Настя
Шрифт:
Со смехом оправдался:
– Ну, насчет девушек безбожно врут. Даже меня на новую ежедневно не хватит.
– И все – таки я, как брат, искренне радуюсь, вспоминая слова твоей мамы о том, что Алиска никогда не станет твоей женой.
И тут Макс снова потух.
– Что-то с Алисой? – моя интуиция вопила о том, что я, к величайшему своему сожалению, не ошибаюсь.
– Макс, я всё – таки не чужой вам человек. У меня есть немалые связи и деньги. Вдруг я могу чем- то помочь?
– Нет, Толь, не сможешь. Никто не может. Алиска у нас умирает. У неё начались приступы эпилепсии, но это только вершина айсберга. Стало сдавать
Макс замолчал и прикрыл глаза, в которых стояли слёзы. Он с самого рождения Алиски любил и боготворил сестру, шёл навстречу её желаниям и капризам. Для него это полный крах.
Меня тоже проняло. Второй близкий мне человек умирает, и я опять не смогу ничего сделать? Чёрта с два, мне уже далеко не одиннадцать, у меня есть деньги, правда их достаточно и у Самойловых, но у меня есть ещё и связи. Очень много людей обязано мне. Вместо того, чтобы остаться в нищете они, благодаря мне, продолжают жить как прежде, а большинство из них гораздо лучше прежнего. Поэтому в лепешку расшибутся, но сделают всё, чтобы мне помочь, стоит только мне к ним обратиться. Отчасти из-за благодарности, с другой стороны, из-за страха оказаться ещё раз в затруднительном положении и без расчёта на мою помощь.
Вечер мы провели так, как того хотела Алиса. Сначала был крутой, по местным меркам, ресторан, а затем поездка в ночной клуб. На удивление у меня в нём оказалось много знакомых. Пацаны из моей компании выросли и крутились под началом некого Алекса.
– Здорово, Демон, – поприветствовал меня Миха, бывший когда-то моей правой рукой. – Давно не виделись, ты в наших краях надолго?
Узнав, что в городе я не планирую задержаться, в глазах у парня мелькнуло разочарование. Видно, под моим началом ему было гораздо комфортней или же это просто тоска о прошедших годах и юношеских подвигах.
Мой разговор с парнями прервала появившаяся рядом Алиска. Красивая голубоглазая блондинка привлекла внимание многих в зале. Мне пришлось сузить глаза и бросить взгляд бывшим приятелям. Они не разучились понимать меня даже спустя столько лет. Молодчики, особо распустившие на девушку слюни и тянущие к ней руки, моментально исчезли из клуба. Конечно, я не против был разобраться и сам, но в свете последних новостей волновать девушку не следовало.
Алиска, потащила меня танцевать и прижималась ко мне совсем не по-дружески. Мягко отстранив её на более приличное расстояние, разговаривал с ней чуть ли не о погоде, пытаясь изображать из себя старшего брата. К великому сожаленью, девчонка никогда глупой не была.
– Толик, я тебе совсем не нравлюсь? Ты ведь в курсе, что я люблю тебя с самого детства, – сказала эта головная боль.
Никогда не терялся перед девушками, а сейчас действительно не знал, что ответить смотрящей на меня в упор девчонке. Она мне дорога, но воспринимать её как женщину у меня не получалось. Красивая, умная, смелая, но не моя. Переспать и бросить, я не такой козёл. Да и она подобного отношения не заслуживает, ведь за всей её показной раскрепощенностью скрывается неопытность. Даже прижаться к парню так, чтобы завести, толком не может. Скорее всего Алиса ещё и девственница, а это еще один весомый повод держаться от неё как можно дальше. В моём понимании ничего нет ужаснее девственницы с её страхами, фобиями и закономерным желанием затащить под венец. Не зря же она столько лет себя берегла! Так что пусть с девственницами возится тот, кому это интересно, а я лучше пойду по проторенной тропинке. Но только тропинке, широкие трассы меня отнюдь не привлекают.
