Настя
Шрифт:
– Переход запрещён, чего тут непонятного, – пояснил Никита. – На этом Сайте много таких мест, куда нам доступ пока ещё запрещён.
– А ТЫ можешь туда пройти? – Полина выделила голосом слово "ты".
– Я – могу. Только смысла не вижу. Мне ещё в "Штуке" учиться не надоело.
– А всё-таки?
– Полина, ты вынуждаешь меня сказать какую-нибудь ересь. Территория Сайта прослушивается так же "плотно", как и наши комнаты, неужели ты этого ещё не поняла?
Девочка опустила глаза. Конечно, она всё это понимала.
– Ладно, если с платформами у нас ничего
Остальные переходы работали безукоризненно. Обхватив руками плотный тёплый от прикосновения чужих рук шарик, я даже закрыла глаза, а открыв их, увидела, что уже в библиотеке.
Полина уже выясняла отношения с каким-то мальчишкой с другого курса.
– Пятьдесят, – скучным голосом говорил он, глядя куда-то в сторону. – У других больше. А мне просто баллы нужны.
Иванова колебалась.
– А что ещё у тебя есть?
– Да всё что угодно! – Оживился старшекурсник, сообразив, что дело пошло. – Есть программы, чтобы передвигаться по воздуху, любые: от самых примитивных до навороченных. Оружие на любой вкус. И ещё…, – он наклонился и что-то прошептал в самое ухо своей собеседницы.
Полина размахнулась и со всех сил залепила ему пощёчину.
– Урод!
Мальчишка схватился за щёку и некоторое время насупившись разглядывал Иванову, потом резко повернулся и пошёл прочь.
– Кто это? – Подошёл к ней Никита.
– Торгаш, – презрительно бросила Полина, глядя вслед своему недавнему собеседнику. – Начал с копировальщиков, а закончил наркотиками. Пр-ридурок!
Последнее слово она произнесла так выразительно, что я невольно поёжилась. Зато Никита явно заинтересовался.
– Какими нароктиками?
– Тебе-то это зачем? – Подозрительно прищурившись осведомилась Полина.
– Просто интересно, чем тут люди занимаются. Нам тут ещё пять лет жить, надо же хоть примерно обстановку знать.
– ЭТО – тебе знать не нужно, – ответила она тоном, исключающим всякие дальнейшие расспросы. – И вообще, чадо малолетнее, если начнёшь заниматься чем-нибудь подобным, запомни – вылетишь из "Штуки" быстрее, чем кошка с собачьей выставки. И ни на какие твои заслуги не посмотрю. Понял? Не знаю, как другие относятся к сетевым наркотикам, но мой папка против, значит против и я. Вздую так же, как за настоящие. – Никита хотел что-то ответить, однако Полина холодным голосом предупредила. – Всё, вопрос закрыт.
Когда все ребята через переходы перебрались в библиотечный корпус, мы всей толпой двинулись по коридору первого этажа, прошли мимо залов с каталогами, мимо двери с цифрой один, два, три, остановились перед четвёртой дверью. Полина привычно пересчитала нас по головам. Я ждала, что она скажет что-нибудь вроде "Не отставайте" или "Не растягивайтесь", но она промолчала и решительно толкнула дверь. Войти красиво у неё не получилось: дверь открывалась в другую сторону.
Я уже привыкла к постоянным играм программиста сайта нашей школы с пространством, поэтому почти
не удивилась, когда внутри небольшого, в общем-то, куполообразного корпуса за обычной комнатной дверью оказалась полная пустота. Вчера я заглянула в один из таких читальных залов и решила, что попала не туда. Оказывается – туда.Прямо в воздухе висело три сильно чадящих факела, которые отбрасывали на пол едва видимые круги света. Только дверь за последним из ребят захлопнулась, факелы пропали, мы оказались в полной темноте.
– Не фига себе! – Не сдержался кто-то из ребят.
– Не ругайся! – Отозвалась Полина.
От их голосов не прозвучало ни малейшего эха, от чего можно было сделать вывод про обширность невидимого пространства.
– Пойдёмте вперёд, чего вы тут столпились! – Продолжила девочка и первой двинулась в темноту. Мы последовали вслед за ней. Вскоре нам пришлось возвратиться; впереди оказалась стена.
– Я недавно в байму такую рубился, – сказал кто-то из мальчиков. – "звёздный странник". Там на первых пяти уровнях точно такие же пещеры были и так же всё было в полной темноте.
– А в чём смысл – в темноте баймить? – Спросил девичий голос.
– Производителям нужно было, чтобы байма хоть чем-нибудь от других отличалась, вот они и напрограммировали: начало – в пещере и в полной темноте. А что ещё нового-то можно придумать?
Тут же развернулась обширная дискуссия, затрагивающая новейшие способы привлечения пользователей на свои сайты.
– А самое лучшее – это вообще – в космосе и на других планетах!
– Скажешь ещё! Самое интересное – это на земле, на твоей собственной платформе!
– Что там может быть интересного? Я свою платформу знаю лучше чем свои пять пальцев.
– В том-то вся суть. Когда ты всё так хорошо знаешь – и тут вдруг всякая чертовщина начинает происходить… У меня одна байма началась с того, что из под стола…
– Много вы понимаете! Вы вообще, наверное, настоящих баймеров ни разу в жизни не видели.
– А ты видел?
– Я – видел! Самые сложные баймы – это, знаешь, какие? Это когда лунатик все твои мысли читает.
Лунатик – это было сленговое имя любого противника в Сетевой байме. Можно только догадываться про этимологию этого названия – при чём тут естественный спутник нашей планеты?
– Издеваешься? – Не поверил кто-то из девочек.
– А вот и нет! – Ответил тот же мальчик. – Наши ребята тоже думали, что ментоскопы в Сети это – какая-то туфта. А потом проверили – оказалось, что, да, на самом деле в некоторых играх мысли напрямую из головы читаются.
– Прямо в Сети? – Этот голос я сразу узнала: это спросила Мариша.
– Так я же тебе о том и говорю. Ты в того же "Странника" поиграй. Стоит тебе только подумать, что пойдёшь направо – и тут же все лунатики начинают вправо стрелять. У нас даже мастера появились: думают, что пойдут в одну сторону, а идут в другую – так и выигрывают.
Это дало мне пищу для размышлений. Одерживать победу только из-за того, что поступаешь не так, как думаешь – на это, по-моему, не каждый способен.
Например, я – пас.