Невообразимое
Шрифт:
Он отдал наушники Харрису и глубоко вдохнул.
– Хотите связаться еще с кем–то, мистер Флинн?
– Нет, – сказал он, качая головой.
Ноа отвел нас на палубу, где нас ждал ужин.
Грант посмотрел на еду, отодвинул тарелку.
– Это неправильно. Быть здесь. Вся неделя. Корабль. Все.
– Знаю, – мои ладони были прижаты к коленям.
– Я не могу перестать думать, а если? – он отклонился. – Не нужно было брать вас
туда.
– Хватит. Не надо так с собой.
– В этот раз это была моя вина. Это была
управлять ею. Но не справился.
Когда Джей была больна, его руки были связаны, но он не мог ничего сделать. Ни во
время, ни после. Она была больна, и власть была у болезни. Ни деньги, ни выбор, ни
лекарства не помогли. Он это знал, он смог с этим жить. Пришлось. Но я видела в его
глазах, он ощущал ответственность за то, что случилось со мной и Квинном.
– Никто не должен быть в тот день на борту. Это моя вина, – он стиснул зубы и
потер шею.
– Не делай это с собой. Прошу, Грант. Это моя вина. Я сама на это подписалась, и я
умоляла тебя о шансе.
Он прижал пальцы ко лбу, закрыл глаза. Ноа подошел к столу.
– Прошу прощения, – сказал он. – Я хочу кое–что обсудить с вами, если можно.
– Конечно, – Грант кивнул ему.
– Врач вас отпускает, и мы хотим вернуть вас и Джессику в Штаты, как можно
скорее. В идеале, сразу с утра.
– А Квинн? – спросил Грант.
Ноа потер подбородок.
– Мы не храним гробы на борту, так что нужно ждать, пока его доставят. Мы подали
запрос, его выполнят за пару дней.
Грант посмотрел на меня.
– Я без него не уйду.
Я кивнула.
– Но если хочешь к сестре, я…
– Я тебя не брошу, – сказала я.
Мы с Грантом посмотрели на Ноа, он сказал:
– Я понимаю, и если вы хотите подождать, то потом улетите вместе.
– Спасибо, – тихо сказал Грант.
– Я могу чем–то еще помочь? – спросил Ноа.
Я посмотрела на раздавленного Гранта. Не было ничего хуже капитана без ветра в
парусах. Я коснулась его руки, посмотрела на Ноа и покачала головой.
Глава 27
– Уверен, что не хочешь позвонить своей семье?
Грант покачал головой.
– Могу узнать, почему?
Он вздохнул и потер шею.
– Не хочу их тревожить, – он посмотрел на меня. – Я пишу семье раз в месяц,
созваниваюсь с друзьями. Никто меня не ищет, и меня это устраивает. Им не нужен еще
стресс.
Я кивнула. Он собирался вернуться на корабль и уплыть? Я не понимала, как он мог
скрыть такое от семьи и друзей. Как могло такое событие, меняющее и заканчивающее
жизнь, быть скрытым от людей, что заботятся о нем? Но я молчала, хоть меня это и не
устраивало.
Мы провели два долгих дня на «Энтерпрайзе». Гранту советовали не двигать ногой,
так что я сидела с ним в
комнате днями и вечерами. Я оба дня звонила Кэролайн, кактолько узнала о нашем плане, и она предложила встретить нас в Майами, куда нас с
Квинном отправлял флот. Как только прибыл гроб, мы были готовы вернуться к семьям.
Утром отбытия я поднялась на палубу только с вещами, что мне дали. Голубая
рубашка, шорты цвета хаки и синяя кепка, а еще кроссовки, одолженные у одной из
женщин здесь. Грант следовал за мной. Он уже шагал, поддерживая себя костылем. На
палубе было очень громко. Ветер и шум океана мешали расслышать всех. Я вышла
наружу, меня захлестнули эмоции. Все были на борту – сотни мужчин и женщин – они
стояли по сторонам от возвышения, ведущего к ждущему самолету.
Ноа повернулся ко мне и Гранту.
– Военные почести для Квинна. Все пришли выразить уважение.
Слезы катились по моему лицу, мы прошли к возвышению, где ждал Квинн. Шесть
офицеров держали его гроб, седьмой стоял впереди. Все были в парадной форме.
– Мы готовы начать, – сказал Ноа.
Через миг мы услышали голос в колонке:
– Внимание!
Каждый на палубе встал прямо, руки по швам, кулаки сжаты. Сердце болело, мы
шли за стражей. Грант оставил костыль и хромал. На половине пути он сжал мою руку.
Как только мы добрались до самолета, мы услышали:
– Вольно! – и они стояли, расставив ноги и спрятав руки за спины. Мы смотрели, как
тело Квинна погружают в самолет. Я вытерла глаза, отпустила руку Гранта и обняла его.
Он опустил голову на мое плечо, и я ощущала дрожь его тела. Он поцеловал меня в лоб и
повернулся пожать Ноа руку.
– Я меня нет слов, друг мой, – сказал ему Грант.
– И не нужно. Жаль, мы не можем сделать для Квинна достаточно. Всем нам жаль.
Грант смотрел на впечатляющую толпу.
– Спасибо.
Ноа повернулся ко мне.
– Мэм, безопасного полета домой.
Я улыбнулась и удивила его, склонившись и обняв его плечи.
– Спасибо, Ноа. За все.
Он осторожно похлопал меня по спине.
– Пожалуйста.
Грант постучал меня по плечу, понял по моему лицу, что я готова, и мы забрались на
самолет, что доставит нас в Штаты.
Глава 28
Мы прилетели на военную базу в Турции, где пересели на другой самолет и
добрались за три часа до Германии. Мы с Грантом были неразлучны в пути, но не
говорили. Мы держались за руки, я прижимала голову к его груди почти весь путь. Он
поспал час, а я не могла уснуть. Я думала о Квинне и корабле, сердце болело за разбитые
мечты Гранта, за разбитое будущее Квинна. Все разрушилось так быстро, что было
сложно осознать. Я была влюблена и посреди Индийского океана, а теперь летела на
военном самолете в Штаты Грудь болела по многим причинам, и если бы я не была рядом