Наследник чародея (Чародей - 2)
Шрифт:
– Все, пошел на корм рыбам, - заключила Джоски.
– Молодчина, ваша светлость! Все-таки угрохали герцога!
– Вот уж не уверен, - покачал головой Диднис.
– Куда он подевался?
– На дно, конечно. Куда же еще?
– Что-то во всем этом не то.
– Не берите в голову. Даже если удар не смертелен, умрет от потери крови. Не умрет от потери крови, так утонет. Все равно не выживет.
– Дай-то Бог, чтобы ты оказалась права, моя девочка. И все-таки до чего я не люблю неопределенность...
Их разговор прервал звук шагов за спиной. Резко обернувшись, Диднис и Джоски лицом к лицу столкнулись с ошарашенным штурвальным, явившимся
Штурвальный сдавленно завопил от ужаса, ноги его подкосились и, рухнув на колени, он взглянул в безжалостные лица незнакомцев и прочел в их глазах свою смерть. В отчаянии, как увидавший призрака хватается за амулет, он ухватился за последнюю свою надежду.
– Не убивайте, - взмолился он.
– Клянусь, я вас не выдам! Я слеп и глух и в глаза вас не видал.
Поскольку мольбы не принесли видимого результата, он попробовал иной подход.
– Я могу пригодиться вам! Эта венериза прямо-таки нашпигована всевозможными драгоценностями. Я покажу тайники, где они припрятаны.
Джоски вопросительно взглянула на отца. Тот едва заметно отрицательно покачал головой.
– Чистая правда!
– уверял штурвальный, верно истолковав зловещий сигнал.
– Я вам пригожусь, вот увидите. Помогу вам скрыться или еще что. Этот корабль, он ведь летит как птица, сами небось видели. Я знаю особые команды. В считанные минуты вывезу вас из Ланти-Юма в целости и сохранности! Можете оставить венеризу себе, а то продайте ее за границей - получите целое состояние. Только самим вам никак не справиться. Положитесь на меня, и я все сделаю в лучшем виде!
И снова убийцы обменялись взглядами.
– Корабль и правда стоит куда больше, чем нам обещал лорд Никто, заметила Джоски.
– А за свои труды разве не заслужили мы чего-нибудь сверх обещанного?
– Непредвиденная дилемма. Вечно приходится выбирать, предпочесть ли богатое вознаграждение, сопряженное с дополнительным риском? За одно мгновение надо взвесить все "за" и "против". Отчего так сложна и неоднозначна наша жизнь?
Вурм-Диднис, нахмурившись, окинул взглядом канал и то, что он увидел на берегу, мигом вывело его из состояния философской медитации. Там, отчетливо различимое в лунном свете, из воды выкарабкивалось знакомое грузное тело. Оно упало ничком на причал, перевело дух, затем поднялось на ноги и, приложив ладони рупором ко рту, во всю мочь заорало:
– Спасите! Убивают!
Диднис и Джоски застыли как вкопанные, прижав ножи к горлу штурвального.
Герцог Повон с ужасом оглянулся на венеризу и припустил во всю прыть, не переставая кричать на ходу. С минуту его отчаянные крики еще были слышны, потом затихли где-то вдали.
Словно по мановению руки, Джоски очнулась, ринулась к борту, намереваясь перелезть через поручни.
– Если хотим его поймать, придется добираться вплавь. Скорей же, ваша светлость!
Диднис безнадежно махнул рукой.
– Бесполезно, дитя мое. Бесполезно. Даже не пытайся.
– То есть как это? Да мы за пять минут загоним и изловим этого слюнтяя. Поплыли!
– Увы, это невозможно. Абсолютно невозможно.
– Диднис настолько энергично покачал головой, что зазвенели вплетенные в бороду бусины.
– Вы прекрасно знаете, как легко затеряться в Детуле. Разве отыскать человека
– Нет, все равно не могу поверить. Уж мы-то найдем его! Не знаю как, но найдем!
– Герцог бесследно исчез. Выбравшись на берег, откуда бы ты начала поиски?
– Не знаю. Улиц да переулков там и в самом деле не счесть, - чуть подумав, согласилась Джоски.
– Но надо хотя бы попытаться!
– Девочка ты моя, девочка. Вот подрастешь - узнаешь, как глупо растрачивать силы на безнадежные предприятия.
– И что теперь прикажешь делать?
– Джоски выглядела совсем убитой. Спокойненько отправляться домой, сидеть и ждать, когда представится еще одна возможность? Но так можно прождать не одну неделю!
– Все куда сложнее, моя радость. Отправляться домой и ждать другой возможности мы, увы, не можем. Если на то пошло, нам вообще домой путь заказан.
– То есть как? Почему?
– Потому что, пылкая моя принцесса, в своей горячности вы открыли герцогу, кто мы такие. Теперь его милость знает и имена наши, и лица, и даже заказчика убийства. Стало быть, стоит ему только оказаться в безопасности, как он поднимет против нас весь город.
– Получается... даже если мы его все-таки укокошим, никто нам за это не заплатит?
– Вероятнее всего, платить будет уже некому. Боюсь, положение лорда Снивера вот-вот изменится далеко не в лучшую сторону. Бедняга!
– Да уж. Не стоило мне болтать.
– Поддавшись порыву, вы, милая моя, совершили печальную оплошность.
– Простите, ваша светлость.
– Что поделаешь, голубка, все мы учимся на собственных ошибках.
– Да, наверное. А что теперь? Мы ведь нищие, без гроша в кармане.
– Миледи Джосквинилью, ни один уважающий себя наемный убийца, имеющий в своем распоряжении нож, не может долго оставаться нищим. Жертв кругом предостаточно, а услуги наши повсеместно пользуются спросом. К счастью, больше нам не придется ставить элементарный комфорт в зависимость от прихотей заказчиков. Как говорится, не было бы счастья...
– О чем это вы?
– Взглянув на дрожащего у ног штурвального, все это время не смевшего подняться с колен, она ухватила смысл сказанных отцом слов.
– А! Поняла! Корабль!
– Именно корабль. Над нами нависла угроза, мы просто обязаны им воспользоваться. С помощью этой венеризы, на которой мы стяжаем богатство и славу, род Вурм-Диднисов снова займет свое место среди великих мира сего.
– Потрясающе! Так куда направимся?
– Куда душе угодно. Я отвезу мою Джоски за море, в иные страны и города. Побываем в Сзаре или в Стрелле, полюбуемся на увенчанные шапками облаков башни славного Ни-Юивона. Или, может, отправимся в глубь Далиона, где станем править собственным королевством, а моя Джоски будет самой что ни на есть настоящей принцессой. Чего бы ты больше всего хотела?
– Все звучит так заманчиво, ваша светлость. Но очень уж противно покидать Ланти-Юм, зная, что дело осталось недоделанным. Жутко не люблю проигрывать. А сбежать вот так... такое ощущение, будто нас прогнали.
– О, разве дело, завершившееся приобретением столь редкостного судна, может считаться неудавшимся? Мы с полным правом можем считать себя победителями. Что до "побега", вовсе мы не бежим. Мы просто презрели этот город и, разочаровавшись в лантийском быдле, с неудовольствием удалились. Это мы бросили их, решив осчастливить своим присутствием другое, более достойное место. Не вешай нос, мое сокровище. На Ланти-Юме свет клином не сошелся.