Чтение онлайн

Девушка инстинктивно подняла руки к лицу, как бы защищаясь от удара, потом быстро опустила их на живот, опять подняла руки и, закрыв лицо, с рыданием выбежала из комнаты.

3

Тринадцать лет никто не вспоминал о Сироте.

Многие даже не знали, жива ли еще маленькая сиротка, потерявшая в одну неделю отца и мать. Только многочисленные хозяйки, у которых она все эти годы нянчила детей, мыла полы, стирала белье, не забывали, что, давая приют девочке, они делают богоугодное дело. Теперь же, когда с Сиротой приключилась беда, все вспомнили, что они являются как бы опекунами, и готовы были покарать

Добродетельные женщины говорили, что ее следует проучить, чтобы другим неповадно было. Почтенные обыватели поражались распущенности теперешней молодежи.

Парням хотелось посмотреть, "что представляет собою эта штучка", а девушки хихикали в кулак и сгорали от желания узнать, что Сирота станет теперь делать...

– Как это девка могла позволить себе такое распутство?

– Да еще сирота!

– Счастье матери, что не дожила до такого позора!

Так каждый на свой лад обсуждал происшествие и осуждал девушку.

Но когда первое возмущение улеглось, простой народ начал задумываться о том, как бы помочь бедняге.

– Что вы хотите? Сирота! С девушкой, живущей под родительским крылом, этого не случилось бы.

– Без ласки, без призора. Долго ли такую горемычную совратить с пути истинного...

– Прежде всего надо узнать, кто виновник ее несчастья, и заставить его покрыть позор, - предложил кузнец Моте.

– Заставить негодяя немедленно жениться на ней, - поддержал шорник Эля.

– А если откажется, руки и ноги переломать ему, - уточнил колесник Зелик.

– Не позволим глумиться над беззащитной сиротой.

– Вы думаете, она виновата? Что она, глупая, знает?..

Может быть, какой-нибудь негодяй изнасиловал ее.

Как прежде все обвиняли Сироту, так теперь каждый старался найти для нее оправдание и помочь в беде.

– Все несчастья от этой сводницы, бабки Цивьи, - говорили многие.

Повивальную бабку Цивыо кормила не столько ее акушерская практика, сколько "клуб". Она охотно предоставляла свою квартиру молодым парочкам, не имевшим возможности встречаться в доме родителей. По субботам и праздникам в ее доме собирались парни и девушки из простонародья, солдаты из расквартированного в городке пехотного батальона, белошвейки, служанки из богатых домов, все, кто хотел за небольшие деньги весело провести время. Вход в "клуб" был свободный, но зато Цивья бойко торговала семечками, мочеными яблоками, квасом, мороженой клюквой по цене немного выше, чем на базаре.

Парням и девушкам предоставлялась возможность танцевать, играть в фанты, веселиться и проводить время как им вздумается.

Цивья им ни в чем не мешала.

Поэтому, если с девушкой случалась "неприятность", все догадывались, что след ведет в "клуб" Цивьи.

Долго искать соблазнителя Сироты не пришлось.

После короткого расследования удалось установить, что виновник ее позора солдат, барабанщик второй роты Эля Кунин, который уже давно сватался к красивой Сироте, обещая жениться на ней, как только окончится срок его службы.

До военной службы он был дамским портным в губернском городе. В свободное от службы время он и теперь обшивал офицерских жен. Это давало ему возможность франтить в перешитом по своей мерке казенном мундире, носить

Он был лучшим танцором на вечеринках в "клубе", лучшим гармонистом, самым ловким комплиментщиком. Не одно девичье сердце сохло по красавчику барабанщику.

Но его больше всех прельстила Сирота, которая втайне от своей хозяйки стала посещать Цивьин "клуб" - единственное место, где с ней обращались как с равной, говорили ей приятные слова, добивались ее внимания, где она впервые услышала, что она молода и красива, почувствовала, что нравится.

Кунин, к зависти других девушек, обучал Сироту танцевать кадриль и лансье, осыпал ее изысканными комплиментами, от которых ее лицо заливалось краской, и клялся, что если она откажется выйти за него замуж по окончании его службы, то он своими портновскими ножницами распорет себе живот или с отчаяния убьет фельдфебеля.

– Если ты не хочешь ответить на мою любовь, то мне все безразлично. На каторгу так на каторгу!

И молодая неопытная Сирота согласилась лучше уступить ему, чем видеть любимого с распоротым животом или допустить, чтобы он из-за нее пошел на каторгу.

4

Когда виновник позора Сироты был найден, его потребовали к ответу.

Бабка Цивья, которая всегда делала вид, будто не замечает, что происходит у нее в доме, испугалась, как бы ее не обвинили в сводничестве, и поэтому громче всех требовала, чтобы негодяя заставили покрыть позор бедной, одинокой как перст Сироты...

Ничего не подозревавшего Куника она вызвала к себе в дом, где его ждали суровые судьи, защитники девушки, - колесник Зелик, грузчик Пейсе, жестянщик Тевье, кузнец Моте и молодой извозчик Иехиэл - всё люди решительные, с которыми шутить не приходится...

Услышав, в чем его обвиняют, "блестящий кавалер"

побледнел, но быстро оправился и, нагло глядя всем в глаза, стал отпираться:

– Почему я? Мало других парней вертелось около нее?

В ответ на это кузнец Моте, не говоря ни слова, изо всех сил ударил франтоватого барабанщика по лицу.

– Ты еще смеешь клеветать на Сироту, негодяй ты этакий! Мы тебе покажем, как соблазнять честных девушек.

– Ты думал - сирота, так уж некому заступиться за ее честь?
– поддержал грузчик Пейсе.
– Нет,_ брат, шутишь! Ты будешь иметь дело с нами, так и знай!

– Лучше иди в упряжку по-хорошему, - посоветовал извозчик Иехиэл.
– А не захочешь, свистун этакий мы тебе руки и ноги переломаем! Ишь плясун нашелся!

– Ротному командиру пожалуемся. До бригадного дойдем, до полковника, а Сироту обижать не позволим.

Кузнец Моте держался собственного метода:

– На что нам полковники, генералы? Я его обработаю лучше всяких полковников...

Бравый барабанщик сразу переменил тон.

Вытирая кровь, которая текла у него изо рта и из носа, он лепетал.

– Чего вы хотите? Разве я собираюсь ее бросить?

– Завтра же веди ее под венец. А то и сегодня!..

Кунин, бледный, со вздутой губой и со слипшимися от крови усиками, имел жалкий вид. Припертый к стене, он метался как заяц, лихорадочно искал выхода.