Навязанный брак
Шрифт:
— Миледи, не о чем убиваться. Когда освоитесь, Вы полюбите это место. К тому же, тут есть несколько приятных соседей, с которыми Вы можете общаться.
Признаться, я сама видела милорда только когда он едва под стол ходил, но тогда он был самым очаровательным ребенком, да и таким добрым. Видать, это матушка так на него повлияла. — от этих слов лицо женщины посуровело. — Но Вам об этом не нужно беспокоиться. Когда настанет время, вы помиритесь. Сейчас Вы здесь с нами, а после ванны и сытного ужина все проблемы станут легче.
Кэтрин в последний раз шмыгнула носом и притихла. Слова женщины заставили её успокоиться и ощутить какое-то умиротворение.
— Поешьте. — миссис Билл достала из корзинки, которую Кэтрин выронила, кусок мясного пирога и протянула ей. — Вам нужно набраться сил, а завтра начнем уборку.
Оглянуться не успеете, этот дом станет самым уютным местом для Вас. — миссис Билл похлопала Кэтрин по руке и, ворча на нерасторопность мужа, пошла проверить, чем он занялся.
Кэтрин молча жевала довольно вкусную пищу и размышляла над словами служанки. Да, работы по дому очень много и ей еще предстояло прочитать присланные документы, чтобы суметь правильно распределить свой бюджет. Но ссылая её сюда, Майкл не знал, что она уже больше года полностью вела хозяйство в своем доме, поскольку мать предпочитала развлечения. Миссис Моррисон едва не разорила их, когда взяла дело в свои руки после смерти мужа и благодаря этому, сейчас Кэтрин знала, что делать.
Когда слуги притащили наверх деревянную кадушку, отдаленно напоминавшую ванну, она с трудом сдержала улыбку. Это все же было лучше, чем ничего. На огне в кухне грелась вода, а в спальной развели огонь из найденных во дворе веток.
Слуги ушли, пообещав вернуться рано утром и пожелав маркизе доброй ночи.
Кэтрин осталась одна, с наслаждением забравшись в горячую воду. Миссис Билл оказалась права. Сытная еда и отдых делали свое дело. Кэтрин разомлела и уже не считала, что все так плохо, и ей уже не требовалось убеждать себя в этом.
Небольшой дом в собственности, чего ей еще было желать? Бриллиантов, внимания джентльменов? Она тихо рассмеялась, рисуя пальцами круги на водной глади. Нет. Все это было чуждо ей с самого начала. Возможно, это неприемлемо для леди, но у нее не было выбора, да и осудить её никто не мог. Поэтому, оставалось играть теми картами, которые ей подкинула судьба, а не мечтать о других.
С наступлением утра у леди Синклер появилось так много дел, что уже некогда было размышлять о превратностях судьбы. Порой она тосковала по дому, вспоминая мать и сестру. Да, они не понимали друг друга, но это не отменяло любви. Но она предпочитала думать, что с ними все в порядке. Несмотря на запрет, миссис Билл иногда приносила Кэтрин газеты, примерно недельной давности, из которых она узнавала светскую хронику, в которой время от времени появлялся её супруг. Читая строки, расписывающие, как он появляется в театре с какой-то певичкой или танцует с леди с сомнительной репутацией, она не ощущала ничего.
Они чужие друг другу люди.
Постепенно дом вычистили до блеска. На окнах появились занавески, а на столах скатерти. Кэтрин обзавелась несколькими удобными платьями, которые позволяли свободно заниматься хозяйством. С наступлением осени у нее уже имелся мелкий скот и виде козы, пары овец и пяти кур. Учитывая необходимый для дома ремонт, она не решилась тратить деньги на продукты, предпочтя обзавестись небольшим хозяйством. Уединение далось Кэтрин легче, чем она могла предположить. Иногда они засиживались с миссис Билл по вечерам на кухне, и та пересказывала местные сплетни или рассказывала
о своей жизни. В такие моменты Кэтрин забывала, что это место является для нее своеобразным наказанием.4
Лондон 1816 год
С выдохом изо рта вырвался небольшой клуб пара. Бледный рассвет только начал загораться, окрашивая персиковым оттенком небо в парке, кода Майкл скинул сюртук и остался в рубашке и жилете. Напротив него юноша проделал то же самое.
Еще совсем сопляк, у которого даже толком не начала расти борода. Однако противнику Майкла, как и ему когда-то, хватило глупости опутать себя узами брака в слишком юном возрасте. Вот только они не собрались бы августовским утром, подальше от любопытных глаз, если бы проклятый мальчишка Милтон не был без ума от своей глупенькой жены.
Майкл с раздражением вспомнил прошлый вечер, когда девица едва ли не вешалась на него, от чего её молоденький супруг двадцати лет воспылал ревностью и вызвал Майкла на дуэль.
Маркиз Синклер смотрел на юнца перед ним и как будто видел себя. Возможно, он тоже был всего лишь молоденьким глупцом пять лет назад. Но сейчас он устал, да и калечить мальчишку не хотелось.
— Милтон! — крикнул Майкл, привлекая внимание соперника. — Еще не поздно бросить эту глупую затею!
— Да как Вы смеете? — вспыхнул юноша. — А если бы я при всех держал Вашу супругу за руки? Как бы вам это понравилось?
Майкл закатил глаза. Он даже не помнил, как выглядит его жена и ему было абсолютно наплевать, схвати кто её за руку. Ведь никто не допустил и мысли, что он держал леди Милтон, потому что пытался оторвать от свей рубашки её цепкие пальчики. Один из тех случаев, когда репутация пошла ему во вред.
— У меня нет желания сделать вашу супругу вдовой. Ведь тогда придется её утешать — выкрикнул Майкл, чтобы разозлить упертого мальчишку и направился к секунданту, куда поспешил и его противник, побагровевший от гнева. Раз малец хочет сатисфакции, он её получит.
Каждый из них сделал по дюжине шагов и обернулся, целясь. Жребий выпал Майклу стрелять первым. Он лениво прошелся взглядом по ногам противника, миновал пресс и грудь, остановившись на руках. Ранить парнишку в руку, чтобы он не мог выстрелить и на этом покончить с делами на это промозглое утро? Вполне приемлемый вариант.
Заморосил мелкий дождь, делая пребывание на улице еще менее приятным. Майкл чертыхнулся и выстрелил. Пуля просвистела в дюйме от уха мальчишки. И вздумай тот дернуться, пробила бы левый глаз. Уж лучше припугнуть, чем действительно портить жизнь юнцу. Майкл опустил дымящееся дуло пистоля и стал молча ждать, когда противник выстрелит. Он видел, как дрожали руки мальчишки, пока он целился. В какой-то момент Майкл заглянул в зияющую темноту дула, но внутри ничего не шелохнулось. Второй выстрел раздался над парком, потревожив птиц.
Резкая, разрывающая боль в плече и внезапно оказавшееся перед глазами небо сначала сбили с толку. Над Майклом склонился секундант, что-то говоря, но тот его не слышал. Тут же показался Милтон с округлившимися от испуга глазами. Это почти детское лицо показалось Майклу забавным и маркиз рассмеялся, провалившись в упоительную темноту.
Вынырнув из лап забытья, Майкл тут же ощутил сильную боль, расходящуюся от плеча по всему телу острыми волнами.
— Какого черта? — взревел Майкл, пытаясь отодвинуться, но пара слуг тут же бросилась удержать его. мужчина узнал свою спальную, хоть и не помнил, как его сюда доставили.