Не смейте обижать моих сестёр
Шрифт:
Неожиданно приятную и довольно дружескую атмосферу нарушает мой декан. Вообще многие профессора тоже спокойно питаются в этой столовой, и Мелтон также относится к здешним любителям подкрепиться. Однако в данный момент он идёт не к подносам, что было бы невероятно логично, а прямиком к нашему столику. Немного нервничаю. Только бы не…
– Император хочет видеть тебя, Аманда.
Протяжно и неожиданно громко стону от разочарования на всю столовую. Даже адепты, которые не были заинтересован в нашей компании застыли и обернулись в мою сторону. Да, умею же я привлекать лишнее внимание. Мелтон выразительно смотрит… на пятно на платье. Краем глаза замечаю, что от
– Ему надо, вот пусть сам и придёт.
Всеобщий шок. Наслаждаюсь произведенным эффектом и показательно медленно съедаю картошечку из тарелки.
– Да как ты смеешь! – от злости Мелтон покрылся краской.
Я непринужденно продолжила обед, полностью игнорируя декана. Тем временем Ранит первый пришел в себя, рассмеялся и, протягивая на ладони два чёрных камня, предложил:
– Сбежим?
Утвердительно кивнув, схватила один камень, сжала до боли в пальцах и повторила произнесенное Раном заклинание, в последний момент выскальзывая из деканского захвата. Так ему и надо.
Оказываемся мы в знакомом мне помещении, но я никак не могу вспомнить, где же и когда его видела раньше. Знакомый диван, цвет стен. Единственное, кажется, шторы поменяли. Видя моё замешательство, некромант пояснил:
– Моя комната в родовом доме.
Точно, действительно она!
– Чем займёмся?
– Подаришь мне поцелуй? – вопросом на вопрос отвечает Ранит.
Я без стеснений подхожу и быстро касаюсь губами его щеки, но хитрый некромант тотчас ловит меня в кольце рук и целует по-настоящему. Я не сопротивляюсь и осторожно отвечаю. Мне нравится так стоять, прижиматься к теплому мужскому телу. Однако наше уединение нарушает стук дверь. Оборачиваюсь, вижу зашедшего слугу, который тут же выскакивает из комнаты с криком: «Простите, не хотел мешать!»
Желание возвращаться в академию отсутствует у нас обоих, и мы спускаемся в лабораторию.
– Помнишь, я обещала помочь?
Ранит смотрит на все скептически, видимо действительно перепробовал слишком многое, но все он предоставляет мне полную свободу действий. Дорабатываю наше с ним последнее зелье, и прошу обеспечить меня тремя килограммами подорожника. Масса времени уходит на поиск компонента, но в конечном итоге Ранит приносит мне даже больше необходимого. Мелко режу, кипячу, тщательно мешаю и добавляю к основному составу. Жду, когда настойка остынет, и заявляю, что все готова. Ранит осторожно переливает в баночки и пузырьки, с одним из которых мы поднимаемся в комнату его матери.
Леди Инита Грот выглядит гораздо хуже, чем при прошлом моём визите: сухие трясущие руки, седые, наполовину выпавшие волосы и опухшие от болезни ноги. В этот раз сил, чтобы сидеть у неё нет. Мать Ранита лежит на постели, укрытая теплым одеялом по грудную клетку. Лишь один взгляд и медленное передвижение глаз говорят о признаках жизни. Сын подходит, нежно целует её в висок и передаёт снадобье дежурившему в соседнем кресле отцу.
– Дозировка?
– Две ложки каждые два часа.
Попрощавшись с Гротом-старшим, мы возвращаемся
в академию. Поднимаюсь к себе, опираясь на локоть Ранита. Открыв дверь, слышу приглушённые голоса, доносящиеся из гостиной.– Вы обязаны знать, где она! – потрясающе, ректор терроризирует моих сестёр. На большее ума не хватило.
– Простите, но мы не имеем ни малейшего представления, – тихий, но совершенно спокойный голос Деметры.
– ЛОУДЖ, НЕ ДОВОДИТЕ ДО ГРЕХА!
Спешно захожу в гостиную и застываю на месте. Высокий широкоплечий мужчина стоит ко мне спиной, но я понимаю всё сразу. Это не ректор. Это император. Он тут же поворачивается ко мне с огнем злости, ярости и раздражения в глазах. Глубокие морщины на лбу до ужаса напряжены. Опаснейшая смесь.
Ранит задвигает меня себе за спину, но император идет, не останавливаясь. Мужчина с короной на голове в легкую отодвигает молодого некроманта, резко хватает меня за локоть, до боли сдавливая руку, и открывает портал. В буйстве уносящего меня вихря успеваю крикнуть одно имя:
– Марта!
Девочки умные, должны понять. Если в скором времени я не вернусь, они будут думать, как мне помочь. И я очень надеюсь, что Лаура об этом не узнает. Не хочется волновать беременную.
А теперь поздравь себя, Аманда. Ты допрыгалась.
Мы резко выходим в одной из комнат, переполненных богатством, блеском и иными ценностями, кричащими о состоятельности владельца, и я врезаюсь в спину императора. Само помещение, как и присутствующий в ней мужчина, мне не нравится. Спешно размышляю о линии своего поведения: кричать и возмущаться или же притвориться послушной девочкой? При каком из этих вариантов меня отпустят с миром?
– Кто дал тебе право сбегать?!
Злой как сотня голодных собак император смотрит на меня в упор, сложив руки на груди. Вся его поза говорит о недовольстве и желании меня как минимум выпороть.
– Вейден…
Неожиданно в комнату заглядывает императрица, держа какие-то бумаги в руках. Но лорд Амартен, сконцентрированный на мне, не обращает внимания на супругу. А жаль. Лучше бы отвлёкся, я не обижусь.
– Я занят! Потом зайдёшь.
Ох, раз он так груб с женой, рыча на её появление в прямом и переносном смыслах, то и меня не пожалеет. Но попробовать стоит. Грустно опускаю голову в пол, словно раскаиваясь во всех грехах, и для пущей убедительности шмыгаю носом, краем глаза отмечая недовольно поджатые губы первой леди. Император уже не так сердит, но все же доля ворчания проскальзывает в его голосе:
– А если бы с тобой что-то случилось?
С чего такая забота? Странно. Продолжаю изображать показную грусть и стыд – всё же свою партию нужно отыграть до конца, раз уже начала. И вдруг понимаю, что резко слабею. Всем своим естеством ощущаю, как замораживается моя магия. Жгучий холод проносится по телу, и я неосознанно следую всем советам Ранита, с неохотой используя недавно обнаруженную некромагию, но в итоге возвращаю контроль над своей же магией. Удивляется император вполне искренне:
– Так ты всё же ходила на занятия? Была в академии?
– Ваше величество, – перебила императора, игнорируя вопрос, – будьте мужчиной и скажите прямо, что вам от меня нужно.
– Пока рано.
– Хорошо, давайте обсудим этот вопрос на закате, – не могла не съязвить.
Одного возмущенного взгляда лорда Амартена хватило мне, чтобы замолкнуть на минуту. Ох, не стоило язвить, я же собиралась... Кстати, об этом! Грустно вздохнув, вытираю ладонью несуществующие слёзы и, слегка запинаясь от якобы расстроенных чувств, выдаю: