Не жена
Шрифт:
– Это Карина. Моя подруга – представила меня, а после, перечислила собравшихся.
– Мишка, мой братик – расплылась в довольной улыбке, представляя парня. Он встал, и протянул руку для приветствия. Моя ладошка утонула в его руке: парень был высоким и мускулистым. Красивый, с веселыми искрами в глазах. Когда он поцеловал мою руку, я неожиданно смутилась.
Меня посадили рядом с ним. Чуть позже я поняла, что все сидят парами.
Миша оказался интересным собеседником. С ним было легко общаться, хоть он и был старше меня на пять лет. А когда предложил потанцевать, я не раздумывая согласилась.
Медленно
Сердце стучало очень быстро. Я даже забыла, что сейчас не одна. Танец закончился, и мы вернулись за столик. Только расслабиться не получалось: я искала глазами Артура, но он словно растворился.
– Скоро вернусь – сказала Мише и позвала Аллу с собой в туалет. Та сказала, что догонит, и я пошла одна. Очень хотелось ополоснуть лицо и руки холодной водой, потому что от волнения они пылали.
Но едва я свернула за угол, как была тут же перехвачена:
– Это что за блядский наряд? – прошипел Артур, впечатывая меня в стену.
– Пусти меня! Пусти – уперлась руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть. Совсем рехнулся что ли? Позволяет себе так высказываться и вести, словно мы пара. Но ведь это совсем не так! Он же сам раз за разом доказывает это. Дернулась, шипя и отталкивая. Тот громко выругался и сильней притиснул меня к стене.
– Ты почему в таком виде? Хочешь чтоб тебя трахнули как последнюю шлюху?! – прорычал, зло сверкая глазами – Твой отец видел, в каком виде ты уперлась из дома? – он шумно дышал, пугая меня своими перепадами настроения.
– Что ты ко мне привязался? – разозлилась я – Тебе какая разница, в чем хожу и как выгляжу – вздернула подбородок, и уставилась на него в ответ.
– Карина, не беси меня! – чуть сжал мои плечи – Сейчас же поедешь домой. Маленьким девочкам не место в клубе.
Что он опять заладил про возраст? Сам меня старше всего на два года, а ведет себя так, словно между нами разница в пропасть.
– Мне восемнадцать, если ты забыл. Так что имею право быть, где хочу – с вызовом ответила и увидела, как сжалась его челюсть. А потом он заорал:
– Может ты и трахаться собралась?! Для этого вырядилась как шлюха? Если так сильно чешется, я бы мог помочь, по –соседски – нагло ухмыльнулся он.
За что он так со мной? Что я ему такого сделала, что вызываю своим видом такую агрессию?
От обиды защипало в носу и хлынули слезы. Он растерянно отступил, а потом резко прижал меня к себе:
– Прости – глухо шепнул мне в макушку – Не плачь.
Я всхлипнула, уткнувшись носом в его грудь. Как бы ни старалась делать вид, что безразличны его упреки и придирки, не смогла. Не сдержалась. Все накопленные обиды вышли слезами.
Объятия стали такие крепкие, словно он хотел меня раздавить. Я пискнула, шмыгнув носом.
– Давай я отвезу тебя домой?
Согласилась, потому что зареванной возвращаться не хотелось. Все будут смотреть на меня и спрашивать, что случилось. Лучше я позже позвоню Алле и объясню.
– Иди, умойся. Я заберу твою сумку, и поедем – он погладил меня по голове и вернулся в зал.
С этого дня отношения между нами изменились.
В
тот вечер он отвез меня до дома и нежно поцеловал на прощание. Это было так неожиданно, что я растерялась. Домой шла на «ватных» ногах.Войдя в свою комнату, я еще долго не могла успокоиться. Меня накрывало то злостью, от воспоминаний, как он себя вел в клубе, то чувство эйфории, когда вспоминала поцелуй.
Так погрузилась в себя, что даже не расслышала, как вошла мама.
– Какая ты у меня взъерошенная – она села на кровать, с улыбкой смотря на меня – Артур снова потрепал тебе нервы?
– Что? Откуда ты…
– Милая, я не первый день живу на свете. Давно ведь наблюдаю за вами. И да, видела, как он целовал тебя.
Я смущенно опустилась на пол, положив голову маме на колени.
– Малышка наша выросла. Влюбилась. Очень надеюсь, что у вас все сложится – ласково прошептала она, поглаживая меня по голове.
– Я не знаю… Он такой непонятный: то грубит, то смотрит на меня как на пустое место, а иногда – целует так, что я забываю все свои обиды – поделилась сомнениями.
– Мальчик запутался. Не торопись, все придет со временем. Ты ему очень нравишься, просто что-то мешает ему сказать это вслух – в своей теории мама была уверенна. Посмотрим, как все выйдет на практике. Я больше склоняюсь к тому, что он снова будет вести себя холодно и безразлично, словно ничего и не было.
На следующее утро доставили букет белых роз. Отец довольно хмыкнул, словно знал, от кого. Я немного нервничала, извлекая карточку. Ушла к себе, чтоб не читать при нем. Внутри была записка: « Прости за вчерашнее. Артур».
Я глупо улыбалась, прижимая цветы к лицу и вдыхая нежный аромат. И в тайне радовалась тому, что неприятная встреча завершилась таким приятным событием. Цветы от любимого парня всколыхнули все в моей душе. Я ощущала приятную невесомость и восторг.
Но самое лучшее ждало меня впереди: вечером позвонил Артур и пригласил в кино.
Я даже не стала удивляться, откуда он взял мой номер. Все было не важно. Главное, он хочет провести со мной время.
Металась по спальне, вывалив весь гардероб и не зная, в чем лучше пойти. Наконец, выбрала джинсы и кофту, сделала макияж и спустилась.
Артур ждал меня у ворот. Не знаю, почему он не стал заходить, уверена, что родители были бы не против. Особенно отец, тот явно был бы в восторге. Но забивать себе голову лишними мыслями не стала, я и так ужасно нервничала.
Он галантно открыл дверь авто и помог сесть. Я все ждала какого-то подвоха, но парень вел себя безупречно и был очень милым, чем еще больше привязал меня к себе.
О чем был фильм, даже не запомнила. Зато в мою память врезался момент, когда он нарыл мою руку своей. Это был настолько интимный жест, что в душе все замерло от восторга.
После фильма мы гуляли по заснеженным улицам, а когда замерзли, зашли в кафе, где большинство людей сидели парами. Мое состояние в тот момент можно описать одним словом: счастье. Мечтала, чтоб так было всегда, и чтоб никогда не заканчивался этот день.
Прощаясь у ворот, сама потянулась за поцелуем. В животе вспорхнули бабочки, и сердце стучало часто-часто. Поцелуй вышел коротким и почти невинным, но оставил легкое послевкусие искрящегося пузырьками счастья.