Негатор
Шрифт:
– Маги, конечно. Не ниже лиценциата, если своя лавка. На рынке – купил место на день и торгуй, даже если бакалавр.
– А если не маг, то нельзя?
– Запрещено. Ну разве что… – заминка.
– Понимаю. В наших краях называть «черный рынок». Как отличить лавка, где нет магических предметов?
– Никак нельзя. Даже если хозяин не маг, ему не запрещено носить амулеты. И еще: в лавке могут быть магические предметы не на продажу.
– А есть амулеты, которые видеть другие амулеты или магические предметы?
– Есть. Если только владелец амулета специально не сделает его скрытым. Но это дорого.
Вот
Обойдусь пока что без лавок.
Глава 9
Сцена, которую я видеть никак не мог
– Доброго вам дня, особо почтенный Шхарат-ан.
– Догадываюсь, что новости неприятные.
– Увы, вы правы. Крестьянин из вашей деревни принес два кристалла на продажу, – нетерпеливый жест.
– Что именно из этой новости ты считаешь неприятным?
– То, что амулет-ретранслятор об этом промолчал. На допросе крестьянин уверял, что добыл кристаллы в обычном месте. Проверка показала, что он не лжет. Следовательно, амулет или амулеты были заглушены.
В голосе появляется железо.
– Немедленно отправляйся на место. Проверь состояние амулетов. Потом сразу же ко мне.
Через три часа.
– Осмелюсь доложить, амулеты – оба! – приведены в полную негодность магическим способом. Оба целы, но вся структура стерта.
– Соображения?
– Никаких, только ощущение, что эти двое, о которых я вам докладывал, связаны с этим прискорбным событием.
Железо в голосе превращается в сталь.
– Факты?
– …
Сталь в голосе приобретает закалку.
– Тогда я сам тебе назову факты. Амулеты были расположены почти что рядом. Уничтожить амулет-ретранслятор можно одним ударом молотка. И стереть его структуру можно. Мы бы не заметили. А вот сигнальный амулет перед своим уничтожением должен подать сигнал «чужой». Сигнала не было. Уничтожить амулет на таком расстоянии, чтобы он не почувствовал чужого, – задача даже не для магистра. Это уровень доктора. По твоим же собственным словам, первый из чужаков совершенно не маг, второй – бакалавр. Выводы сам сделаешь?
– Осмелюсь напомнить, я не говорил, что эти двое испортили амулеты. Возможно, они лишь посредники, а действовал третий.
– Тогда действия третьего странны, если не сказать большего. Доктор магии отключает чужие амулеты – и оставляет их на месте?
– Со всем моим почтением делаю вывод: то, что было в результате добыто, стоит много больше, чем оба этих амулета. Еще почтительнейше добавляю, что амулеты были стерты, что снижает их стоимость как минимум вдвое.
В голосе прорезаются интонации научного руководителя, вслух обсуждающего проблему с аспирантом.
– Все равно странно. Если тот, кто стирал амулеты, столь силен, почему он просто не заглушил сигналы? Ведь тогда он мог спокойно взять почти полностью заряженные амулеты.
В голосе заметно убавляется почтительности.
– Глушить сигналы не обязательно. Достаточно исказить их так, чтобы приемный амулет не обратил на них внимания.
– Да, это проще. И все
равно требует очень приличного уровня. И тем более остается вопрос: почему они их не взяли?– Если их вправду не взяли потому лишь, что нашли нечто гораздо более ценное, то похитителей мы больше не увидим.
– Почему?
– Потому что я знаю эту россыпь. Допускаю, что там может оказаться высокоценный кристалл. Но не сундуки же! Они забрали то, что им нужно, – и ушли. Или же…
– Или же?
– Я представляю еще такую возможность. Они договорились с этим самым доктором. Тот стирает для них амулеты. Если после этого они находят что-то особо ценное – доктор его забирает себе. Если нет – доктор все равно в выигрыше, потому что на его долю остаются два амулета.
– А они не остались. Следовательно, доля добычи и тех двух, если это были они, и доктора – уж он-то наверняка существует, настолько велика, что грабители могли себе позволить пренебречь амулетами. И все же остается вопрос: почему тот самый доктор не заглушил и не исказил сигнал?
– Для ответа на этот вопрос надо узнать: КТО их не взял? Возможно, мы этого так и не узнаем. Но на всякий случай я бы расставил ловушку.
– Как ты ее представляешь?
– Надо оставить точно такую же пару амулетов. Но вот приемник должен получать два сорта сигналов. Один стандартный, типа «чужой». Второй должен подаваться через регулярные промежутки времени и означать «амулет цел». Его отсутствие и есть сигнал тревоги. Скажем, каждые десять минут. Или пять.
– Легко сказать, – ворчливо, – А ты представляешь, какой емкости должен быть амулет, чтобы передавать сигнал… ну, скажем, в течение месяца?
В голосе явно проявляется студенческий энтузиазм.
– Так это легко подсчитать…
– Не надо, – с чуть меньшей дозой ворчливости. – До тебя, думаешь, такие задачи не решали? «Я первый додумался!» – ага, уж восемьсот лет как другие эту задачку раскололи до самого донышка. Ладно, можешь не ломать голову – я, так и быть, пошевелю двумя пальцами. Сделаем так, как ты сказал. Все же у тебя бывают проблески. И не вздумай зазнаваться – редко они бывают, куда реже, чем заслуживают мои усилия. Иди и действуй.
Следующие два дня шел дождь, поэтому их я посвятил письму, чтению, устной речи, а также иным наукам. Под вечер второго дня я решил: хватит. Отныне буду говорить только с правильной грамматикой. Уж коль скоро я занимаюсь самообразованием, то об этом и поговорим.
– Сарат, а где учат детей?
Собеседник морщится.
– Дома. Найми учителя и учи.
Ага, выходит, общеобразовательных школ нет.
– Вот допустим: ребенок выучился грамоте, письму, счету. А если родители хотят его и дальше учить? Где это можно сделать?
Сарат откровенно кривит лицо. Да что же за дичь я несу?
– Можно отдать в магический университет, если есть способности. И вступительный экзамен надо сдать.
– Я хотел сказать: а если магических способностей нет, но учиться хочется?
Собеседник откровенно отворачивается. В самом лучше случае я выгляжу бесчувственным болваном.
– Нет университетов вне магии.
Интересненько. Выходит, маги тормозят развитие светских наук (назовем их так)? Как бы мне изъясниться, не задевая чувств партнера?