От неприятного ответа меня спас появившийся как нельзя вовремя Макс. Передав ему заботу о сестре, я чмокнул разгневанную Алису в щеку и покинул клуб, сославшись на важные дела. Решив не обращать внимание на брошенное вслед кипящей от злости Алиской слово «трус». Тем более, что кем-кем, а им я точно
не являлся.Останавливался в родном городе я всегда в одной и той же гостинице. О брони договаривался мой секретарь (да секретарь у меня давно появился, и он мужчина, что намного удобнее). Поэтому самый дорогой номер из имеющихся вариантов, состоящий из двух комнат, ванны с джакузи и балконом-террасой был в моём распоряжении.
Решительно отказавшись от услуги девочка на ночь, попытался связаться с одним моим прежним клиентом. Он в своё время тратил громадные суммы на разработку лекарства для дочери, у которой случай был похож на Алискину. Тоже сердце, кровь и неспособность организма выдержать операцию. Вот отец и бросил все свои, прямо скажу, немалые средства на борьбу с болезнью. Когда финансы пришли в упадок, ко мне за помощью обратился его близкий друг. Ситуация показалась мне интересной, а борьба отца вызвала уважение, и я взялся за этот случай. Потратив прорву времени, я нарыл одного врача-экспериментатора, который продвинулся дальше всех в этом направлении. У врача не было средств, у отца не было такого учёного. Помог им встретиться, и дело пошло. Девушку спасли, лекарство изобрели, дела у обоих более чем наладились. А вот теперь я не мог ни с одним из них связаться, когда они мне срочно понадобились.
От всей души выругался на бесполезные попытки, сделал звонок секретарю, велев ему забронировать билет на завтра в Австралию. Именно там на этот момент находился мой бывший клиент, всего неделю назад ставший дедом. Написав сообщение Максу с просьбой перекинуть все документы по Алисе мне на электронку и приняв душ, улёгся спать.
В эту ночь мне снилась мама, молодая и совершенно здоровая, она, счастливо улыбаясь накрывала на стол в нашем доме. Я стоял, облокотившись о дверной проём, и счастливо смотрел на нее. Отчётливо понимал, что это только сон, но как же давно я её не видел, пусть даже и во сне. Тут мама обернулась и нежно посмотрела на меня:
– Толик, а ты почему пришёл без цветов? Ведь скоро твоя невеста подойдёт, а ты не готов. И переодень сейчас же рубашку, – потребовала мама.
Однако невеста ладно, это ведь сон, а во сне какая только ерунда не привидится. А что у меня с рубашкой не так?
После того, как первые полгода пробыл в Англии с крайне ограниченными финансами, я довольно трепетно отношусь к своей одежде. А на рубашках меня вообще клинит, может именно поэтому не представляю девушку, которой позволил бы её надеть. Из тончайшего полотна и от самых именитых брендов, только такие были в моём гардеробе. Опустив глаза, увидел на белоснежной рубашке большое пятно, похожее на кровь. Странно, откуда оно взялось? В боях мне уже давно не прилетало, да и в рубашке на ринг я, понятное дело, не выхожу. И тут невовремя раздавшаяся мелодия будильника выдернула меня изо сна, оставившего после себя непонятные чувства.
Холодный душ помог привести мысли в порядок, пока собирался, позвонил Макс, сообщил, что сбросил все медицинские документы на мой Е-мэйл.
– Толь, а ты что собираешься делать? Зачем тебе её история? – не удержался от закономерного вопроса Самойлов. А в голосе отчетливо слышалась надежда. Но мне пока хвастаться было нечем, о чём я ему и сказал.
– Обнадеживать пока не буду, но быть может, я знаю тех людей, которые смогут помочь. Лечу к ним на встречу, так будет быстрее. Дня через три, думаю, вернусь и тогда всё подробно тебе расскажу.
Ну что ж, время я научился просчитывать великолепно. Встретился с новоиспеченным, донельзя счастливым дедом, который стал, по его словам, в разы мне благодарнее. Ведь теперь у него есть не только дочь, но и внук, о котором он даже и не мечтал. Дочь абсолютно здорова и родила богатыря. Еле отказавшись от даров светящегося от счастья мужчины (а говорят, что дарить подарки наша исключительная черта) и от настойчивого предложения погостить в его доме, отправился на встречу с врачом.