув на меня. В этих глазах было столько боли, что я почувствовал, как мой гнев смешивается с невыносимым чувством беспомощности.
— Это Гюстав, да? — спросил я вновь, медленно, но сдерживая ярость. — Он поднял на тебя руку? Он сделал тебе больно?
Она молчала, но её дрожащие губы и взгляд, полный страха, выдали всё.
— Чёрт возьми, Селин! Почему ты молчишь?! — я провёл рукой по волосам, чувствуя, как моя злость вырывается наружу. — Ты думаешь, я просто позволю этому продолжаться?