Наперекор стихии
Шрифт:
— Пожалуйста, я не хочу слушать…
— Ну ладно, дорогуша. Я только хочу, чтобы ты поняла, к чему тебе надо быть готовой, если ты захочешь самостоятельно прожить здесь, в Париже.
— Ну, а что с тобой произошло после того, как тебя арестовали? Ты…
— Нет, в Сен-Лазар я не попала. Жюль вытащил меня. А на следующий день послал меня в «Бал Мабил». Но на сей раз я вытащила счастливый билет. Я встретила Октава — промышленника из Бордо. Он приехал в Париж и остался на ночь, которую мы провели вместе. Он взял меня с собой в Бордо, а потом снял мне квартиру здесь, в Париже.
— Ну, тогда ты, конечно, многим ему обязана, — сказала Селена. — Даже если
— Ничего я никогда не чувствовала ни к какому мужчине, — отрезала Дейзи. — Чувства — это для тебя. Послушай моего совета, дорогуша, и забудь капитана Маккорда. Учись жить своей головой. Так только и можно уцелеть.
Сидя в салоне, Селена старалась сосредоточиться на платьях, которые демонстрировали элегантные манекенщицы, но забыть слова Дейзи не могла. Всего в нескольких словах та нарисовала ей картину Парижа с изнанки, показала ту часть города, которую ей никогда не позволял увидеть Брайн.
«Боже мой, — думала она, — я не вынесу того, что произошло с Дейзи. Но ведь это может произойти и со мной».
Машинально ответив на теплые приветствия мисс Мэри, она объяснила ей, что пришла не затем, чтобы купить платье. Но мисс Мэри сказала, дружелюбно улыбаясь:
— Думаю, вы измените свое решение. Вы, уж конечно, найдете здесь что-нибудь для себя. Посмотрите… Разве это не очаровательно?
Селена посмотрела на высокую молодую женщину со светло-русыми волосами, которая проплыла мимо, окутанная сиреневым шелком, прикрытая тюлевыми пуфами, разукрашенными ярко-лиловыми анютиными глазками. Те же цветы были рассыпаны по широкополой соломенной шляпе.
— Вот этот цвет как раз подойдет вам, мадам, — убеждала Селену мисс Мэри.
— Прекрасное платье для вечернего выезда в Булонский лес.
К горлу Селены подступил комок, когда она вспомнила тот вечер — всего несколько недель назад, — когда они с Брайном поехали кататься в Булонский лес, когда она с упоением мечтала о совместной прогулке весной, а в ответ услышала о его отъезде.
Но есть Рауль. Он повезет ее кататься в лес в своей карете. Он отвезет ее в замок на середине озера. И он купит ей дюжину новых платьев. К тому же он наверняка тоже опытный и пылкий любовник. Ее щеки зарделись, когда она вспомнила упругую силу его тела, широкие, мощные плечи и узкие бедра. Мужественный молодой человек, глаза которого при взгляде на нее загорались голодной страстью.
Она сжала губы и твердо сказала себе, что об этом не может быть и речи. По рукам она не пойдет. Она упрекала Дейзи за ее расчетливость по отношению к мужчинам, но не могла поступить так же, потому что знала, что такое любить. Из-за Брайна.
Но от Рауля ей нужно было переезжать как можно скорее. Были еще деньги, которые дал ей Брайн, но она мало что знала о стоимости жизни здесь, в Париже. Даже не представляла, на сколько дней ей хватит этих денег. А когда они кончатся, что тогда?
Ее беспорядочные мысли прервал звук, раздавшийся совершенно не к месту в этом элегантном заведении: звук пощечины, резкий, как пистолетный выстрел. За ним последовал крик, полный боли и ужаса.
— Я видела, как ты ушла с Юбером прошлой ночью. И уже не в первый раз.
Манекенщица в красном платье, с темными волосами и гладкой оливковой кожей, накинулась на девушку в сиреневом шелковом платье.
