Не боги
Шрифт:
– "То есть слово офицера Сеня для тебя ничего не значит?
– перешел на личности Скрипка."
– "Олег...?"
– "Хватит!" - из-за стола во весь свой двухметровый рост поднялся Угрюмов.
Короткая перепалка двух заклятых друзей прекратилась. Угрюмов, с суровым выражением лица оглядел обоих, затем окинул взглядом каждого в совете, произнес:
– "Заканчиваем балаган!"
Наступило молчание. Васильев ждал развязки. На корабле давно закрепилось правило "Угрюмову не перечат". И все отлично знали причину. Угрюмов легенда флота. Династический военный. Его отец, дед и прадед, так же, как и он сейчас служили
Во время смуты, подавил несколько мятежей. Победил в последнем противостоянии. Лично участвовал в штурме Цереры, распотрошив муравейник повстанцев.
Церера, база- поселение на Луне ... Когда группа местной администрации решила объявить колонию с её богатейшими рудными залежами и бесценным роботизированным промкомплексом независимой территорией, взломав автоматическую систему защиты и мобилизовав часть персонала...Население частью оказалось в полной растерянности, частью поддержало щедрейшие обещание новоявленных "Вашингтонов". Госсовет не мог выразить никакого связного мнения.
Именно тогда он неожиданно провернул совершенно дикую на первый взгляд серию арестов в министерствах. Как он это сделал? Генерал -адмирал Роскосмоса? Которого, в те годы уже считали за декоративный пескосыпный раритет. Контакты в армии и безопасности еще со времен смуты? Спросить- так вряд ли ответит. Но силовая система сработала неожиданно едино. А после арестов и замены части гражданских- подключилась и административная.
И лишь после того, изрядно поредевший Госсовет провозгласил в эфире четкую и ясную программную позицию. Как же это звучало дословно .... А- "Научно промышленные достижения России были нагло присвоены кучкой людей, поставленных хранить и работать на общее благо на созданном трудами всех нас и наших предков сокровище ..."
Непонимание карт и навигации, если ты смеешь носить погоны капитана - это тягчайшее преступление, равное массовому убийству. Капитан корабля НЕ ИМЕЕТ ПРАВА не знать, как действовать в соответствующей штатной ситуации.
Поэтому восставшим предложили сдачу и каторжные работы как ворам, а вот административным и военным растерявшимся в такой ситуации прошел расстрел.
А после отказа и перехвата запроса о "международном арбитраже", а на деле военной поддержке атлантистов - пошел штурм и уж тут, по официальной версии, из вожаков никто не выжил. Хотя картины виселиц активно использовались пропагандой атлантистов. Под жутчайший удар попали все -включая случайных гражданских и семьи участников. Для России, отходившей пару десятилетий от жестокостей смуты -это было больше чем перебор. Это был шок. Пусть никто и не посмел возражать.
В награду Адмирал возглавлял весь земной флот почти десять лет. А кроме всех титулов было и другое - убойное обаяние железной воли, готовность доказать себя любым способом и в любой ситуации. Но вот чего не понимал Васильев... Почему Угрюмов в свои почти сто лет не захотел уходить на заслуженный покой? Почему он, легендарный боевой адмирал, овеянный воинской славой и обласканный почестями, предпочел огромному особняку на побережье теплых морей - путешествие вполне возможно в один конец, в неизведанный космос?
Васильев
за год хорошо освоился на Дежневе. Почти сразу поняв, что в это путешествие отправились три категории людей - идеалисты, авантюристы, и люди, убегающие от чего- то. Васильеву было достаточно немного поговорить, чтобы понять к какой категории относится любой человек. Но это чутье не работало с Угрюмовым. Адмирал, не был идеалистом, слишком через многих пришлось ему переступить. Ему явно не были нужны слава и богатства. Этого добра у него было в избытке. Оставался лишь третий вариант, бегство от? "Отчего убегаешь, Дмитрий Петрович", думал Васильев, "от каких призраков хочешь скрыться? Уж не тысячи кричащих голосов с Цереры преследуют тебя по тихим ночам?"Угрюмов между тем, продолжал, молча наблюдать за советом, наконец, остановив свой взгляд на профессоре, руководители научной миссии, стальным голосом спросил:
– "Миллер, Ваше мнение мог офицер Атымбаев действительно видеть неизвестный корабль?"
Андрей Михайлович, вскинул в свойственной ему манере густые белые брови, поправил, очки с толстыми линзами и, кашлянув, произнес:
– "Вопрос сложный Дмитрий Петрович, ответить на него можно лишь сделав несколько важных допущений."
– "Будьте добры, - поторопил его Угрюмов, - сделайте!"
– "Ну, если допустить что Атымбаев не испытал галлюцинаций... Видите ли, Дмитрий Петрович, наука по-прежнему не может ответить на самый простой и одновременно сложный вопрос - как на самом деле устроена вселенная? Каковы её границы? Какие законы и как отвечают за мироздание? Аномалия подарила человечеству еще больше вопросов. Есть разные теории... Вот Вы спрашиваете меня, мог ли Атымбаев видеть космический корабль, в аномалии, хотя всем известно, что любой объект в ней будет выглядеть как белая пена. И не важны размеры или форма объекта..."
– "Ну же Андрей Михайлович, - не выдержал разозленный Перов, - Ваш ответ - нет, не мог? Правильно мы Вас понимаем?"
– "Это только если, размышлять с позиции известных законов аномалии, - продолжал гнуть свою линию размышления Андрей Михайлович.
– В XIX веке астрономы считали, что наше Солнце это тлеющий каменный уголь. В XX веке считалось, что самая малая частица -это атом. А в XXI не могли понять, что такое темная материя, хотя она всегда была на виду..."
– "Андрей Михайлович...
– взмолился, хватаясь за голову Перов, - Вы превращаете свой ответ в какое-то словоблудие! Скажите, наконец, мог или нет, он видеть в аномалии корабль?"
Миллер замолчал. Через толстые линзы его округлых очков было видно, как он прищурил свои глаза. Васильев никогда не понимал людей, которые вопреки здравому смыслу, продолжали сохранять свои недуги в век расцвета медицинских технологий. Десятиминутная операция на глазах и очки можно выкинуть на помойку. Но нет, такие как профессор, не только не использовали медицинские технологии, но и всячески восхваляли свои недуги, подчеркивая их использованием устаревших медицинских инструментов. Наверняка профессор и палочку к старости для себя приберег...
– "Думаю, - медленно, почти по слогам, произнес профессор, - такая вероятность, несмотря на её ничтожность, существует. Теоретически, при определенных обстоятельствах офицер Атымбаев мог видеть сторонний объект в аномалии. Мог!"
– "И не забывайте господа, что мы по непонятным причинам вылетели из аномалии в обычный космос, - вторил словам профессора Скрипка.
– Если принять версию атаки на наш корабль, то не нужно искать других причин этой ситуации."