Негатор
Шрифт:
– Сафар!
– Слушаю, командир.
– Срочно езжай в город. Знаешь, где живет купец Морад-ар?
– Его дом весь город знает.
– Предъявишь на входе приказчику записку вот с этими рунами. Когда тебя допустят к Морад-ару, скажи, что нужен кристалл цвета июльской травы. Они бывают шестигранными… у них ось симметрии шестого порядка, я тебе говорил на лекции. Сразу же скажи, что это для Моаны-ра. Если есть хотя бы один – купишь. На крайний случай годятся и синевато-зеленые, симметрия та же. Если несколько – постарайся выбрать такие два, чтобы полировались полегче. Ты знаешь, какие именно. Если и таких нет – покупай кристаллы с кубической решеткой.
Лицо Сафара прямо светилось от гордости:
– Все сделаю, как надо, командир.
А мне предстояло добыть зеленые гранаты.
Глава 42
Сцена, которую я видеть никак не мог
– Не знаю, как ты, а я вымок полностью, и плащ не помог.
– Так и я тоже. Давай по домам, переоденемся в сухое, а через два часа встречаемся здесь же.
– Идет.
Через два часа.
– Ну, что делать будем?
– Что? Идем на доклад к шефу, вот что. Нам надо доложить о поединке. – Забыл?
– А по мне, так надо идти к толстяку Фарагу.
– Спятил? Хочешь, чтоб на докладе от тебя разило вином?
– С полкувшина разить не будет. А мне сейчас очень кстати были бы эти самые полкувшина, а то и полный.
– Вообще-то ты прав, после такого холодного купания доброе вино не повредит.
– Вот и пошли.
Через пятнадцать минут:
– Ну, говори, что думаешь обо всем этом деле?
– Чего тут думать: нам повезло. Мы вообще ничего не делали, только стояли и смотрели, как горец давит этого Манура. А вмешались бы – так и нам несдобровать.
– Все правда, да только это четверть правды. Вот скажи, в какую силу бился Манур?
– В полную силу, разумеется.
– Дуралей, я спрашиваю – в силу какого ранга?
Пауза.
– Я так думаю, что в силу хорошего доктора магии.
– А вот я думаю, что на уровне кандидата в академики. Вот ты, Дагор, был секундантом на пяти поединках, так? Сколько раз ты видел такие залпы «Ледяными стрелами» – так, чтобы по четыре штуки сразу? А? Молчишь? Так я за тебя отвечу – ни разу. А как насчет шести «Воздушных кулаков» подряд?
– А где ты видел второй такой жезл, как у Манура?
– В том и дело. Никогда ничего похожего не видел, и даже представить не мог, что такие бывают. А все же Манур погиб, а горец живехонек. Вывод: горец еще сильнее. С этим согласишься?
– Трудно не согласиться, хотя магия у него более чем необычная.
– Да хоть какая – горец сильнее. Это факт. Идем дальше. Ты видел, что сталось с его секундантами?
– Краем глаза, в тот момент я глядел на горца.
– А я видел. Хотя горец и сказал, что Моана-ра в тяжелом состоянии, я не поверил. У нее был уже поставлен щит, да еще щит от Сарат-ира, да еще тот прыгнул прямо на «Ледяную стрелу». Короче, если даже ее и задело, то не смертельно. А вот ему конец, без вариантов. Грудная клетка в брызги, наверняка перебит позвоночник, почти точно задето сердце, а от легких хорошо, если пятая часть осталась. Что стопа оторвана – это и не считаю. Даже Моана-ра тут ничего не сделает. Но не это главное. Куда важнее было выражение лица горца. Именно тогда я понял, что Манур-ог этого поединка не переживет. Но и это не главное, а то, что эти двое, хотя и секунданты, были почему-то очень дороги горцу.
– Ну и что – он же отомстил?
– Ты, вижу, так и не понял. Он нас раскусил, тебе ясно? Он догадался, что мы не сами по себе, а кого-то представляем, – того, кто за спиной Манура.
И горец хочет добраться до этого кого-то. Тебе сказать кого, или сам догадаешься? И добраться можно через нас с тобой. Впрочем, разве что допросить труп Манура…– Ты что, думаешь, что горец силен в некромантии? Моана-ра точно нет, она только в магии жизни хороша, как я слышал.
– Есть основания полагать, что горец тоже в этом не мастер. Я в этом почти уверен, потому что он на прощание велел передать, что хочет с нами «поговорить». Какая, по-твоему, будет тема этого «разговора»?
– Рассуждения твои понятны. И знаешь, какой я вывод делаю? Надо не просто идти – бежать к шефу и все ему рассказать.
– Беги. Рассказывай. Шеф выслушает тебя очень внимательно. Он выпытает у тебя малейшие подробности поединка. Он поймет, что горец – противник из тех, которыми пренебрегать нельзя. Он еще поймет, что ты и я – единственные, не считая его самого, кто знает о его связи с Манур-огом. И если тебя прикончить, то нежелательных свидетелей станет вдвое меньше. Сам догадаешься, какое решение он примет?
– Ты вообще осознаешь, что говоришь?
– Очень даже. И уверен, что так и будет. Вот потому-то я и сделаю то, что собираюсь сделать.
– А именно?
– Сегодня же соберусь и уеду подальше. В другой город.
– Да у тебя диссертация наполовину готова!
– На две трети, если быть точным. И что? Если меня прикончат, то защищать ее будет некому. Предпочитаю диссертации собственную голову.
– Имей в виду, шеф злопамятен. Если сейчас уедешь – он тебе никогда этого не простит. О магистерском ранге можешь забыть. Так и будешь жить на доходы лиценциата.
– Поправляю: он до самой своей смерти этого не простит.
– Ты точно лишился рассудка.
– Отнюдь. Я просто уверен, что горец шефа разыщет. С этого момента я и медяка не дам за его жизнь.
– Не вздумай…
– Не вздумаю. Но на случай, если шеф вдруг захочет меня разыскивать, я оставлю письмо горцу. А в нем распишу во всех подробностях, кто был партнером Манур-ога. Если я вдруг умру от естественных причин или исчезну без следа, это письмо пойдет к адресату. Об этом, сделай милость, сообщи шефу.
Пауза.
– Куда же ты побежишь?
– А вот этого не скажу. Пусть у шефа будет одной зацепкой меньше.
Пауза.
– Официант, счет! По старой памяти я плачу.
– Благодарю. Прощай, будущий нищий.
– Прощай, будущий покойник.
Ох как не хотелось снова лезть под дождь!
Добро бы только дождь, так еще и невезуха. Совершенно промокший, я ковырялся в интрузивной породе, где раньше добыл гроссуляры. Нельзя сказать, чтобы совсем ничего не было. Пара желтых гранатов (по-видимому, это была желтая разновидность гроссуляра), совсем неплохих, один примерно в шесть миллиметров, другой – все восемь, но мне-то нужны зеленые!
Чувство времени я начисто утерял. Руки уже плохо слушались, ноги скользили по камням, но я упорно долбил и разламывал серый с белым камень. Наконец попался зеленый кристаллик. Из последних сил я достал его из породы. Миллиметров шесть, трещин нет. С формой придется поработать. Идти, что ли? Нет, риск велик, нужен еще один – а ну как Сафар вернется с нулем? И вот тут откровенно повезло. Через пару ударов молотком появился еще один. Цвет не чисто зеленый, скорее салатный. Форма так себе, придется пускать в ход отрезной круг. Ничего, поработаю. Хотя нет, необходимо привлечь Сафара, когда он вернется, и плотно. Один я быстро ничего не сделаю.