— Ортанс! — резко крикнула мисс Мэри, но девушка в красном была слишком разъяренной, чтобы услышать ее.
— Ты — поганая шлюшка, я тебе покажу, как уводить моего мужика!
— Твой, как
же! Юбер уже давно тобой пресытился.— Валери! Ортанс! Помните, где вы находитесь!
Другие манекенщицы прекратили свое медленное фланирование по салону. Суматоха нарастала по мере того, как они разделились на группы, защищая кто Валери, кто Ортанс. Посетители с явным интересом наблюдали за происходящим, забыв о своем чае. Ортанс занесла руку для нового удара, но тут Валери неуловимым движением выдернула длинную булавку из своей соломенной шляпы с цветами.
— Только прикоснись ко мне еще, и я тебя так разделаю, что на твою рожу ни один мужик не взглянет.
Мисс Мэри сделала жест, и один из приказчиков кинулся вперед, обхватив Валери за талию, а другой рукой сжав ее запястье так, что она выронила булавку. Девушка забилась в истерике. Ортанс же, вскинув голову, гордо покинула зеркальный зал.
Мисс Мэри постаралась смягчить впечатление от инцидента, извиняясь перед заказчиками за причиненное досадное беспокойство.
— Обе девушки будут, разумеется, немедленно уволены, — заверяла она Дейзи и Селену. — Мы не потерпим такого поведения в нашем заведении.
Селена встала.
— Ах, мадам, вы ведь не уходите, — беспокойно заговорила мисс Мэри. — Я ведь объяснила вам…
— Я хотела бы поговорить с месье Вортом, — попросила ее Селена. Хотя при мысли о том, что ей предстояло сделать, ее била нервная дрожь, но в глазах застыла решимость.
— Но это ни к чему, — удивилась мисс Мэри. — Я же уже сказала вам, что обе девушки будут уволены. Конечно, очень досадно, что юным леди пришлось стать свидетельницами такой сцены, но все же…
— Простите, могу ли я все же поговорить с месье Вортом? — твердо повторила Селена. Дейзи в крайнем изумлении смотрела на подругу.
— Видите ли… — начала мисс Мэри. — Он очень занят. Работает над моделью бального платья для принцессы Меттерних…
Хотя слова эти и произвели на Селену должное впечатление, от своей цели она не отказалась, и мисс Мэри пришлось уступить.
— Ну, разумеется. Если вы настаиваете на том, чтобы месье Ворт принес вам извинения лично…
Губы Селены сложились на миг в ехидной усмешке.
— Извинения мне не нужны. Я ищу место для себя.
Дейзи буквально обмерла, да и пораженная мисс Мэри застыла от изумления.
— Вы собираетесь уволить этих двоих, — пояснила Селена. — Значит, на их место нужно будет взять других.
— Вы что, хотите работать здесь манекенщицей?
Селена сняла свою украшенную цветами шляпку и на мгновение застыла в мерцающем свете газовых рожков, освещающих медно-золотой пожар ее волос и матовую бледность кожи. Она прошла несколько шагов, ступая с легкой и неспешной грацией, которая была ей присуща, затем повернулась и пошла назад к мисс Мэри.
— Ну так что? — спросила она. — Могу я видеть месье Ворта?
Мисс Мэри задумчиво осмотрела ее с головы до ног, многоопытным взглядом оценивая достоинства, ощупывая глазами стройное молодое тело Селены, высокую, округлую грудь, тонкую, изящную талию, гордую посадку головы. Мисс Мэри подумала, что в каждом дюйме Селены чувствуется леди, а одежду она носит с таким неуловимым чувством собственного достоинства, которому могла бы позавидовать герцогиня. К тому же она вспомнила, что рыжий цвет волос был в большой моде. Те, кому подобный цвет не был дарован от природы, красили волосы во всевозможные оттенки — от помидорного до цвета красного дерева. Но естественный красно-золотистый оттенок волос этой девушки имел преимущество перед многими прочими оттенками.